Бирюзовая зима - Карина Бартш

Я нажала кнопку. И в следующий миг сердце забилось часто-часто.

От: Не брать трубку

Можно к тебе зайти?

Все вокруг стихло. Словно и мое сердцебиение, и музыка, и шум большого города – все замолкло после одного оглушительного удара.

Окаменев, я смотрела на экран телефона.

Элиас хочет зайти? Сейчас? Я кивнула и только потом сообразила, что он меня не видит. Тишина исчезла так же внезапно, как наступила, кровь зашумела в ушах, быстрее побежала по жилам. О господи. Он хочет со мной поговорить. Ведь именно ради этого он хочет зайти, разве нет? Я отбросила одеяло и написала в ответ.

От: Эмили

Да, конечно.

Пока я набирала эти два слова, ошиблась восемь раз. Сердце не желало униматься, я тяжело дышала. Чтобы убедиться, что сообщение от Элиаса – не плод моего воображения, я перечитала его еще трижды, как вдруг раздался стук в дверь. Я вздрогнула так сильно, что чуть не свалилась с кровати. Элиас – была моя первая мысль. Но затем я осознала, что этого не может быть. Хоть он и любит погонять на «Мустанге», но летать все-таки не умеет.

Ева. Наверняка забыла ключ. Я схватилась за голову. Ну можно ли заявиться в более неподходящее время! Нет и еще раз нет! Здесь и сейчас Ева мне совершенно не нужна. Надо просто сказать ей, что на другом конце города на халяву раздают дилдо. Точно! Проблема решена. Я спрыгнула с кровати, распахнула дверь и крикнула:

– Дилдо!

Рот захлопнулся сам собой. На той высоте, на которой я ожидала увидеть лицо Евы, были мужские плечи. Подняв взгляд, я увидела бирюзовые глаза. Все вокруг стихло.

– Дилдо? – переспросил Элиас.

Я почувствовала, что щеки запылали, словно внутри проснулся вулкан.

Он поднял бровь.

– Ты думала, это пришла Ева, и хотела порадовать ее дилдо?

О нет. Тот момент, когда понимаешь, что ты по горло в дерьме – и тут тебя накрывает с головой.

Я открыла и закрыла рот, покачала головой и в конце концов – в полном отчаянии – захлопнула дверь. Прислонившись к ней спиной, я спрятала лицо в ладонях. О нет, о нет, о нет, о нет, о нет. Этого не было. Не было. Никогда и нигде. Элиас постучался снаружи.

– Эмили?

Нет. Меня нет дома.

– Эмили, пожалуйста, открой дверь.

Нет. Нет. Нет. Никого нет.

– Эмили. – Он вздохнул. – Я же знаю, что это просто недоразумение и ты не играешь с Евой в дилдо-игры.

Я немного раздвинула пальцы и осмелилась посмотреть сквозь них.

– Правда?

– Ну разумеется, – отозвался он. – Эмили, у меня предложение. Ты сейчас откроешь дверь, и мы попробуем еще раз. Идет?

Я подумала.

– Эмили?

Медленно я отняла руки от лица, одернула футболку и сделала глубокий вдох.

– Идет, – ответила я.

От «идет» до того, как я открыла дверь, прошло по меньшей мере минуты три. Только когда Элиас снова постучал, я пересилила себя и надавила на ручку.

На пороге стоял он. Тени под глазами стали еще темнее, чем вчера, но на губах был намек на улыбку. На теплую улыбку.

– Привет, красавица, – сказал он.

Сердце забилось быстрее, я опустила глаза.

– Привет, – ответила я. – Как тебе удалось так быстро добраться? Я не ожидала, что ты появишься так скоро. Ты ведь только что написал мне.

– Прошу прощения. Я просто поехал к тебе, и только когда собрался постучать, уже руку поднял – тут мне пришло в голову, что сперва неплохо бы спросить у тебя разрешения. Это моя ошибка. Надо было предупредить заранее.

– Нет-нет, все в порядке, – ответила я. – Это… это хорошо, что ты приехал. Наверное.

Он кивнул, а тем временем его взгляд, устремленный на меня, скользнул вниз. Уголок рта дрогнул. Я удивилась было, что такого смешного он там нашел, проследила за его взглядом и в ужасе замерла. Я же без штанов! Словно аист, я скрестила голые ноги и постаралась натянуть футболку как можно ниже.

Элиас откашлялся.

– Наверное, нужно дать тебе пару минут, чтобы ты оделась.

Да, наверное, нужно. Однозначно нужно.

– Не смущайся, Эмили. – Он склонил голову набок. – Честно говоря, на мой вкус, ты очень мило выглядишь.

Дилдо, голые ноги, комплименты… Не хватало только гигантского паука, чтобы окончательно испортить вечер. Я не знала, куда деть глаза, и уставилась на кадку с засохшим цветком, стоявшую в коридоре за спиной у Элиаса.

– Я кое-что тебе принес, – сказал он после короткой паузы и вынул руку из-за спины. Я подняла глаза и увидела подсолнух.

Мой любимый цветок.

Я была ошеломлена.

– Где в это время года можно достать подсолнух?

– Почти нигде, – отозвался он.

Словно зачарованная, я коснулась пальцами стебля и взяла цветок. Повертела его так и сяк, разглядывая каждый ярко-желтый лепесток. На губах сама собой заиграла улыбка. Каких же хлопот Элиасу это стоило?

– Спасибо, – прошептала я.

– Тебе нравится?

– Очень.

– Только не подумай, что цветок – это дешевое извинение. – Он опустил голову и потер виски. – Просто небольшой знак внимания.

Я кивнула:

– Это очень трогательно с твоей стороны. Спасибо большое.

– Я… – начал он и замолчал. Некоторое время он рассматривал пол, а затем взглянул мне прямо в глаза. Так пронзительно, что у меня подогнулись колени.

– Можно войти? – спросил он.

Я моргнула и сделала шаг в сторону, освобождая дорогу.

– Конечно.

– Спасибо, – сказал он и переступил порог. Пока я запирала дверь, Элиас стоял посреди комнаты, сунув руки в карманы, и осматривался. Заперев дверь, я замешкалась, так как понятия не имела, что делать дальше.

– Я принесу вазу, – пролепетала я. И уже даже куда-то собралась, но тут вспомнила, что вазы-то у меня и нет. Еще ни разу в жизни мужчина не дарил мне цветы. Я достала из шкафа высокий стакан и пошла в ванную, чтобы налить воды. Оставшись наедине с собой, я попыталась собраться с мыслями. Нервы мои были на пределе, и я спрашивала себя, что же из этого всего выйдет. Он хочет поговорить о нас? Как сложится этот разговор?

Я вернулась в комнату, чувствуя, как пылают щеки. Мне не хотелось яркого освещения, поэтому я не выключила лампу в ванной: на пару с ночником они озаряли комнату приглушенным светом. Из стереосистемы тихо лилась музыка.

Элиас, по-прежнему не двигаясь с места, смотрел, как я прохожу мимо и ставлю подсолнух на тумбочку. Я села в изголовье кровати и одеялом прикрыла голые ноги.