Небесный огонь - Мелани Роуз

На следующее утро я все еще была Лорен. Новой Лорен с темно-русыми волосами и зелеными глазами. Посоветовавшись, мы с Карен решили все-таки отвезти Николь и близнецов в школу. Малыши не сознавали всей тяжести горя, которое свалилось на их семью, и мы не стали менять их привычный распорядок. Николь приготовила коробку с сеном, посадила туда Джинни и с нетерпением ждала, когда покажет ее одноклассникам.

Софи осталась дома. Почти весь день она пролежала в кровати, поставив рядом коробку со своим любимым кроликом. Каждый раз, когда я заглядывала к ней в комнату, девочка плакала, прижимая к себе Блэки. Я немного посидела с ней, слушая ее рассказы об отце и уверяя, что всегда буду рядом. Мне очень хотелось верить, что так и будет.

Когда наступила ночь, я забеспокоилась, потому что больше не ощущала себя Джессикой. Дождавшись, пока все уснут, я набрала телефонный номер своей квартиры и долго слушала длинные гудки. Никто не подходил. Я повесила трубку, понимая, что она не может ответить, потому что я здесь, но волнение не проходило.

Я позвонила родителям в Сомерсет и с замиранием сердца услышала голос отца.

— Алло?

— Мистер Тейлор?

— Да.

— Добрый день, меня зовут Лорен Ричардсон. Я подруга Джессики. Никак не могу до нее дозвониться. Вы давно с ней разговаривали?

На другом конце провода послышались рыдания, и я поняла, что мои худшие опасения подтвердились. Ноги внезапно стали ватными, и я без сил опустилась в кресло.

— Мне очень тяжело говорить вам об этом, — заговорил он наконец дрожащим голосом, и я догадалась, что отец пытается взять себя в руки. — Наша дочь вчера погибла. В Джессику попала молния, когда она была в Даунсе, и у нее остановилось сердце.

Я застонала и закрыла лицо руками, выронив трубку. Вбежала Карен. Взглянув на меня, она подняла с пола телефон и что-то спросила, потом долго слушала, снова спрашивала. Закончив разговор, она отключила телефон и обняла меня.

После похорон Гранта Карен осталась еще на несколько дней, чтобы помочь нам прийти в себя, но потом ее срочно вызвали на работу, и в воскресенье вечером она собралась домой.

В дверях мы обнялись, она не скрывала слез.

— Обещай, что будешь приезжать часто, — сказала я. — Приезжай на выходные, когда будешь свободна. Ну и конечно, увидимся на спектакле Николь, уговори Джен поехать с тобой, все вместе встретим Рождество.

Дом, казалось, опустел без нее. Я бродила из комнаты в комнату и постоянно ловила себя на мысли, что мне чего-то не хватает, а потом поняла, что скучаю без Карен. Жизнь потекла своим чередом: я готовила еду, стирала белье, прибиралась в доме, смотрела, как дети едят, играют, делают уроки, и притворялась, что мое сердце не разбито.

Тедди не отходил от меня ни на шаг, словно боялся, что я исчезну. Я поддразнивала его, называла хвостиком, но он не обижался и только внимательно смотрел на меня все понимающими глазами, как будто говоря: «Я никому не выдам нашей тайны». Теперь, когда ребенок знал, что уйдет из этой школы, он стал гораздо спокойнее. Тоби я все же решила оставить там, где хотел Грант, несмотря на свою неприязнь к противной директрисе.

Прошло две недели после трагической гибели Гранта. Утро понедельника выдалось морозным и солнечным. Я развезла детей в школы и решила немного покататься. Мне хотелось побыть одной и подумать о том, как жить дальше.

Никакой определенной цели у меня не было, я просто вела машину вперед, однако примерно через час осознала, что направляюсь в сторону Даунса, словно почтовый голубь, который всегда находит дорогу домой.