Тайный мир Шопоголика - Софи Кинселла

— Я знаю, — вздыхает Люк. — Мне не стоило этого говорить.Вырвалось со злости… когда вы нам всем хвост прищемили.

— Правда? — не могу сдержать я довольной улыбки. — Яприщемила вам хвост?

— А то вы не знаете. Целая страница в «Дейли уорлд» о нашемклиенте — как гром среди ясного неба.

Ха. А мне это нравится. Надо же, вся компания Люка Брендонасуетилась из-за Мартина и Дженис Вебстер.

— И Алисии я тоже хвост прищемила? — не могу я устоять передискушением.

— Уж будьте уверены — скакала как ужаленная, — хохочет Люк.— Особенно когда я узнал, что вы беседовали по телефону накануне.

— Так ей и надо, — говорю я радостно и тут же жалею о своихсловах. Настоящие бизнес-леди не злорадствуют, когда их врагам задают взбучку.Эх, нужно было просто многозначительно кивнуть.

— А вам я тоже покоя не давала? Тишина. Наконец я решаюсьподнять глаза.

Люк смотрит на меня без тени улыбки на лице, и от еговзгляда у меня по всему телу разливается жар.

— Из-за вас, Ребекка, мне уже давно нет покоя, — тихопроизносит он, в упор глядя на меня.

Я буквально каменею — не могу отвести глаз, даже дышать немогу. Люк берет меню и спрашивает:

— Ну, что закажем?

Ужин растянулся на весь вечер. Мы говорим и едим, едим иснова говорим, а потом снова едим и снова говорим. Все такое вкусное, а винотакое ароматное, что единственное, от чего я отказываюсь, — от первоначальныхпланов насчет трезвой головы. К шоколадному мороженому с лавандовым медом ипечеными грушами я уже клюю носом — за окном сгустилась ночь.

— Как десерт? — спрашивает Люк, ковыряя свой сырный торт.

— Очень неплох, попробуйте, — пододвигаю ему тарелку. — Хотялимонный мусс был вкуснее.

Да, вот еще что — я сыта по самые уши. Я долго не могларешить, какой десерт выбрать, и Люк предложил заказать все блюда, названиякоторых мне понравятся. Поэтому мы заказали почти все, что имелось в десертномменю, и мой желудок сейчас по размеру и по весу никак не меньше рождественскогопудинга.

Честное слово, я сомневаюсь, что смогу встать с этого стула.Он такой удобный, и мне здесь так тепло и хорошо, и все вокруг такое милое, и уменя слегка кружится голова — ровно настолько, чтобы не хотелось вставать. И… яне хочу, чтобы вечер заканчивался. Мне было так весело. Просто удивительно, какЛюк умеет меня рассмешить. Мне он всегда казался серьезным, умным и занудным,но на самом деле он совсем не такой. А о делах мы не обмолвились ни словом.

Подходит официант, забирает все наши десертные тарелки иприносит кофе. Я откидываюсь на спинку стула, закрываю глаза и отпиваюнесколько глотков. Ах, я бы тут жить осталась. Только уж очень хочется спать —я почти не спала прошлой ночью, волновалась из-за своего теледебюта.

— Мне пора, — вздыхаю я и с трудом открываю глаза. — Мнепора возвращаться… — где я живу-то? — в Фулхэм. Уже пора.

— Ясно, — после некоторой паузы говорит Люк, ставит чашку настол и тянется за салфеткой, при этом нечаянно задевая мою руку. И замирает. Вту же секунду я чувствую, как напрягается все мое тело.

Хорошо, признаюсь, я сама немножечко подвинула свою ладонь кнему. Просто посмотреть, что из этого получится. Он ведь мог отдернуть руку,если бы захотел? Взять салфетку, еще немного пошутить и попрощаться.

Но он этого не сделал. Он медленно кладет свою ладонь намою.

А вот теперь я точно не могу сдвинуться с места. Большойпалец его руки начинает поглаживать мое запястье. И когда наши глазавстречаются, внутри у меня что-то екает.

— Тот парень, с которым я видел тебя в «Терацце», — немногоспустя говорит он, все еще рисуя пальцем замысловатые узоры на моей руке. — Этобыл…

— Да так… — Я пытаюсь непринужденно рассмеяться, нополучается только какой-то нелепый писк. — Один миллионер.

Люк пристально смотрит на меня, потом отворачивается.

— Ну ладно, — как бы закрывая тему, говорит он. — Может,вызвать такси? — Я чувствую укол разочарования, но стараюсь не выдать этого. —Или, может… — он замолкает.

Пауза тянется бесконечно. Я едва дышу. Может — что? Что?

— Я тут всех хорошо знаю. Если бы мы захотели, — Люк смотритмне в глаза, — думаю, мы могли бы остаться в отеле.

Меня словно током пронзает.

— Ты бы хотела?

Говорить я не в состоянии, поэтому киваю. Господи. Это самоевосхитительное приключение в моей жизни.

— Тогда подожди здесь. Узнаю, есть ли свободные номера.

Он встает, и я ошеломленно смотрю ему вслед. Моя рукаосталась в холодном одиночестве.

Номера. Номера — во множественном числе. Значит, он не имелв виду…

Он не хочет…

Боже мой. Да что со мной?

Мы едем в лифте в полной тишине и в сопровождении вышколенногопортье. Я искоса поглядываю на Люка, но он бесстрастно смотрит перед собой.Предложив мне переночевать в отеле, он больше не сказал ни слова. Между намисловно выросла стена. Если честно, я даже надеюсь, что свободных номеров в«Ритце» не найдется. Но оказалось, что сегодня отменили большой заезд, а Люк —постоянный клиент «Ритца». Когда я похвалила обслуживание, он пожал плечами иответил, что часто устраивает тут деловые встречи.

Деловые встречи. Так вот что у нас было? Но тогда я вообщеничего не понимаю. Надо было мне уехать домой.

Мы идем по шикарному коридору в полной тишине, потом портьераспахивает перед нами дверь, и мы входим в удивительно красивую комнату, сдвуспальной кроватью и роскошными креслами. Портье ставит мой дипломат икомпьютер на столик, Люк дает ему банкноту, и портье исчезает.

Пауза. Очень, очень неловкая пауза.

— Ну, — произносит наконец Люк, — пришли.

— Да, — отвечаю я каким-то чужим голосом. — Спасибо… И заужин спасибо…. Было очень вкусно.

Стоим будто два истукана. Люк смотрит на часы:

— Уже поздно. Ты, наверное, хотела… — И замолкает вожидании.

Сердце готово вырваться из груди, руки нервно сжаты. Я боюсьпосмотреть ему в глаза.

— Пойду, пожалуй, — наконец произносит Люк. — Надеюсь…

— Не уходи, — слышу я свой голос и краснею. — Не уходи пока.Мы могли бы… — я сглатываю, — поболтать… или так…