Бегство к любви - Саманта Тоул

Медленно качаю головой.

На губах его появляется победоносная улыбка.

– Вот и умница. – Форбс еще выше задирает на мне сорочку, обнажая грудь. – Ты чертовски прекрасна, – говорит он, сдавливая мою грудь, своими гадкими пальцами захватывая сосок. Сжимая его.

От боли я закрываю глаза. В их уголках проступают слезы.

Джордан. Это безмолвный крик в моем сознании. Я мысленно зову его, он должен вернуться. И выполнить свое обещание, ведь он клялся, что больше никому не позволит причинить мне боль.

Но Джордан не вернется, я прогнала его.

Мне придется самой себя спасать. И я сумею.

Медленно поднимаю руку к лицу Форбса. Его глаза вспыхивают торжеством, и я понимаю, что он мой.

Подняв подбородок, подставляю ему свои губы.

Взгляд его загорается.

– Скажи, что ты хочешь меня, Мия. Скажи: «Трахни меня, Форбс. Прошу тебя». Я хочу, чтоб ты умоляла, детка.

На языке у меня вертятся совсем другие слова, но я проглатываю их и выполняю его указание. Говорю ровно:

– Трахни меня, Форбс. Прошу тебя.

– Умница ты моя. – Ухмыляясь, он приближает ко мне свое лицо.

Едва его губы касаются моих, я издаю стон, зная, что это разожжет в нем страсть и он начнет целовать меня более пылко. И в этот момент я возвращаюсь к тактике, к которой прибегла последний раз. Впиваюсь зубами в его нижнюю губу. Но на этот раз кусаю как следует.

Его кровь хлынула мне в рот. Он вскрикнул от боли.

– Сука недоделанная! – Он бьет меня со всей силы.

Голова взрывается болью. Форбс крепче стискивает мое горло. Дышать становится трудно.

Нужно выбираться отсюда, но я не в состоянии сдвинуть свое тело, поэтому руками я бью, царапаю, толкаю, просто пытаясь спихнуть его с себя. Тщетно.

И лишь когда он, занеся кулак, отклоняется назад, чтобы еще раз ударить, я поворачиваю набок голову.

И вижу свой путь к спасению – на тумбочке рядом с кроватью.

Не раздумывая, хватаю стеклянный графин с водой и со всей силы, что у меня есть, ударяю его им.

Сбоку по голове. Чувствую и слышу глухой стук стекла о череп.

Вода выплескивается, заливая мне лицо и волосы.

Форбс смотрит на меня, совершенно обалдевший. Будто не может поверить, что я действительно его ударила.

Покачивается, но все еще в вертикальном положении, а мне-то нужно его повалить.

Я размахиваюсь и снова бью его графином. На этот раз сильнее. Он падает, валясь прямо на меня.

Графин выскальзывает из моей руки на пол и со звоном разбивается.

Я в панике. Кашляю его кровью и своей собственной. В мозгу пульсирует лишь одна мысль – сбросить его с себя. Боюсь, что он сейчас очнется и для меня игра будет окончена.

Поднатужившись – откуда только силы взялись? – я выбираюсь из-под него. Не отрывая глаз от его неподвижного тела, сползаю с кровати, ступая на пол голыми ногами.

Осколки стекла мгновенно вонзаются в стопы. Я прикусила губу, чтобы не закричать от боли.

Не сводя глаз с Форбса, жму на кнопку вызова медперсонала – снова и снова. Потом, стараясь двигаться тихо, иду к выходу, сдерживая крик, потому что осколки продолжают безжалостно впиваться в стопы.

Я уже в нескольких шагах от двери, и вдруг слышу в коридоре топот бегущих ног. Дверь с шумом распахивается. Это доктор Паккард и с ней охранники.

Слава богу.

– Мия, что стряслось? Что с вами? Мы услышали звон разбившегося стекла, потом ваша тревожная кнопка как с цепи сорвалась! – Она быстро обводит взглядом палату, оценивая обстановку – мое состояние, состояние Форбса, лежащего на кровати. – О боже, вы не поранились?

Шатаясь, делаю несколько шагов навстречу ей. От облегчения ноги ослабели, и я начинаю оседать.

Доктор Паккард подхватывает меня, обнимает.

– Все хорошо, Мия, – успокаивает она меня, прижимая к себе. – Все будет хорошо.

Но в этот момент в ее слова верится с трудом. А я могу думать лишь о том, что мне очень хочется, чтобы сейчас меня обнимали руки Джордана.

Но они никогда больше меня не обнимут.

И, кроме себя самой, винить мне некого.