Их любимая - Дана Блэк

Святые котики.

Кто-то в уходящий поезд запрыгивает в последнюю секунду, а мы на сушу выскочили перед самым отплытием.

Фух.

Сердце из груди рвется, как ненормальное. Забитый народом пляж, залитые солнцем улицы, такси - лишь оказавшись в салоне машины отпустила Гришу, перевела дыхание.

Стоп, Рита.

Бумажным платком промокнула влажный лоб, посидела, успокаиваясь и повернулась на счастливого сына.

- Все-таки нужно поесть, - выглянула в окно и сощурилась на вывески, взглядом выискивая какое-нибудь кафе.

Теперь можно не торопиться.

Мы пообедаем, я посмотрю билеты на ближайший рейс, потом погуляем...

Встретимся с Северскими в аэропорту или уже дома - неважно, им придется выслушать все, что я про их троицу думаю.

Все, все выскажу, ждать кого-то не стану, никогда больше не буду ждать.

Да.

И, вообще, для начала открою новости.

И проверю, ради чего они нас бросили.

Глава 78

Глава 78

Арес

На Гелу Стрелецкую, мать нового губернатора Ареса Северского, было совершено покушение. Сейчас она находится в больнице в тяжелом состоянии...

Подобными этому крикливыми заголовками пестрят новости, я ни одному слову не верю.

Бред.

Идиотские сказочки.

Но не отреагировать было нельзя. Мать меня уже похоронила, когда я расстался с Лидией, из дома меня выгнала, пусть - всерьез ее истерики не принимал никогда.

Но все ее выдумки про то, как ее пытались убить на подземной парковке - перебор.

Дверь нам открыл отец Риты и молча отступил, пропуская. Севастиан зашел в дом последним, и Роман выглянул на крыльцо.

- А дочка с внуком не приехали?

- Гела где? - прошел по коридору и заглянул в арку.

- В какой больнице? - Севастиан присел на подлокотник дивана и нервно застучал подошвой по полу. Младший поверил в покушение, он уверен, что это Димитрий мстит за Риту.

Тим думает, что это мой несостоявшийся тесть.

А я думаю, что нас развели, как маленьких.

- На счет Гелы, да, - Роман суетливо запер дверь и подтолкнул Тима по коридору, - да вы проходите. Только с дороги. Голодные поди?

- Роман, - в раздражении обернулся. - Что с матерью?

- Да, да, - закивал Роман. - В общем, такое дело...

- Дорогой, в душевой опять радио сломалось! - после хлопка двери прозвучал высокий голос Гелы. И по коридору застучали каблучки. Гела, с намотанным на волосы розовым полотенцем, выплыла из-за угла и охнула: - Мальчики! Вернулись!

Смотрю на нее - лицо безмятежно, как море. Ни грамма косметики, ни грамма сожаления.

И это не укладывается у меня в башке. Гела подкупает журналистов, которые на каждом углу вопят, что она при смерти, за жизнь борется в реанимации - и мать даже на секунду не задумывается, что так нельзя.

Молча переглядываюсь с братьями.

- Мама, ты в своем уме? - Тим швырнул на диван барсетку. - Какого черта? Ты соображаешь, вообще, что такими вещами не шутят?

- Какими такими? - она запахнула халат на груди и развернулась, каблуками зацокала в столовую. - У вас тут проблем выше головы, а вы развлекаться умотали. Что мне еще оставалось? Как я должна была действовать? Это в высшей степени безответственно. И где мой внук? - спросила она и скользнула в кухню, из холодильника достала шоколадку и сок. - Рита с Гришей ведь с вами? Почему они не заходят?

- Рита с Гришей не прилетели, - мрачно покосился на угощение, которое Гела выставила на стол.

На девяносто девять процентов я знал, что журналисты все врут. И все равно не мог остаться на лайнере, пока все, кому не лень, мусолят мою семью, обсуждают Гелу, меня, братьев.

Не нужно. Я хочу жить спокойно, хочу, чтобы мой сын жил спокойно, я верю в нормальное будущее, но строить его нужно уже сейчас, в настоящем. И не допускать, чтобы нашу фамилию вот так запросто полоскали.

Хватит, мы с братьями и так наворотили дерьма.

-... как могли оставить Гришу, - распинается Гела. - Мальчик - мой внук, и я имею право общаться с ним. И Рита мне не запретит. Вы должны повлиять на нее, вы же мужчины.

- Не так давно ты грозила, что ноги ее не будет в твоем доме, - хмыкнул Севастиан и уселся за стол. Достал телефон и уткнулся в экран. - Так, я заказываю билет и лечу обратно.

- Тогда я не знала, что эта девчонка мать моего единственного внука, - Гела поправила полотенце на волосах и махнула рукой, - дорогой, позвони дочери. Вдруг она включила телефон?

- Я звонил, гудок есть. Поэтому и думал, что Рита с вами, - Роман показал трубку. - Так они с Гришей не прилетели?

Ему никто не ответил - в прихожей звякнуло длинное - дзи-и-инь.

- Гела, покорми детей, только с дороги, голодные, - распорядился Роман и пошел открывать.

- Да, правильно, - Гела за рубашку потянула Тима, - садитесь, пообедаете. Потом посмотришь билет, Севастиан. Полетишь один, заберешь Риту и моего внука. А мы дождемся здесь. Арес, ты сегодня же позвони Роману Емельяновичу, узнай у него, как вам можно уладить вопрос, - начала она давать указания. - А ты, Тим...

- Дедушка, дедушка! - завопил в коридоре детский голос.

Словно галлюцинация.

Машинально потер ухо.

- Ох ты боже мой, Гришка! - пораженный ответ Романа.

Щурюсь на стену, словно она просвечивает. Рита с сыном остались на лайнере, я видел, как он отплывал из порта.

Видел.

- Что с твоей женой? - звучит еще один голос, девичий, такой родной. - Она, правда, в больнице?

Посмотрел на рассеянных братьев. Шагнул в арку, но с дороги меня оттолкнула Гела.

- И не стыдно? Зачем наврали, что одни прилетели? - она на глазах засветилась, не заметила, что полотенце свалилось с волос, побежала, и коридор наполнился несвойственным ей сюсюканьем: - Батюшки, кто к нам пришел! Ах, какой, бабушкин красавчик!

- Пизд*ц, - кратко выругался Сева и поднялся. - Что там за херня?

Сын не моя галлюцинация - они с Ритой разуваются в прихожей. Гела мешает Грише снять обувь - подхватила зевающего пацана на руки и разглядывает, и причитает:

- Какой большой, какой большой наш мальчик. Ну-ка, улыбнись бабушке.

Поразительно, на нас с братьями она обижалась, когда мы прилюдно мамой ее называли, так трепетно относилась к своему возрасту, а тут сразу - бабушка.

- Он сам