Вардаэсия - Линетт Нони

Алекс не хотела слышать добрых пожеланий. Витиеватые слова ни в чем не могли помочь.

— Чтобы показать наше уважение к тому, чего вы достигли, сегодня вечером в вашу честь будет устроен пир, после которого вы можете вернуться в свой мир.

Пальцы Алекс сжались вокруг рук, которые она держала. Они хотели устроить пир?

Чувствуя, что она вот-вот сорвется, Кайден крикнул:

— Если вы не возражаете, императрица, мы были вдали от дома достаточно долго. Нам не терпится вернуться как можно скорее.

Его тон был вежливым, но намерение, стоявшее за ним, было ясным: здесь для нас больше ничего нет. Давайте пойдем зализывать наши раны с миром.

— Как бы то ни было, мы хотим проводить вас должным образом, — сказала Саэфии, ясно давая понять, что их присутствие на ужине не было просьбой. — Прошло много времени с тех пор, как смертные ступали в наш мир, и, вероятно, так будет и впредь.

— Мы не какая-то новинка для вашего удовольствия, — крикнул Джордан, его голос дрожал от гнева — и от сокрушительного чувства поражения, которое опустошало внутренности Алекс.

— Новинка или нет, но вы не можете путешествовать по путям эйдена из нашего мира в ваш через Сорайю де ла Торра без привратника, — ответил Саэфии. — Поэтому, как только наш вечер закончится, для вас откроется дверь. Тем временем оставшаяся часть дня даст вам последний шанс насладиться великолепием нашего прекрасного города. Я предлагаю вам не тратить свое время, смертные, так как вы, скорее всего, никогда не вернетесь.

Остроты ее слов вместе с намеком на их судьбу было достаточно, чтобы что-то внутри Алекс оборвалось. Она отпустила Кайдена и Биара и сделала яростный шаг вперед, но прежде чем она смогла хотя бы открыть рот, их окружила ослепительная вспышка. Мгновенно она и ее друзья вернулись в свою общую комнату.

Дезориентированная всего на секунду, Алекс опустила взгляд и заметила, что на ней все еще были золотые манжеты, Тайрос так и не забрал их, как только Врата были закончены.

В порыве отчаяния и разочарования Алекс яростно сорвала их со своих запястий и запустила через всю комнату. Она провела руками по волосам, больно потянув за корни. Ей хотелось кричать. Ей хотелось плакать. Она не знала, была ли она более разъярена или опустошена; была ли она больше расстроена собой или последствиями сделанного ею выбора.

Не в силах встретиться взглядом с друзьями, она выдавила:

— Мне жаль. — Ее дыхание сбилось, но она взяла себя в руки достаточно, чтобы продолжить. — Мне так, так жаль. Я не… Я просто не могла…

Ее прервало фырканье, звук настолько неуместный среди ее опустошенных эмоций, что заставил ее удивленно поднять глаза.

— Если ты думаешь, что кто-то из нас злится на то, что ты решила никого сегодня не убивать, ты еще более сумасшедшая, чем обычно, — сказал Джордан сухим тоном.

— Но я…

— … поступила правильно, — твердо прервал Кайден, подходя, чтобы заключить ее в свои объятия. — Ты сделала именно то, что должна была.

Она рухнула в его объятия, сильно прижавшись.

— Эти Врата с самого начала были шуткой, — сказал Биар, смыкая ряды вместе с остальными. Алекс отодвинулась от Кайдена достаточно, чтобы увидеть, что лицо Биара было бледным — все их лица были такими — но все же, он продолжил: — Ты сделала единственное, что могла. Ты сделала тот же выбор, который, надеюсь, сделал бы любой из нас, окажись мы на твоем месте. — Он бросил прищуренный взгляд на Деклана, прежде чем сказать: — По крайней мере, большинство из нас.

Деклан поднял руки.

— Эй, мне жаль, ладно? Я всего лишь пытался помочь.

— В следующий раз помогай по-другому, — резко сказал Биар, и Кайден твердо кивнул в знак согласия. Но затем Биар вздохнул и притянул Деклана в грубые объятия, полный облегчения. Это вызвало еще больше объятий в группе — хотя Д.К. действительно ударила Деклана в живот, прежде чем обнять его, сказав ему никогда больше не делать ничего подобного. Что касается Алекс, она просто посмотрела ему в глаза и сказала:

— Поддерживаю Дикс, — на что Деклан застенчиво улыбнулся и кивнул в знак своего обещания.

— Это была невыполнимая задача, — сказал Джордан, как только их объятия с облегчением стихли. — Не было никакого способа выйти победителем.

— Самый верный способ стать монстром — это пойти по его стопам, — процитировала Алекс Д.К.. — Если бы ты прошла испытание сегодня, ты бы стала тем самым монстром, с которым мы пытаемся бороться. — Она притянула Алекс ближе и прошептала ей на ухо: — Мы найдем другой способ. Мы всегда так делаем.

Вздрогнув, Алекс ответила на объятие, более благодарная за поддержку и понимание друзей, чем могла когда-либо выразить.

Вернувшись к Кайдену, ободряюще обняв его за плечи, Алекс посмотрела на друзей и собралась с силами, чтобы сказать:

— Мы все знаем, что это тяжелый удар, но, как сказала Дикс, нам просто придется найти другой способ.

— Если эти Врата были каким-то указанием на то, по каким правилам играют жители Тиа Аурас, то я говорю, что нам лучше без них, — сказал Биар.

У него была веская точка зрения. Но все же сердце Алекс болело от разочарования за все время, которое они потратили впустую в Вардаэсии, за все, через что они прошли… и все впустую.

— Давайте просто покончим с этим дурацким застольем, чтобы мы могли, наконец, отправиться домой, — сказал Джордан, крепко прижимая Д.К. к себе. — С остальным мы разберемся оттуда. Но что бы мы ни делали, мы будем делать это вместе.

Кивнув всем вокруг, они погрузились в молчание, по крайней мере, до тех пор, пока Джордан не заговорил снова с озорным блеском в глазах.

— Кто хочет пойти и устроить погром в городе, пока мы еще можем?

— Саэфии действительно разрешила нам делать все, что мы хотели, до праздника, — задумчиво сказал Биар.

Деклан скрестил руки на груди, на его губах играла улыбка.

— Возможно, у меня есть пара идей о том, как мы можем оставить свой смертный след в этом мире.

Алекс задумалась, возможно ли, что ни одна раса, бессмертная или иная, не заслуживала мстительного внимания Джордана, Биара и Деклана вместе взятых. Но в то же время она не собиралась мешать им устроить последнее «ура» в городе. Даже если у нее самой были другие планы.

— Вы, ребята, идите, — сказала она. — Есть кое-кто, с кем мне нужно попрощаться.

— Ксира не вернется с нами? — спросила Д.К., и ее лицо вытянулось, когда