Чужое проклятие - Маша Ким

Ошарашенная Селеста смотрела им вслед, и осознав, что ушли они не просто так, театрально схватилась голову.

— Вот я, дурная голова! Забыла, что Сильвия попросила развесить травы. Если я этого не сделаю до её прихода, то она меня, — прибьет!

Селеста понеслась в сторону дома. Говорить о том, что Сильвия уже давно развесила травы над своей кроватью я не стала, но с ироничной улыбкой проводила сестру.

— Астерия, — Обратил на себя мое внимание Виктор. — Если это наша последняя встреча, пока ты не принадлежишь другому человеку, то я хочу, чтобы ты знала…

Мне не захотелось слушать то, что он собирается говорить. Не хотелось, потому что это разрывало мое сердце и душу. Я встала на носочки, и оставила короткий поцелуй на его губах.

Зеленые глаза распахнулись. Он не думал ни мгновения. Руки Виктора уже крепко держали мое лицо, а его губы накрывали мои. Крепкий поцелуй несчастной любви. Я чувствовала, как Виктор боялся, что наш первый поцелуй окажется последним, и потому не смел отпускать меня.

Может мы и не будем мужем и женой, но на всю жизнь со мной останутся общие воспоминания, которые никому не под силу стереть.

Виктор медленно отпустил меня, жадно глотая воздух. Я прижалась к его груди, и намочила дорогую рубашку своей одинокой слезой.

— Прости меня. — С горечью сказал Виктор, и я ощутила вибрацию его взволнованного голоса.

* * *

Сильвия пришла многим позже меня. Мы ничего не сказали ей, когда заметили, что и без того пухлые губы, стали больше и ярко покраснели. Её глаза блестели, а кокетство, которое она не успела полностью посвятить Вильяму, то и дело выскальзывало в наших разговорах.

Я была рада за сестру, но горько осознавала, меня это уже не ждет.

Отменить свадьбу невозможно. Мы не нашли ни одного действенного способа.

— Может, мне прочитать заклинание, и взять твой облик? — Спонтанно заговорила Селеста, когда солнце уже поднималось над землей.

— Ты хочешь замуж за Лукаса? — Поднимая заклинание со стола, спросила в ответ её Сильвия.

— Нет.

— Тогда даже не думай, — Решительно заявила я. — Я не хочу, чтобы вы жертвовали собой из-за меня.

Селеста забрала кусок пергамента из рук Сильвии, и прочитала вслух.

Слов было не разобрать, но, как только она произнесла мое имя, её окутал яркий свет.

Мы с удивлением смотрели, как место темноволосой высокой девушки, заняла немногим ниже ростом блондинка. Я с восхищением понимала, что выгляжу со стороны очень даже не плохо.

— Небеса! Я до этого мгновения не верила, что это точное заклинание! — Воскликнула Сильвия, и я поспешила прикрыть её восторженные крики своей ладонью.

Не хватало еще, чтобы матушка услышала.

— Я читала про это заклинание, — Восторженно оглядывая собственные руки, заявила Селеста. — Смотрите!

Девушка подошла ко мне, и вновь произнесла его вслух, но на этот раз имя было её.

Я ощутила, словно на мою кожу ложиться слой тяжелой глины. Вокруг все осветило так, что мои глаза заболели, но как только все закончилось, я заметила на плече черные длинные волосы.

— Если прочитать его наоборот, то можно превратить в себя любого человека! — Заверещала Сильвия.

— Как отменить его действие? — Испугавшись, что матушка может войти в нашу комнату, я поспешила прекратить, то, что не предназначалось для их игр.

Селеста взяла стакан с обычной водой, и вылила на себя половину, а после быстрыми движениями остальное вылилось и на мою макушку. Телу стало легко, словно до этого меня сжимал тесный костюм. Я протянула к глазами волосы, чтобы убедиться, что они белого цвета, и улыбнулось.

— Чудо… — На выдохе произнесла я.

Наши улыбки в миг погасли, когда мы услышали хлопок входной двери, истошные крики матери, и чужие голоса. На пороге нашей спальник возник мужчина в одеянии стража. Он быстро осмотрел моих сестер. Его взгляд болотного цвета глаз остановился на мне. Одним жестом, стражник призвал троих себе подобных, и нас схватили. Крики сестер смешивались с безжалостными угрозами стражей.

* * *

Нас тащили силой через всю деревню. Матушка сыпала кучу проклятий на напавших мужчин, а мы молчали. Молчали, потому что было страшно, молчали, потому что было больно. Стражники шли с каменным лицом, не обращая на наши вопли никакого внимания. Мои запястья горели от боли, но я не испустила ни одного стона.

Люди на улице стали кидаться на стражу, но получив резкие отпоры, прекращали. Старики и женщины трясли головами, с сожалением наблюдая, как ведут четырех женщин, словно самых опасных преступников.

Мое сердце зашло в галоп, когда я поняла, куда нас ведут. Дом Лукаса.

* * *

Мы не знали, где матушка. В темницу подвала этого треклятого дома нас посадили втроем. Дрожь сковал все мое тело. Я тряслась толи от страха, толи от холода. Селеста могла бы призвать огонь и согреть нас, а что еще лучше, — уничтожить весь дом Лукаса, но стражник с болотного цвета глазами предупредил нас сразу, — любое использование магии, и матушку убьют. Нас не кормили, и почти не поили. Сил на то, чтобы составить хоть какой-то план не оставалось. Губы начали трескаться, что вызывало во рту противный железный привкус. Единственными собеседниками в этом месте для нас стали крысы, но и те не спешили провести с ведьмами больше одной минуты.

В темнице мы провели около двух дней, что уже сказалось на наше самочувствие. Только сегодня к нам удосужились спуститься.

— Кто это у нас здесь? — Громкий мужской голос отскакивал от голых стен, отчего казался еще устрашающе.

С каменной лестницы спускался мужчина в возрасте. Его полное телосложение идеально сочеталось с одутловатыми чертами лица. Небрежную бороду уже коснулась седина, а впалые серые глаза со временем потускнели.

Мужчина погладил свой пышный живот, украшенный дорогими доспехами, и мимолетно оглядев моих сестер, впился взглядом в дрожащую меня.

— Маленькие ведьмы. — Омерзительно улыбаясь протянул он.

— Что вам нужно? — Сильвия постаралась вложить в свой вопрос побольше яда, но из-за хрипоты, он прозвучал скорее жалко.

— Моя бывшая, — будущая невестка, решилась на страшный грех, — Мужчина присел напротив меня, сопровождая действие звуком наподобие скрипа старой двери. — А именно, — прелюбодеяние, не так ли, Астерия?

Я смотрела на него. На отца Лукаса, о котором так много слышала ранее.

— Мой глупый сынок сошел сума от твоей ведьминской красоты, и я одобрил его выбор, дал добро на брак с такой никчемной девушкой. а ты все это время водила его за нос, стерва! — Мне казалось, что