Всему вопреки - Салли Стюард

Этот квадратный белый конверт, надписанный от руки, пришел в офис Джейка вместе с остальной почтой.

Норин положила его на стол.

— Извини, — сказала она, — я не знала, что это личное письмо, и распечатала. На самом деле это не письмо, а приглашение на свадьбу.

— Ничего страшного, — механически отозвался Джейк.

Приглашение на свадьбу?

Он тотчас узнал этот четкий аккуратный почерк. Тот же почерк увидел Джейк два месяца назад в старом письме, которое принесла ему Ребекка Паттерсон. Рука Мэри Джордан.

Он услышал, как закрылась дверь, и понял, что Норин ушла, но головы не поднял. Просто взгляда не мог оторвать от этого конверта.

Неужели Мэри приглашает его на свадьбу дочери? А если и так? Ему-то какое дело? С чего бы у него вдруг так болезненно сжалось сердце и на верхней губе выступили капельки пота? Отчего возникла в груди глухая, гулкая боль?

Он уже почти забыл Ребекку.

Ну, по правде говоря, не совсем забыл, а если быть точным — ее образ ни на минуту не покидал его мыслей. Но со времени пожара на ферме Джейк с ней не встречался.

Побеседовав с Гейтсом — с глазу на глаз и без протокола, — он по телефону продиктовал свое официальное заявление касательно смерти Чарльза Мортона. Он подтвердил рассказ самого Гейтса: как шериф следовал за Чарльзом до самой фермы, как услышал его угрозы убить Мэри и Ребекку и застрелил Чарльза до того, как тот успел выстрелить в Мэри. По сути говоря, этот рассказ был почти правдив — разве что сознательно упущены некоторые детали. Джейк был вполне согласен с таким умолчанием. Честная сделка — прикрыть грешки Гейтса в обмен на то, что шериф прикроет попытку Мэри застрелить Чарльза.

Так что у Джейка не было никакой необходимости встречаться или разговаривать с Ребеккой. Один раз она позвонила в его офис с просьбой прислать счет, но Джейка тогда не было, и трубку сняла Норин. Потом он послал счет, и Ребекка его оплатила. Конец фильма.

Джейк потрогал пальцем конверт. Норин уже вскрыла его — остается только вынуть приглашение и прочитать. Может быть, его приглашают вовсе не на свадьбу. Может быть, Норин ошиблась.

Липкими от пота пальцами он извлек из конверта глянцевую карточку, в углу которой красовались свадебные колокольчики.

Боль железным кулаком стиснула сердце Джейка, и в глазах у него потемнело. Как могла Ребекка так быстро найти себе мужа? Неужели все, что было между ними, для нее ничего не значило?

Джейк швырнул карточку на стол и выругался сквозь зубы.

Да что это с ним творится, черт подери? Все, что было у них с Ребеккой, — несколько минут физической близости. Взаимное удовольствие — не больше. Было — и прошло.

Ничто не вечно.

Джейк заставил себя взглянуть на отпечатанный текст, прочитать до последней точки, раз и навсегда убедиться в том, что замужество Ребекки глубоко ему безразлично…

«Мэри Элизабет Джордан и Дэвид Карл Болдуин имеют честь пригласить Вас на свое бракосочетание, которое состоится 14 октября…»

Мэри и Дэвид?!

Так замуж выходит не Ребекка, а ее мать?

Джейк улыбнулся.

Расхохотался.

И тут же помрачнел. С чего бы ему так радоваться, что сердце Ребекки по-прежнему свободно?

И тем не менее он этому рад.

Джейк поднялся и, сунув руки в карманы, подошел к окну. Мысленным взором он видел, как по стоянке идет к зданию Ребекка — хрупкая, тоскующая, уязвимая, такая, какой он увидел ее впервые. Тогда Джейк сравнил ее с ивовой веточкой под ураганным ветром, но она, как и положено ивовой веточке, оказалась на удивление гибкой и стойкой. Она пережила все страдания, выпавшие на ее долю, и вышла из испытаний куда более сильной, чем прежде.

Этой сильной женщине Джейк уже был не нужен.

Зато она ему нужна.

Вопреки всем своим стараниям он так и не сумел позабыть Ребекку. Впервые в жизни, расставшись с женщиной, он помнил до мелочей все: ее лицо, походку, голос, аромат ее кожи, колдовскую зелень ее русалочьих глаз. С того самого дня, как Джейк расстался с Ребеккой у горящей фермы, он вспоминал ее ежечасно, ежеминутно и отчаянно по ней тосковал.

Боль, которая пронзила его при мысли, что Ребекка выходит замуж, вынудила его посмотреть в глаза неумолимой правде: он никогда не забудет эту женщину.

Он полюбил Ребекку, и эта любовь будет длиться вечно.

Джейк вернулся за стол и взял в руки приглашение. Скорее всего Мэри послала его из вежливости. Вряд ли она ожидает, что он и вправду приедет на свадьбу.

Но он приедет.

Он сделал все, чтобы изгнать Ребекку из своего сердца, но потерпел крах. И теперь остается только одно.

Встретиться с Ребеккой.

Сказать ей о своей любви.

При одной мысли об этом Джейка бросило в дрожь.

Что, если ему суждено услышать отказ?

А вот если он не станет встречаться с Ребеккой, то и отказа не услышит.

Джейк опять отошел к окну. Ноги у него разом ослабели.

Лишь сейчас ему открылась вся мучительная правда о себе самом. Все эти годы он только и делал, что убегал. Покидал женщин прежде, чем они могли покинуть его. Именно так он поступил и с Ребеккой… Но на сей раз эта тактика не сработала. Джейк ушел, однако сердце его навсегда осталось с ней.

Ничто не вечно…

Какой нелепый самообман!

Ребекка, впервые пришедшая в его офис, была хрупкой и беззащитной, но у нее хватило сил заняться поисками своих настоящих родителей и добиться своего.

Теперь Джейк, потрепанный жизнью циник и волк-одиночка, должен отыскать в себе силы, чтобы так же упорно достичь своей цели.

Откажет ему Ребекка или нет — он не вправе упускать шанса найти свое счастье.

Ребекка вспушила волосы матери и в последний раз брызнула на них лаком.

— Ты просто красавица, — сказала она. — Самая настоящая невеста.

Мэри встала и одернула узкую юбку своего белоснежного костюма.

— Я так волнуюсь, — вздохнула она. — Поверить не могу, что все это происходит на самом деле. Я никогда не думала, что снова выйду замуж… и уж верно мне не приходило в голову, что подружкой на свадьбе будет моя дочь.