Безжалостная нота - Нелия Аларкон

Но сканер загорается зеленым.

Замок щелкает и открывается.

— Спасибо, парень с поддельным удостоверением. — Бормочу я.

Темнота вокруг меня, я проскальзываю в комнату. Сразу же чувствую запах Датча, аромат сандалового дерева и мускуса. Это не одеколон, я так думаю. Он присущ только ему. И от этого моя ярость только усиливается.

Зрение становится красным, я замахиваюсь битой над головой и бью ею по шкафу, заставленному наградами музыкальных шоу. Трофеи падают на пол, их головы отскакивают, как в каком-то макабрическом фильме.

Шум доставляет удовольствие.

Я могу шуметь так громко, как захочу.

Благодаря звуконепроницаемым стенам — только самые лучшие для Королей, меня никто не услышит.

Под воздействием адреналина я подкрадываюсь к другому шкафу и разбиваю стекло. Осколки разлетаются во все стороны. Я отворачиваюсь, чтобы они попали только мне в спину.

Ухмыляясь как сумасшедшая, я опрокидываю диван и разбрасываю подушки по полу.

Вспоминая слезы Серены и хрупкое тело ее матери, я врезаюсь битой в монитор компьютера и разбиваю маленькие статуэтки на полках.

Закончив разбивать все, что можно разбить, я медленно подхожу к гитаре Датча.

Бита грохочет по земле, когда я тащу ее за собой. Поверхность гитары лишь слегка потрескалась от всех разрушений.

В моей голове проносится воспоминание о Датче, играющем на гитаре. Он выглядел таким высоким и контролирующим себя. Красивый зверь, сдерживаемый музыкой. Втягивающий всех в свой мир. В свою боль. Используя только инструмент с шестью струнами и свои поэтические пальцы.

Я подхожу к этим струнам и достаю острый нож.

Это святотатство.

Как один музыкант другому, я знаю, насколько священен инструмент для его владельца. Вот почему Датч в тот раз так больно облил мое пианино медом.

Я лишь отплатила за услугу.

Я перерезаю первую струну, и она с приятным звоном рвется. Даже в смерти она все еще способна издавать прекрасный звук.

Я перерезаю вторую и наблюдаю, как она сворачивается сама собой.

Третья струна.

Четвертая струна.

Пятая.

Шестая.

Она возвращается разбитой, с синяками и острыми краями, как и взгляд Датча. Этот его расчетливый взгляд, проникающий в душу с острым, как кремень, вниманием.

Мне должно быть страшно, но внутри я чувствую лишь больное, извращенное удовлетворение.

Хотела бы я увидеть его лицо, когда он найдет свою гитару, но сейчас вечер пятницы. Возможно, он даже не поймет, что дело сделано, до понедельника.

Удовлетворенная и довольная, я небрежно бросаю нож на землю и отправляюсь домой.

Когда я вхожу в дом, Вай уже на кухне готовит сэндвич. Она замирает, увидев мое лицо, ее светлые глаза скользят по моему темному костюму.

— Где ты была? И почему ты такая потная?

— Я вышла на пробежку.

— В черной футболке и джинсах?

Я деревянно улыбаюсь ей.

Вернувшись домой к младшей сестре, я чувствую, что живу двойной жизнью.

Тьма, которая затопила меня, когда я разрушила тренировочную комнату Датча, теперь встречается со светом присутствия Ви.

Это противоречит друг другу.

Свет и тьма.

И это немного больно. Как будто два мира пытаются столкнуться.

— Хочешь воды? — Ви спрашивает, поджав красные губы.

Я киваю и наблюдаю за ней. Она экспериментирует с искусственными веснушками.

Очевидно, это большой тренд, а я просто не понимаю.

Иногда мне кажется, что я женщина средних лет, запертая в теле подростка, потому что я не понимаю и половины того, что говорит моя сестра.

— Мне нужно с тобой кое о чем поговорить.

— О чем? — Устало спрашиваю я.

В горле у меня холодная вода. Это помогает снять жар, скопившийся в моих венах.

— Вчера вечером я сделала совместную работу с Зейном.

Я выплевываю воду, и она разлетается по столу.

— Ты что?

Она морщится.

— Я знала, что ты так отреагируешь. Вот почему я не хотела говорить тебе заранее.

— Зейн? Зейн Кросс?

В моей груди разгорается яростная буря. Как смеет Датч и его братья преследовать мою сестру?

Я разорву их на части.

Я вскакиваю на ноги.

Вай мечется по кухне и раскидывает руки.

— Они не приходили, и я их тоже не видела. Это было во всем интернете. Зейн и его братья согласились сняться в ролике «мой парень озвучивает мою косметику». Ну, за исключением того, что они в десять раз лучше, чем любой парень, который у меня когда-либо мог бы быть.

— Они?

— Все они это сделали. Зейн, Финн... — Она внимательно смотрит на меня. — Датч.

Мои ноздри раздуваются.

— Датч мне ничего не сказал.

— Я попросила их держать все в тайне, потому что знала, что ты меня убьешь. — Она поспешно берет ноутбук и показывает мне видео, которое она монтирует. — Смотри, я выложила тизер, и он уже набрал кучу просмотров. Число моих подписчиков тоже растет.

Мой пульс учащается. Зачем Датчу помогать моей сестре? Он пытается сблизиться с ней, чтобы потом причинить ей боль?

— Тебе нужно держаться от них подальше. — Шиплю я, подталкивая ее к ноутбуку.

— Не буду.

Мой взгляд устремляется на ее глаза.

— Виола Купер.

— Они не злобные ублюдки, как думает Бриз. Они уморительны и я им искренне нравлюсь.

— Нет, милая. Они не любят. А даже если бы и любили, ничего хорошего из этого не вышло бы. Восемнадцатилетние рок-звезды не должны находиться рядом с тринадцатилетней девочкой.

— Ты думаешь, они сделали это ради меня? — Она смеется. — Я знаю, что Датч просто пытается заставить тебя полюбить его снова.

— Датч опасен.

— Датч — весельчак. Тебе стоит посмотреть, что я уже смонтировала. — Она подталкивает ноутбук ближе ко мне. — Они рок-звезды. Они ничего не знают о макияже и не стесняются шутить.

— Датч не знает, как шутить... — Отметка времени на экране заставляет мое сердце заколотиться. Я срочно наклоняюсь вперед. — Вай, это отметка времени, когда ты редактировала видео?

— Нет, это отметка времени, когда мы снимали видео. — Она показывает жестом. — Я не хотела делать обычное видео с голосом за кадром, потому что тогда никто бы не поверил, что это действительно Короли. — Ее губы складываются в тонкую линию, как будто она вспоминает неприятное воспоминание. — Поэтому я спросила их, согласны ли они сниматься на камеру. Они были не против, но у них в тот вечер был концерт, поэтому они спросили,