Излечи мою душу - Кэрри Лейтон

Ноги затрясло, глаза защипало от слез, но я сдержалась. Прочистила горло и пообещала себе не встречаться с ним взглядом до конца вечера и последующих дней. Он мудак, подобное поведение заложено в его ДНК, и это не изменить.

После нескольких раундов наступила очередь Тиффани. Она окинула взглядом присутствующих и, к моему огромному изумлению, указала на Томаса.

– Правда или действие?

– Действие, – сухо ответил он. Как будто другого варианта не существовало.

Я случайно посмотрела на него и заметила злобное выражение лица.

– Так-так, – радостно потерла руками Тиффани. Слишком радостно.

Я перевела взгляд на нее и нахмурилась, заметив вспышку всемогущества: так Тиффани ведет себя, когда знает, что полностью контролирует ситуацию. Я жестами попросила ее не включать меня в действие, но Томас, судя по всему, просил обратного. Тиффани переводила взгляд с меня на Томаса, потом она вдруг задержалась на мне, улыбнулась и пробормотала:

– Ты скажешь потом спасибо.

Боже мой. Что она задумала?

– Томас, ты должен провести десять минут, запершись в кладовой с Несси.

– Что? – хором воскликнули мы с Алексом.

– Пойдем, – Томас встал и протянул мне руку.

– Я не собираюсь нигде с тобой запираться. Мы что, в детском саду? – съязвила я.

– Правила есть правила, Ванесса. Их надо соблюдать, – подмигнул он.

– Томас прав. До сих пор мы все их соблюдали, – вмешался Нэш и услужливо объяснил, где находится кладовая.

Чертова Тиффани! Она за это заплатит! Точно заплатит!

Я сделала глубокий вдох и шумно выпустила воздух через нос.

– Пойдем в этот дурацкий чулан.

– После вас, мисс, – самодовольно усмехнулся Томас.

Я прошла мимо, бросив на него лишь мрачный взгляд, и вошла в кладовую первая. Томас закрыл дверь. Странно, но внутри горел свет, видимо, кто-то был здесь до нас. Теснота маленькой комнаты вызывала клаустрофобию. Я повернулась к Томасу спиной, понимая, что, несмотря на злость, от близости к нему потеряю рассудок. Лучше буду десять минут разглядывать зеленоватые стены, пыльные книги на полках и керамические куклы. Жуть.

С потолка свисала веревка, я дернула за нее, и тусклый свет погас. Я тут же дернула ее снова. Свет. Мне нужен свет.

– Темнота лучше, тебе не кажется?

Даже стоя к Томасу спиной, я знала, что он сейчас привычно скривил губы.

– Нет. Я так не думаю, – резко ответила я.

– Дай угадаю, ты в бешенстве.

Какой ты догадливый, Коллинз!

– Нет.

– Это был не вопрос, а наблюдение.

Иди ты со своими выводами!

Я вздохнула и повернулась к нему лицом.

– Да, Томас. Я в бешенстве. Что-то новенькое, не так ли?

– Да, очень ново, – раздраженно сказал он, расправляя пальцами челку.

– Неужели тебе так трудно не быть мудаком дольше пяти минут? – набросилась я, дав волю гневу.

– Что я сделал не так?

Он издевается?! Конечно! Потому что ясно как день: Томас точно знает, почему я злюсь. Конечно, ему же доставляет удовольствие издеваться надо мной!

– Не знаю, может быть, то, что ты усадил ту девушку себе на колени и чуть не трахнул на глазах у всех? Надеюсь, тебе хотя бы понравилось, – бросила я с презрительной гримасой, не обращая внимания на боль в сердце.

– Так же, как тебе понравилось целовать своего дружка?

Хороший план: заставить меня поверить в то, что это была всего лишь месть. Но провальный.

– Не называй его дружком! Для понимания: это был просто дурацкий поцелуй по заданию. Он не впился в мою шею, как граф Дракула.

– Окей. У вас был дурацкий поцелуй по заданию, а у меня по заданию был дурацкий засос. Не понимаю, в чем дело.

С ним бесполезно разговаривать…

– Забудь, – буркнула я и снова отвернулась.

– Повернись.

– Зачем?

Томас приблизился, и мое сердце замерло в горле.

– Хочу, чтобы ты смотрела на меня, когда говоришь со мной, – хрипло приказал он.

– А я хочу, чтобы ты держался от меня подальше!

– Нет, не хочешь.

Он положил ладони мне на плечи, потом скользнул вниз по рукам, коснулся бедер. Я вздрогнула. Разум велел отстраниться, отойти на безопасное расстояние, но тело все сильнее притягивалось к Томасу.

– Ты хочешь, чтобы я прикасался к тебе… – он забрался мне под рубашку, провел пальцами по животу. – Чтобы я тебя целовал… – пробормотал в волосы. – Знаешь, что тебя выдает?

Я попыталась возразить, но не смогла и просто медленно покачала головой.

– Потому что твои слова могут лгать, но тело – нет.

Томас притянул меня к себе, тазом прижимаясь к моим ягодицам и вырывая у меня стон.

– Скажи… – он убрал мои волосы с шеи и прижался к ней губами. – Тебе понравилось его целовать?

– Как ты думаешь?

Я изо всех сил изображала уверенность, старалась не выдать, как он на меня действует.

– Мне показалось, что вы были увлечены.

– Как вы с Малесей? Ты так крепко держал ее в своих руках, вернее, в ногах…

Томас усмехнулся и снова прижался губами к моей шее. Если бы я не была так покорена им, то уже бы влепила пощечину.

– Она не смогла меня возбудить так, как ты, – он прижался сильнее к моим ягодицам, чтобы я сама почувствовала, о чем он говорит. – У меня не возникло желания нагнуть ее возле журнального столика и трахать, пока у нее не перехватит дыхание.

Рука Томаса сжала мое левое бедро, язык лизнул мочку уха. Меня захлестнул мощный электрический разряд внизу живота. Пальцы Томаса спустились еще ниже и оказались между моих ног, я их сжала и напряглась.

– Обхвати меня крепче. Я хочу чувствовать тебя, – соблазнительно шептал Томас, двигая пальцами и усиливая давление на центр моего возбуждения.

Пьянящее тепло заставляло дрожать. Томас сдвинул трусики купальника в сторону и просунул палец между половых губ, уже увлажненных желанием. Я застонала и зажмурилась, отдаваясь волшебному прикосновению. Томас начертил маленькие круги на клиторе, заставляя меня обмякнуть и опустить голову на его плечо. Потом он уперся ладонью в стену и тяжело задышал мне в ухо, а я прошептала его имя и сжала запястье, которым он доставлял мне удовольствие.

Прогнать? Не могу. Как всегда, я подчинилась Томасу, зная, что совершаю ошибку, о которой буду жалеть.

Почему? Ну почему я не могу обойтись без него? Я как мотылек, которого неизбежно тянет к свету, и ведь знаю, что если подойду близко, то обожгусь. Снова.

– Расслабься. Отпусти себя. Я знаю, что ты хочешь меня, чувствую это пальцем, телом. Ты хочешь меня так же сильно, как я тебя.

Его слова вызвали короткое замыкание в моей