Лучик в академии - Ольга Стрижова

пучок. В таком одеянии я выскочила припрыжку на середину полигона. Создала два огненных шара из своих ладоней и стала ими жонглировать, потом добавила ещё один. Иногда позволяла мячику как бы упасть, но не до конца - подбрасывала его пяткой ноги, вверх. Огонь меня не жёг, за год я научилась им управлять. Представила, что все зрители сейчас, сидят в напряжении и думают: уронит или нет. Если уроню — будет взрыв. Но я им не доставлю такого удовольствия.

Затем два шара я всосала в свои ладони, будто их и не было. Мне зааплодировали, и я продолжила.

Подкинула шар, сделала кувырок, поймала шар – прогнулась, прокатила шар по телу: от головы до носка чешек. Снова подкинула шар, поймала рукой – прокатила его по плечам до другой ладони, повертела шар на кончике пальца. Снова подбросила его, прошла танцевальную дорожку, поймала-подбросила высоко-высоко, запрыгнула на линию, пробежалась по ней, поймала.

В конце, как обычно на меня напало вдохновение и я, снова подкинув огненный шар, запрыгнула ещё на одну линию выше, пробежалась по ней — поймала. Потом ещё раз повторила и запрыгнула ещё выше — шар поймала. Зрители повставали с мест, кто свистел, кто улюлюкал, вверх полетели шейные платки и головные уборы. Я вытянула руку вперёд и шар ушел внутрь моей ладони, растворившись.

А потом я решила выпендриться: шагнула с линии и полетела вниз головой. Раздалось коллективное: "Ах!" Кто-то закричал.

За три метра от земли, я ухватилась за линию и… рука сорвалась. Я не рассчитала, что с такой высоты тело раскрутится с ужасающей скоростью. Хорошо, что ниже тоже были линии. Я успела попасть на одну ногой и оттолкнуться, чтобы вновь ухватиться за линию выше.

Потом спрыгнула и поклонилась. Полигон неиствовал! Я пошла на выход, где меня ухватил магистр фон Ваер и крепко обнял:

— Молодец! Вот это моя ученица! Жаль, что тебя в начале поставили. На твоем фоне все остальные будут жалкими.

Вокруг меня собрался народ: друзья, знакомые, каждому не терпелось чмокнуть меня и обнять. Кенси и Раида весело тискали меня и хихикали, приговаривая, какая я умница. Только как бы я не выискивала своего синеглазого возлюбленного, так его и не нашла.

Через пятнадцать минут поздравлений у меня заболели щеки от постоянной улыбки. Я выбралась из кучи-малы, в которую угодила.

Аэль стоял в стороне и не смотрел на меня. Я подошла, вся сияя от радости.

— Знаешь, что мне сейчас больше всего хочется? — спросил он, не улыбаясь, наоборот.  Ноздри его раздулись, уголки губ устремились вниз, а лицо приобрело свирепое выражение.

Я сразу посерьезнела и взяла за ладонь и попыталась заглянуть в глаза. Он отвернулся.

— Что-то случилось?

— Нет, все нормально, — зло бросил он, выдернул свою руку и поднял её вверх. — Я, пожалуй, пойду.

Быстро развернулся и ушел с полигона.

Я развернулась, чтобы посмотреть кто это видел. Встретила сочувственный взгляд Кенси. Врочем, не только ее.

— Ты чего-нибудь поняла? — спросила я у подруги.

Та закатила глаза и ответила:

— Он просто перенервничал за тебя. Ты нас так больше не пугай, ладно? Или предупреждай хотя бы…

Я стукнула себя по лбу.

— Ну, конечно! — И побежала переодеваться, мечтая найти любимого и вымолить его прощение. Только встретиться нам так и не удалось…

Глава 25. "В гостях"

Пробежавшись по стеклянному коридору, я остановилась и пошла на ощупь. После яркого дневного света, оказаться в темном проходе, где нет ни окон, ни маг-светильников — то ещё удовольствие.

Помню как-то жаловалась фон Ваеру, про этот участок, а он меня пристыдил: дескать, лучшая ученица Боевого факультета, и боится темноты.

Хотелось быстрее попасть в комнату, скинуть пропотевший наряд, сбегать в душевую и идти мириться с Аэлем. Пребывая в мрачном, от размолвки, настроении, ослепленная солнцем, я на кого-то наткнулась:

— Ой! Прошу прощения, ничего не вижу, — извинилась я и отшагнула вправо, чтобы продолжить путь.

Ответа не последовало, а слева гулко завибрировал воздух. Я испугалась, отпрянула, и снова кого-то задела. Меня молча схватили за руку.

— Отстаньте от меня! Что вам надо? — После выступления я была на взводе. Глаза потихоньку привыкли к темноте, и мне удалось различить невысокий силуэт. Фигура метнулась ко мне, я отбивалась, кусалась и царапалась. Меня схватили за волосы и что-то защелкнули на шее. Я попыталась сорвать это, но ошейник крепко сжал горло. Я вцепилась в волосы своему неприятелю, пытаясь повалить на пол. Противник оказался сильнее: молча и тяжело дыша, он толкал меня влево. Стало реально страшно.

— Слышь, ты, урод! — Заорала я, но договорить не успела. Меня ударили ногой в живот, и я полетела, как в невесомости, барахтаясь вверх тормашками.  Я провалилась в портал: попыталась сбить настройки выхода, но не почувствовала ни одной щепотки силы. Вот, засада!

Спустя несколько минут, свалилась на мраморную лестницу и покатилась по ней, считая головой ступеньки. В сознании мелькнуло, что возможно, это конец. На последней ступеньке я ударилась виском. На меня навалилась темнота и тошнота.

***

Очнулась в блестящих наручниках, оббитых изнутри рыжим мехом. Они цеплялись к изголовью кровати за узорчатые металлические прорези. Запястья болели, голова гудела, словно тибетская чаша, саднило висок. Пить хотелось — жуть.

— Эй! — Крикнула я. — Принесите воды!

Оглядела себя и запоздало решила, что не хочу никого видеть. На мне был красный прозрачный пеньюар и короткая черная комбинация. Вроде бы и не голая, но хочется прикрыться. Только нечем. Ноги замерзли, а простынь шелковая и скользкая. Вот ведь, гадство!

Посмотрела вокруг: полумрак, задернутые шторы, светлые стены, рядом с кроватью небольшой столик, на полу темный ковер. Спальня, как спальня — ничего особенного, кроме наручников.

На шее что-то надето, прижала плечом - металлическое, царапается. Попробовала создать файербол. Не смогла. Фиорит! Вспомнила свои сны о маме и всхлипнула: не хочу также. Стало себя жалко, до слез. По щекам тут же потекло, из носа тоже. Я откинулась на подушке, с ужасом понимая, что влипла. То, чего боялась — воплотилось в реальность. Хуже всего, что с Аэлем помириться не успела. Ведь он даже и не знает, что я исчезла. И искать не будет. По крайней мере, не сегодня.

Мною овладела паника, но я просто сидела и ревела. А что ещё оставалось?

Воды так никто и не принес. Может оно и к лучшему. Горло превратилось в