Истинная с изъяном - Ольга Грибова

Свернув за угол, страж увидел меня. Точнее, Лолетту. Точнее, меня в образе, выбранном духом и под его управлением. Все очень сложно, да.

Страж обалдел. Перед ним была девушка… Красивая! Голая! Она призывно поманила его пальчиком, и он – представьте себе! – пошел. Все же мужчины такие слабые, ими ничего не стоит управлять. Очевидно же, что это ловушка, но разум стража полностью отключился при виде обнаженной красотки.

Заманив стража подальше, Лолетта повисла у него на шее. План по спасению грозился превратиться в оргию. Я в ужасе готовилась возвращать контроль над телом, пока не слишком поздно. Но первым среагировал Малкольм.

Он был вне себя от возмущения. Настолько, что ему хватило сил отстранить Лолетту от управления и самому получить контроль.

– Не смей осквернять мою любовь своими гнусными прикосновениями! – воскликнул Малкольм и влепил стражу звонкую пощечину.

Он бы еще его на дуэль вызвал! Обалдели все: и я, и страж, но особенно Брунхильда.

– Кто так бьет? – фыркнула воительница, а после, сжав мои пальцы в кулак, со всей силы врезала стражу. Бедняга рухнул на пол, как подкошенный с одного удара. – Вот как надо.

Но Малкольм снова вернул контроль себе. Сегодня он был крайне настойчив.

– Не мешай нашему долгожданному воссоединению, – заявил он, и во второй раз удивил всех, приняв мой истинный облик.

Я недолго гадала, что он задумал. Когда ладони Малкольма опустились на мою грудь и сжали, стало ясно, что он решил воспользоваться моментом. Даже думать не хочу, кто кого ласкал. Дух – меня, я – саму себя… Оба варианта одинаково безумны.

От приставаний духа меня спасло появление второго стража. Первый упал так шумно, что ему на выручку поспешил второй. Я обрадовалась ему, как родному.

Застав голую альезу, ласкающую саму себя, он остолбенел. Это зрелище было похлеще красотки-блондинки. А Малкольм еще добил рассуждением в своей манере.

– У меня экзистенциальный кризис, – признался он. – Я давно почил, но с недавних пор мое сердце бьется вновь. Я сражен любовью к живой деве. С тех пор я мучаюсь неразрешимой дилеммой. Должен ли я способствовать ее умиранию, чтобы мы были вместе? Или надо ее отпустить, пожелав счастья с другим?

– А? – только и смог выдать страж.

И я отлично его понимала. Сама была примерно в том же состоянии. Что значит «способствовать умиранию»? Это он так убийство назвал? Пришла беда, откуда не ждали! Надо держаться с Малкольмом осторожнее. Этак, он меня прикончит, чтобы мы были вместе.

Меня спасла Брунхильда. Никогда еще я не была так рада грубости и нетерпеливости воительницы.

– Надоели, – буркнула она, дав Малколькому воображаемый пинок. – Развели сопли. Где мой меч?

Она оглянулась в его поисках, но вспомнила, что меч нереален и не может проявиться в нашем мире.

– Да и пес с ним! – махнула Брунхильда рукой и кинулась на стража врукопашную.

Бедняга так и не успел прийти в себя. Воительница буквально смела его и размазала по стене, но на шум прибежали оставшиеся двое. Впрочем, я не волновалась. У Брунхильды все под контролем.

Воительница быстро разделалась со стражами. А я говорила, что сразу надо было дать ей управление! Мы были бы уже далеко от дворца.

Наконец, препятствия были устранены, и контроль над телом вернулся мне. Какое счастье! Быстро обыскав стражей, я обнаружила ключ и поспешила к двери. Вставив его в замочную скважину, даже успела провернуть. Толкни дверь – и вот она свобода. Но удача изменила…

Прежде чем покинуть дворец, я вновь ощутила его – то самое парализующее прикосновение. Клятый маг! Он меня подкараулил…

***

Кайвен сосредоточился на главной задаче – вернуть Райяну. Это все, о чем он мог думать с тех пор, как она пропала.

Для начала он связался со своим шпионом в обителе Дневных драконов. Если Райяна там, он должен это знать. Но шпион клялся, что избранной нет у Дневных.

Да, Соларис в курсе, что она украдена. Он вовсю готовится к бою. Со дня на день процессия Дневных драконов выедет в сторону Сумеречного замка. Но приказ о похищении девушки Соларис не отдавал.

Истинная – сокровище дракона. Как бы кланы не соперничали между собой, никогда ни один дракон не покусится на святое. Так кто же посмел?

С самого начала Кайвену казалось, что служанка слишком быстро и легко все разболтала. Похоже, чутье его не подвело. Она просто указала на Дневных, чтобы отвести подозрения от реального виновника.

Кайвен наведался в темницу для разговора со шпионкой. И не зря.

Чтобы услышать правду, он как следует припугнул девицу. Благо с его настоящей внешностью это не проблема. Кайвен просто заперся с ней в темнице, снял амулет и пару раз грозно рыкнул, а дальше девушка в ужасе все ему выболтала.

– Ночные драконы! Я служу Ночным, – всхлипывая, призналась она. – Это они украли вашу избранную. Умоляю, пощадите меня.

– Я падаль не трогаю, – фыркнул Кайвен.

Выяснив правду, он действовал, не сомневаясь. Да и какие могут быть сомнения, когда жизнь Райяны под угрозой?

Мардук пытался его остановить, просил беречь силы для битвы с Дневным драконом. Нельзя их тратить на Ночных. Но Кайвен плевать хотел на битву! Вообще на все, пока избранная в опасности.

Выпустив дракона, он покинул замок на крыльях. Так быстрее добраться до дворца Родерика. Для Ночного лучше, если избранная не пострадала. В противном случае его ждет долгая и мучительная смерть.

Кайвен по-прежнему не чувствовал метки, и это пугало. Страх гнал его вперед, заставляя лететь днем и ночью. Скорее, еще скорее! Пока еще не слишком поздно.

Он уже подлетал к дворцу, когда появился Гривс.

– Райяна коснулась реликта! Она у… – дух осекся, заметив, где они. – Вижу, ты уже в курсе. Тогда поторопись. Зная твою избранную, уверен, она прямо сейчас влипает в очередную неприятность.

Кайвен только рыкнул в ответ. Он и так летел на пределе, но совершил невозможное и еще ускорился. Злость придавала ему сил. Она кипела, обжигая внутренности пламенем. Доберется до главы Ночных и утопит его в огненной лаве своей ярости. Сожжет до основания его дворец, превратит в пепел даже память о Ночных драконах.

И все же появление Гривса было хорошим знаком. Если Райяна коснулась реликта, значит, она жива. Дух вернулся обратно к ней, чтобы оберегать, а Кайвен продолжил путь.

Наконец, на горизонте показались белые стены дворца, и Кайвен огласил округу оглушительным ревом. Это было послание Родерику. Сумеречный дракон вызывал Ночного на поединок. Кайвен перегрызет