Солнце - Анна Джейн

Лилит не умолкает - с горящими глазами задает вопрос за вопросом, а Октавий отвечает ей. Он рассказывает о составе и конфигурации ударных установок, говорит что-то об истории инструмента, показывает звучание - в его ловких пальцах палочки словно живые. Лилит с удовольствием наблюдает за Ричардом - когда он рассказывает о своем инструменте, словно становится другим, каким-то ей совсем незнакомым. Оживает, сияет. И даже улыбка у него другая.

- Сладкий, а почему барабанщики часто выступают в наушниках во время выступления или во время записи? - живо интересуется Лилит, замечая наушники.

- На студии включают метроном, чтобы записываться ровно, - отвечает Октавий. - На живых выступлениях - тоже. Но помимо этого звукрежи подают в наушники то, что играют другие музыканты, потому что их может быть банально не слышно. И «подмешивают» клик, барабаны...

- Что такое клик?..

- Запрограммированный метроном. Давай, Лил, попробуешь сыграть свой первый бит, - смеется Октавий. - Это совсем просто. Так, бери палочки. Нет, ты взяла слишком близко к концу, пальцы должны быть выше.

Он поправляет палочки в руках Лилит, будто бы терпеливый учитель, и объясняет, что делать. Сначала Лилит учится стучать одной палочкой по хэту - при этом Ричард заставляет ее считать вслух до четырех, потом второй палочкой - по малому барабану, а затем объединяет удары. По крайне мере, пытается сделать это - у нее плохо получается управляться обеими руками. Когда же музыкант говорит ей начать нажимать на педаль баса, Лилит совсем сбивается. У нее совсем не получается поймать ритм.

Октавий только смеется, слушая ее игру. Лилит надувает губы и заявляет, что раз ему так весело, то пусть он покажет экстра-класс. Октавий легко соглашается. Он закатывает рукава рубашки - сегодня они вновь были у его матери на вечеринке, - и садится за установку, моментально преображаясь. Нет больше скучающего красавчика, появляется увлеченный своей игрой барабанщик, каждое движение которого выверенное и четкое.

Лилит смотрит на него с упоением, вдруг как-то резко осознавая, что Сладкий - не просто ее бывший кумир, воплотившаяся мечта, которая некогда был секс-символом подростков, он - музыкант. Талантливый. Сильный. Настоящий. Как Санни. И выражение его лица точно такое же, как и у Санни, когда она берет свою гитару в руки и начинает перебирать струны.

Лилит смотрит на Октавия с теплой улыбкой. Он хорош. Действительно хорош, хоть она плохо разбирается в музыке. Лилит не понимает, как Октавий физически успевает ударять по всем этим тарелкам, бочкам, томам, не понимает, как он не сбивается с заданного темпа. Она наблюдает за каждым его движением и видит, как напрягаются мышцы на его предплечьях. А еще видит свет в глазах. И это ее почему-то радует.

Когда Октавий заканчивает, напоследок ударяя палочкой по звонкой тарелке, Лилит хлопает в ладоши, а он улыбается.

- Как тебе?

- Понравилось, - искренне отвечает девушка. - Ты талантливый, Ричард. Очень.

- Не зря ушел из «Пепельных цветов»? - усмехается музыкант, подходя к Лилит.

- Не зря, - качает она головой. - Ты правильно сделал. Талант нельзя зарывать в землю.

Ричард обнимает ее.

- Моя подруга такая же, - говорит вдруг Лилит, уткнувшись носом в его грудь.

- Рыжеволосая? - уточняет Октавий.

- Да. Санни. Она играет на гитаре. И это что-то невероятное. Иногда душу вынимает. А когда поет...

Завершить фразу Лилит не успевает - вновь звонит ее телефон. И вновь неизвестный номер.

- Как достал, - хмурится девушка, отстраняясь.

- Кто это? - спрашивает Октавий.

- Не знаю. Какой-то идиот, который постоянно звонит и молчит. Бесит!

- Дай-ка мне, - вдруг решает Октавий и выхватывает телефон из руки Лилит. - Слушаю, - говорит Октавий. - Эй! Хватит молчать. Или ты думаешь, я не пробью номер, приятель? Сбросили, - возвращает он телефон Лилит.

- Зачем ты это сделал? - удивленно спрашивает она.

- Не хочу, чтобы тебе звонили левые парни.

- Парни? - хихикает Лилит. - Почему ты думаешь, что это парень?

- А кто еще может звонить, молчать и возбужденно дышать в трубку? - веселится Октавий. - Лил, наверняка ты пользуешься популярностью. Ты красивая.

Она только смеется в ответ. Лилит знает, что хорошо выглядит, но слова Октавия заставляю чувствовать себя не просто красивой - прекрасной.

- А сыграй что-нибудь еще? - просит девушка.

И Октавий снова садится за установку. Его музыка не такая, как музыка Санни. В ней нет столько воздуха, легкости и света. Она чужая и громкая, мощная и скоростная - Лилит не успевает следить за его движениями, с жесткой манерой игры, но объемная. Эта музыка темная, она с головой наполняет Лилит. Ей кажется, что сам Октавий растворяется в этой музыке - на его лице столько эмоций, что впервые Лилит любуется не внешней его красотой, а внутренней. Октавий прекрасен. В какой-то момент Лилит думает, что в этой комнате нет ничего, кроме барабанного ритма и их самих тоже нет - они стали частью музыки.

Завершающие яркие удары - и Октавий заканчивает играть, эффектно подбрасывая палочку и ловко ловя ее. Лилит аплодирует.

- Нереально! Вживую это выглядит круче, чем на видео! - говорит она, не уточняя, что пересмотрела все видео с ним на Ютубе.

- Ты смотрела видео со мной? - уточняет Октавий с улыбкой.

- Смотрела, - признается Лилит. - Конечно, в «Пепельных цветах» ты был главным красавчиком, но в «Лордах» - ты главный музыкант. Правда. Нет, ты думаешь, я шучу? Серьезно.

- Тебе понравилось? - удивленно спрашивает Октавий.

- Да, - энергично кивает она. - Я не понимаю твою музыку, но она мне нравится.

- И какая она, моя музыка? - интересуется он.

- Напористая, объемная, темная, - не задумываясь, отвечает Лилит.