Ночь ведьмы. Книга первая - Сара Рааш

Я таращусь на него. Между нами так долго царит молчание, что в конце концов Отто улыбается и делает шаг ко мне. Из-за этого ему приходится выйти из бассейна, не до конца, но уровень воды становится опасно низким, и мои потаенные мысли превращаются в смесь панических воплей и отчаянного хныканья.

– С тобой все в порядке? – спрашивает он, проводя мылом по воде, оставляя дорожку пузырьков.

Всегда этот вопрос. Он хочет убедиться, что со мной все в порядке.

Богини, спасите меня, он не помогает мне справиться с хаосом.

Поэтому я не сопротивляюсь.

После всего, что случилось. Всего, через что мы прошли. Мы здесь, в безопасности на какое-то время, так что я воспользуюсь моментом.

Ведь он может оказаться для нас последним.

Что бы ни принес завтрашний день, нам придется столкнуться с хэксэн-егерями и сразиться с моим братом и его безумием. Вступит ли в борьбу весь Источник, еще предстоит выяснить. Возможно, завтра в первую очередь нам придется сразиться с Рохусом и Филоменой.

От мыслей об этих возможностях и тяжести их последствий у меня все внутри сжимается, будто сама Перхта вцепилась мне в мышцы.

Я отвожу взгляд от Отто, уверенность накатывает на меня волной поразительной ясности, и я позволяю плащу упасть на лесную землю.

Я скидываю сапоги, снимаю чулки.

Отто наблюдает за мной, его глаза становятся все шире.

– Я встречалась с жрецом и жрицами Источника, – сообщаю я как ни в чем не бывало. Мои пальцы чуть дрожат, когда я развязываю шнурок на юбке, поднимаю ее и снимаю, оставляя только сорочку. Подол запачкался и сильно помялся после дальней дороги, так что я понимаю, что ткань сорочки теперь тонкая, почти прозрачная, а в некоторых местах все еще влажная после моих недавних падений в реку. – Они хотели, чтобы мы с Лизель помогли сделать защитный барьер Источника непроходимым. Таким образом, Дитер получил бы полную свободу, чтобы сеять ужасы в мире с помощью дикой магии.

Отто пошатывается, вода вокруг него покрывается рябью.

– Ты… ты отказала им, я так понимаю?

– Разумеется. – Я бросаю юбку на землю, на подстилку из мха, и вижу, как учащается дыхание Отто. Мышцы его пресса напрягаются сильнее, и я наблюдаю за капельками воды, которые стекают с его волос.

– И как они отреагировали? – спрашивает он, и его глаза темнеют, когда он пытается сосредоточиться на разговоре.

Я замираю на мгновение, поигрывая тонкой тканью, испытывая острое ощущение от взгляда Отто, который смотрит на меня, требуя, чтобы я почувствовала это, почувствовала его.

– Я не хочу разговаривать о них сейчас, – выдавливаю из себя тихим голосом.

– А что ты хочешь…

Я стягиваю сорочку, бросаю и позволяю ей упасть, оставаясь обнаженной у кромки бассейна.

Румянец, заливающий щеки Отто, – это самое пленительное, что я когда-либо видела.

Он стискивает зубы, его челюсти дергаются, и он сжимает кусок мыла так сильно и внезапно, что тот вылетает у него из рук и с тяжелым шлепком погружается в воду.

Я смеюсь. Меня захлестывает безудержный смех, и я закрываю лицо руками, не в силах сдержаться.

Отто ухмыляется, все еще сильно краснея, но в его глазах появляется решимость, что-то пробудившееся, что-то дикое.

Он тянется ко мне.

– Liebste. Залезай в бассейн.

Я упираю руку в бедро и устремляю на него свой самый вызывающий взгляд. Но мое внимание приковано к его лицу. Его взгляд скользит по моему телу.

– Что обычно происходит, – начинаю я, и у меня горло сжимается, – когда ты пытаешься указывать мне, что делать, охотник? Кроме того, нам теперь нужен другой кусок мыла.

– Я найду его потом, hexe, – ворчит он. Сухожилия на его шее напрягаются, сдержанность ослабевает, а во мне борются противоречивые желания подчиниться ему или подразнить дальше. – Залезай. Ну.

– Ты уверен? Кажется, я видела другое мыло рядом с…

Он подскакивает к краю бассейна, кладет руку на гладкие камни берега и подтягивается, чтобы схватить меня. Мое хихиканье переходит в визг, когда его мощная рука обхватывает мое предплечье, и он затаскивает меня в темную шелковистую воду бассейна.

38. Отто

С того момента как она бросила сорочку на землю, я не слышал ничего, кроме грохота собственного сердца, мощного импульса желания, который пронизывает мое тело. И теперь, когда она в моих объятиях, а ее губы на моих, я в эпицентре бури. Вся вселенная вокруг как размытое пятно, но она… она поглощает мое внимание, как спокойное умиротворение в глубине души, как идеальный луч света, к которому притягивается мое тело.

Мои влажные руки бегут по ее обнаженной спине, пальцы скользят вдоль ее позвоночника, Фрици выгибается мне навстречу, и одно это чуть не убивает меня. Я прерывисто вздыхаю.

– Нервничаешь, охотник? – спрашивает Фрици, и в ее голосе проскальзывают эмоции, которые я узнаю.

– Я уверен в том, чего хочу, – отвечаю ей. – Я хочу тебя.

– И я хочу тебя. – Ее слова звучат как шепот, обещание.

– Мне нужно, чтобы ты понимала, это не тайное свидание мне на прихоть, – поясняю я, заглядывая ей в глаза. – Когда я говорю, что хочу тебя, я имею в виду тебя всю, навсегда. Мне нужно не только твое тело, Фридерика, я хочу тебя и отдаю тебе себя, все мое, что ты пожелаешь.

Ее глаза загораются.

– О, я много чего твоего желаю.

Я крепче сжимаю ее спину, притягивая ближе, и знаю, что это заставляет ее почувствовать то, чего желаю и я. Она запрокидывает голову, и я завладеваю ее губами в глубоком поцелуе. Теплая вода, доходящая нам до пояса, манит глубже. Я утягиваю нас в темную воду, молясь на алтаре ее губ.

В самом глубоком месте вода доходит Фрици только до груди. Я поворачиваю нас, и вокруг наших тел пробегает рябь, когда я прижимаю Фрици к гладкой каменной стене. Под водой мои пальцы, сжимающие ее бедра, напрягаются, и она откидывается назад, выгибая спину.

– Пожалуйста, – хнычет она.

Я слишком долго прятался за масками, сдерживал эмоции, менял лица. Я знаю, что когда Фрици смотрит на меня сейчас, то видит все закоулки моей души, обнаженной перед ней, она видит страстное желание, которое я не могу – не буду – скрывать.

Я никогда не стану прятать от нее себя настоящего.

Я высовываю одну руку из воды, и бриллиантовые капли падают на ее тело. Я провожу пальцами по ее коже, легонько лаская ее бледную шею, веду рукой вниз, между ее грудей, и ниже, снова