Только не это! - Ольга Смышляева

Ах да, чуть не забыла! Чародеи из Страны Орз — настоящие Имани, Антоний и Тадеуш — благополучно вернулись к себе домой. Благо, Варлоу предусмотрительно усыпил их заклятием; они даже не заметили, как много времени прошло.

Эпилог.

Мы вернулись!

Арайская Академия Света напоминала спящую красавицу. Нас встретили звенящая тишина насквозь прошитых солнечными лучами коридоров и непривычный покой. До начала учебного года оставалась ещё неделя, студенты появятся здесь не раньше, чем через пару дней. Этого времени как раз должно хватить тёмным, чтобы познакомиться с расположением аудиторий и хорошенько изучить установленные ректором Ливси правила и распорядки.

Было немножко страшно — для нас начиналась новая жизнь, уже настоящая, без всякого прикрытия, тайной миссии и дурацких имён. Ясно дело, с распростёртыми объятиями нас здесь никто не встретит. Уж точно не Горни! Никакие указы и распоряжения не заставят светлых и тёмных дружить друг с другом. Год обещает быть непростым, но если честно, плевать. Мы пережили Варлоу!

Наши тёмные собратья крутили головами по сторонам, тщательно пытаясь скрыть истинные эмоции и усиленно делая вид, будто не видят ничего интересного. Представляю, что с ними случится, когда они узнают, насколько разнообразная здесь еда.

— Как всё прошло с бабулей? — негромко поинтересовалась я у Майло, пока мы шли длинными коридорами по чистеньким коврам.

Во время недавней поездки домой — в клан Повешенных волков — Халявщик грозился рассказать родным, что нашёл свою избранницу среди светлых. Очень смелый поступок, но отнюдь не безумный. Альфа у них по-прежнему его бабуля, а она сама не оборотень по крови, рубить с плеча не станет. Как скажет — так и будет. Клан подчинится.

— Ну, как сказать... Она возжелала, чтобы я пригласил Марлену к нам на новогодние каникулы, — Майло едва заметно поморщился. — Хреново. Бабуля из ума выжила: привести светлую девчонку к оборотням, да они её сожрут!

— Лишь бы не буквально, — я спрятала улыбку. Марлена храбрая девчонка с либеральными взглядами, но оборотни это оборотни.

— Шути-шути, по крайней мере мне хватило духу рассказать, в отличие от тебя. Вряд ли твой отец будет прыгать от радости, когда узнает о вас с Эрси.

— Её отец не выйдет из тюрьмы до конца жизни, — вставил Лёва. — Иви может молчать хоть веки вечные, и ей ничего за это не будет.

— Вот-вот, — кивнула я. — А ещё высота его камеры всего полтора метра, уверяю тебя — прыгать мой отец не станет, даже если Тёмный Император вновь вернётся на престол.

— Вы можете быть серьёзными? — Майло не нравилась неопределённость нашего текущего положения. — Близкие отношения между тёмными и светлыми не поощряются ни одной из сторон со времён короля Арни и рыцарей Золотого Блюда. Как бы нам не пришлось крупно пожалеть.

— Я точно не пожалею, — заявила с полной в том уверенностью.

— А не всё ли вам равно? — раздражённо выдохнул Лёва. — На фоне моей мамочки, ваши родители ангелки с крылышками из белоснежного бисера. «Неудачное сравнение, но верное». Очень верное. Помяните моё слово: мы с вами ещё скучать по Варлоу будем.

Не хочется верить, да прозвучало чертовски правдоподобно...

Сторож Марджана не проронила ни слова, провожая шеренгу тёмных к кабинету ректора Ливси. Спасибо хоть не стала осенять себя знаками от сглаза, как в нашу последнюю встречу. Побоялась и правильно сделала. Мстить мы умеем.

— А теперь самое важное, — Майло обратился к товарищам, прежде чем зайти в кабинет. — Старый хмырь тот ещё шутник, но не кусается. Главное помните: если он предложит вам конфетки, ешьте и не вздумайте плеваться. Это у него такой тест на храбрость.

Ради того, чтобы Подлиза наелся мыла, мой друг и всех остальных с лёгкостью обрёк на страдания. Не буду вмешиваться. Это всё-таки Академия Света, пора привыкать к суровой реальности.

— И не забываем лучезарно улыбаться, — добавила я. — Потренируйтесь.

Все семеро ребят оскалились, будто одичалые вампиры, страдающие от дикой зубной боли.

— Вот так?

Лёва инстинктивно отпрянул назад, едва не споткнувшись о Халявщика.

— Идеально! — я подняла большой палец вверх. Хотелось верить, что увидев их лица, Ливси подавится своей карамелькой. Это ему за «Зелье Правды».

Постучав для приличия, без опасений вошли в цветастый кабинет. На сей раз наши документы самые что ни на есть настоящие.

Нас ждали. Как всегда довольный жизнью ректор Ливси восседал за своим столом, а деканы всех семи факультетов застывшими фигурами стояли позади него. Не скажу, что выглядели они счастливо, скорее наоборот — от перспективы обучать диких тёмных чуть в обморок не падали. На лицах каждого из присутствующих читалась лишь одна мысль: «Только бы не на мой факультет!» Немного в стороне от остальных на креслице возле окна расположился профессор Уорси. Поймав мой взгляд, он легко кивнул. Хоть кто-то рад нам!

Блестящие глаза Ливси безошибочно остановились на мне, Лёве и Майло.

— Натворили вы дел, — загадочно улыбнулся он. — Вы и наши двое героев — Марлена и Ингрэй; скажите им спасибо при встрече. Дипломаты всё лето разгребали последствия вашего недельного пребывания в Академии. А какие жаркие дебаты стояли во дворце консула! Тёмные и светлые будут учиться вместе, неслыханно! Мои профессора, чтоб вы знали, литрами пьют «Успокаивающее зелье», но лично я искренне рад результату. Наши народы девятнадцать лет жили в атмосфере взаимного недоверия, пора бы её немножко разбавить. Как думаете?

Едва не ляпнула, что несколько лишних гроз пойдут только на пользу землям Королевства, но вовремя спохватилась.

— Полностью согласны, господин ректор.

— Молодцы!

Переведя взгляд на наших товарищей, он жестом ладони подманил их поближе к своему столу, прямо по центру которого стояло большое блюдо с конфетами, завёрнутыми в разноцветные фантики. Подвоха не почует только дебил.

— Угощайтесь леденцами, ребятки.

Следуя наставлению Майло, тёмные неуверенно взяли по одной конфетке и послушно засунули их в рот.

— Очень вкусно, — Подлиза улыбнулся, как будто делал это впервые в жизни. Ряды деканов заметно дрогнули.

— Бва-ха-ха, я же говорил, что они съедят их! — Ливси чуть с кресла не грохнулся от смеха. — Регина, ты проиграла!

— Обалдеть, он ничуть не изменился, — негромко заметил Майло.