Каждая ночь - твоя - Кристи Келли

– Но…

– Спокойной ночи, Баттенфорд, – бросил он через плечо, добравшись до своего кабинета. В комнате горела всего одна свеча – впрочем, сейчас Бэннингу вполне было достаточно и ее. Он переступил порог. Вдруг что-то маленькое и мягкое, пролетев под самым потолком, с размаху шлепнулось ему на голову.

– Что за?!

Закончить Бэннинг не успел – потому что еще один такой же предмет ударил его в лицо. Ничего не понимающий Бэннинг опустил глаза вниз и увидел две валяющиеся на полу подушки.

Он успел поднять глаза как раз в тот момент, когда в воздух взмыла третья – к счастью, эту он успел перехватить в воздухе. Бэннинг ошеломленно уставился на Эвис. Ее карие глаза потемнели от ярости и сейчас казались почти черными. Грудь тяжело и часто вздымалась.

– Я так понимаю, что-то случилось? – осведомился Бэннинг.

– Мерзавец! – выпалила она. – Ты погубил мою репутацию.

– После того представления, которое ты устроила на террасе у Трея, ничего другого ты не заслуживаешь! – рявкнул Бэннинг.

Она швырнула в него другой подушкой.

– И чего же, по-твоему, я заслуживаю? Чтобы меня бросили? Чтобы любая порядочная женщина отказала мне от дома? И все это – в награду за то, что я попыталась вырвать тебя из когтей этой юной нахалки?!

Поймав на лету еще одну брошенную в него подушку, Бэннинг швырнул ее на пол и в три прыжка подскочил к Эвис.

– Да, ты это заслужила. А может, и не только это! – гаркнул он.

– Но за что? За то, что была такой дурой и не смогла в нужный момент промолчать? За то, что спасла тебя от мисс Роубак? – Эвис, увидев, что Бэннинг надвигается на нее, сделала шаг назад.

– Нет – за то, что целовалась с Биллингсуортом на террасе! – прогремел он.

– Так, значит, ты все видел?! – взвизгнула Эвис. – И не бросился меня спасать?

Бэннинг насмешливо склонил голову набок.

– Ну, знаешь, не похоже, чтобы тебя нужно было спасать! – фыркнул он. – Ты с такой силой вцепилась в лацканы его сюртука, будто тебя годами никто не целовал!

– Ах ты, осел! Тупица! Я просто поскользнулась! А он схватил меня и принялся целовать!

– Ну да! И вдобавок еще заставил тебя сказать, что ты его хочешь!

Он вдруг заметил, как Эвис смешалась. Потом глаза ее расширились.

– Я сказала, что хочу… я хотела потребовать, чтобы он немедленно убрал свои руки с моей… – Она покраснела.

– И разумеется, ты изо всех сил отбивалась, пытаясь вырваться из его объятий, – саркастически хмыкнул Бэннинг.

К сожалению, подушек больше не было – иначе одна из них неминуемо полетела бы ему в лицо. Эвис, выпрямившись во весь рост, посмотрела ему в глаза и топнула ногой.

– Ты сказал, что собираешься вернуться в город. Помнишь, после того, как нашел меня? Для чего? Решил восстановить мое доброе имя?

– По крайней мере, я подоспел вовремя – еще немного, и ублюдок избил бы тебя до полусмерти, – мрачно буркнул Бэннинг.

– А теперь ты собираешься драться с ним, чтобы защитить мою честь? Но при этом ты даже не соизволил дождаться, чтобы твоя мать смогла объявить о нашей помолвке?!

– Что?! Но я понял… Ты ведь сказала, что тебе наплевать на скандал!

– Я?! Ничего подобного! Когда мы говорили, что скандала не миновать, я думала, ты имел в виду, что сплетни все равно поползут – даже если мы объявим о нашей помолвке.

Он шагнул к ней, но Эвис моментально отпрянула назад. На этот раз ей не повезло – со всего размаху налетев спиной на некстати подвернувший стол, она покачнулась и стала падать. Бэннинг ринулся вперед, чтобы подхватить ее, – и не успел. В результате они повалились на стол вдвоем. Бэннинг, естественно, оказался сверху.

– Неуклюжий болван! Немедленно вставай! – возмущенная Эвис замолотила кулаками по груди Бэннинга.

Терпение у него лопнуло. Схватив ее за руки, он завел их ей за голову, после чего навалился на нее всей своей тяжестью.

– Хватит! – прорычал он.

– Ну уж нет! Просто уму непостижимо! Как ты мог подумать, что мне хотелось, чтобы он меня поцеловал?

– А что я, по-твоему, мог подумать? Помнится, когда ты вбила себе в голову, что тебе срочно нужен любовник, то выбрала его, а не меня. А когда я предупреждал тебя, что он негодяй, ты ведь даже слушать не хотела! Тогда зачем ты пришла ко мне?

– Чтобы не дать тебе стреляться на дуэли, вот зачем! И чтобы заставить тебя на мне жениться! – заявила она тоном, который иначе как приказным трудно было назвать.

– Заставить? Я не ослышался?

Желание прикоснуться губами к ее шее к этому моменту стало таким нестерпимым, что у Бэннинга не осталось сил противиться ему. Медленно опустив голову, он припал губами к трепещущей жилке на шее Эвис.

– Немедленно прекрати это! – отбивалась Она. – Нам нужно поговорить!

– Ни за что, – хрипло прошептал он, зарывшись лицом в нежную ложбинку у основания ее шеи.

– Не хочу, чтобы ты прикасался ко мне, – дрогнувшим голосом проговорила она, однако особой убежденности в голосе не было.

– Но ведь ты, кажется, только что в приказном порядке потребовала, чтобы я женился на тебе, так? А если ты станешь моей женой, то будешь принадлежать мне. Ты будешь моей – иначе говоря, я буду иметь право трогать тебя, ласкать, гладить, заниматься с тобой любовью когда захочу.

– Только не против моей воли.

– И против твоей воли тоже, – прошептал Бэннинг, целуя ее шелковистую кожу. – Только не подумай, что я намерен брать силой то, что полагается мне по закону, – усмехнулся он. – Просто ты очень страстная женщина, – добавил он, припав поцелуем к ее груди.

– Так ты собираешься на мне жениться или нет?

Не поднимая головы, Бэннинг снова улыбнулся – итак, она все-таки пришла к нему, торжествовал он. На миг его охватило невероятное облегчение. Еще ни разу в жизни он не чувствовал себя таким счастливым, как в эту минуту, возможно, потому, что теперь он наконец добился всего, чего хотел. При условии, конечно, что ему удается пережить завтрашний день, угрюмо добавил он про себя.

Затаив дыхание, Эвис с нетерпением ждала ответа Бэннинга. Но вместо того чтобы что-то сказать, он обхватил губами ее напрягшийся сосок, и Эвис вдруг почувствовала, что не может дышать. Она пыталась вдохнуть – и не могла.

– Так как? – снова спросила она.

Подняв голову, Бэннинг посмотрел ей в глаза. Уголки его чувственных губ дрогнули и поползли вверх.

– Нет, – коротко ответил он.

И потянулся к ее губам, но Эвис увернулась. Она отказывалась подставить ему губы для поцелуя. Но помешать ему не смогла. Он поцеловал ее – и все доводы рассудка разом вылетели у него из головы.