Лучик в академии - Ольга Стрижова

— Аэль.

— Луч. — Сказали мы одновременно, посмотрев друг на друга.

— Аэль! — Я бросилась в его объятия.

Он обнял меня так крепко, что в лёгких почти закончился воздух.

— Аэль! — Я попыталась вырваться, чтобы заглянуть в его глаза, но он так сильно прижал меня, словно боялся, что я исчезну.

— Теперь я хотя бы знаю, что ты меня не забыл. — Сказала, перестав вырываться.

Он снова вздохнул:

— Прости за такой приём. Я просто пытаюсь собраться с мыслями.

Потом помолчал и поцеловал в висок, не выпуская из рук.

— Я тебя не забыл, Луч. Я помню всё, связанное с тобой. — До кожи щеки донеслось его горячее дыхание.

— Правда? — Я заглянула ему в глаза и то, что увидела, мне не понравилось: — Тогда почему такой взгляд?

— Я забыл всё остальное. — Обреченность в его лице поразила меня.

— Что? Как это? — Услышанное не укладывалось в мозгах. Я думала память или полностью стирается, или совсем нет, но, чтобы частями?

— Я не помню своих родителей, первых двух лет в академии… Я не помню свою жизнь без тебя… — Он отвернулся и устало потёр лицо.

— Но почему так? — Спросила я. — Как это возможно?

— Возможно, Кэхоль… Наверное, потому, что ты — Кэхоль. — Он горько рассмеялся.

Я его обняла, уткнувшись в плечо, и прошептала:

— А если я больше не Кэхоль, что тогда? — И зажмурилась-замерла в ожидании ответа.

Аэль долго молчал, а потом сказал севшим голосом:

— Не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь… — Он отодвинулся, поднялся и стал ходить туда-сюда, схватившись за волосы.

Меня так напугало его поведение. Может он не только память потерял, но и умом тронулся?

— Аэль, ты меня пугаешь. — Пропищала я, шмыгнув носом.

И тут его прорвало на крик, от которого я съежилась и заплакала:

— Я не смог тебе помочь! Вырвать из рук этого чудовища! Какой осел! Кретин! Ничтожество!

— Ты не такой! — Я выпрямилась и вытерла щёки.

Он меня не слышал:

— Когда я очнулся, здесь, в пещере, я же чуть не спятил, зная, что ты там! В руках этой мрази — маньяка! Я пытался вернуться, раз за разом! Но у меня не было резерва! Я же думал — сдохну, от одних мыслей, представляя кровавые картины: ты и он. Это жутко, Луч. — Он постучал себя кулаком в грудь и рухнул на колени. — Настолько жутко, что я до сих пор не верю, что ты здесь и ты не мираж, не мое воспалённое воображение. Он же сумасшедший, настоящее чудовище! Ты же, наверное, теперь меня презираешь?! — Он закрыл лицо ладонью.

— Нет, нет, все не так! — Не помню, как я оказалась рядом, осыпая поцелуями, искаженное болью, лицо, вытирая мокрые дорожки слез. — Я здесь. Всё кончилось. Я знаю точно — я сожгла его в порошок. Растеряла в пыль вот этими ногами. Всё позади. Ты мне веришь?

— Как тебе удалось? Через что тебе пришлось пройти?! — Он схватил мои плечи, чтобы всмотреться в глаза.

Я вырвалась и замерла, глядя на воду. Так легче. Она уносит все плохое, я это давно заметила. Если долго смотреть на неё, в голове остаётся чистота, девственный холст, который можно наполнить яркими забавными моментами. Я знаю точно. А плохое можно забыть. Всё можно пережить, если есть ради кого... Того, с кем сердце бьётся чаще...

Он взял мои руки в свои:

— Я не знаю, кто мои родители, я не знаю, что я значу в обществе, я не знаю, что могу тебе предложить, кроме самого себя. Но одно я знаю точно — ты моя Кэхоль, свет моей жизни! Прошу, выходи за меня…

Я подняла глаза и увидела его красивое серьезное лицо, эти резные скулы, освещённые тусклыми магическими светляками, чувственные, изогнутые эльфийским луком, губы, морщинку между бровями, которую мне не терпелось разгладить…

— Ты правда делаешь мне предложение? — Я ждала чего угодно, но точно не этого. Вернее, не сейчас.

— Да, прости, что вот так: без украшений, без цветов, без всякой бутафории. Ты выйдешь за меня замуж? — Его глаза цвета моря смотрели в самую душу. Глаза, внутри которых бескрайние миры, мировые океаны неизведанной глубины.

Как думаете, что я ответила?

Я оглянулась на свой учебный год. Во время этих недолгих девяти месяцев многое произошло. Забавно, на Земле в течении этого срока женщина вынашивает ребенка. Символично. Я выносила саму себя.

Да, я больше не маг огня. Скорее всего, мне придется оставить стихийный факультет. Да, я вроде как, наследница большого поместья, но, если честно, вспоминать о нем не хочу, ведь никогда не собиралась становиться леди. В моей душе живёт деревенская девчонка, гимнастка Люция — теперь орчанка, дочь свободных степей, под стать моему любимому орко-эльфо-кхшессу, синеглазому Кохэ, самому сногсшибательному мужчине в обоих мирах. И я верю, вместе мы справимся с любыми трудностями.

Аминь.