Приворот. Обреченная - Ирмина Изфри

* * *

Час икс настал. Романа Туманова вывели из искусственной комы, Наташа и ждала этого момента, и боялась.

Осталось толкнуть белую дверь, и она у цели. Сейчас или никогда. Наталья смело входит в палату, отыскав глазами нужную койку, проходит вперед. Роман явно никого не ждет, он лежит на боку, уткнувшись лицом в стенку.

— Здравствуйте — мягко улыбается уже знакомым ей мужчинам, лежавшим на соседних кроватях. В ответ ловит такие же добрые улыбки, и кивки.

На её глазах плечи того, к кому она пришла напрягаются, Роман медленно со стоном поворачивается на спину. В карих радужках, вцепившихся в Наталью, удивление и радость, а у нее под ребрами сердце разбегается, и прыгает с трамплина.

— Наташа — на выдохе произносит Роман и словно зачарованный не сводит с нее глаз.

— Привет — Наталья осматривается, подтаскивает старый, полуразвалившийся стул к кровати, присаживается на него ставя сумку на колени.

— Не думал тебя увидеть — прохрипел Роман, подтягиваясь вверх, принимая сидячее положение.

— Почему? — Недоуменно поднимает брови шатенка.

— С утра у меня был следователь — темные радужки забегали по лицу Наташи — он мне такого наговорил — ужас отразился в глазах мужчины — я до сих пор не могу прийти в себя.

— Кеслер Кирилл Матвеевич?

— Ты тоже с ним говорила? — Роман забеспокоился — Наташка — наклонился вперед, обхватил ее ладони своими — я так соскучился. — Желание вырвать руки из его пальцев пронзило током, только Рома так смотрел, что она не решилась сделать это. Его глаза жадно цеплялись за ее взгляд, ловили каждую её эмоцию — только о тебе и думал все время — бледное лицо осветила улыбка, но не вызвала в ней ничего кроме отторжения. Никогда больше не поверит этому мужчине.

— Рома, я пришла убедиться, что с тобой все в порядке — старалась, оооочень старалась держаться непринужденно, но оказывается это так трудно делать, когда к груди бомбит сердце. — И — сделав паузу, решилась пристально пройтись по нему взглядом, выдохнула — посмотреть в твои бесстыжие глаза.

Эти самые глаза округлились, Рома явно не понимал, зачем она такое говорит. Сведя брови, часто заморгал, тяжело сглотнул и растеряно промямлил:

— Почему, бесстыжие?

Наташа коротко, с капелькой яда в голосе рассмеялась.

— Ты ничего не забыл? — Язвительно приподняв брови смотрела на бывшего мужа. — Ты так некрасиво поступил со мной, с нашими детьми, — сглотнула соленый ком подступающий каждый раз, когда она вспоминала тот день, когда этот мужчина просто столкнул ее с пути — бросил, и выкинул нас из своей жизни.

— Я не помню этого. — Прошептал ошарашенно Туманов — я же вернулся к тебе — снова сжал ее кисти — я с ней оборвал все отношения — пораженный взгляд карих глаз смотрит на неё, Рома хочет вызвать в ней сомнения?

— Интересно — хмыкнула шатенка — только почему-то развелись мы с тобой.

— Да, я в курсе — понуро опустив голову, произнес Туманов, — следователь просветил о моей сегодняшней ситуации.

Рома замолчал, да и Наташа не могла выдавить из себя ни слова, так и сидели — он, полулежа, боясь отпустить ее пальцы, она на краешке древнего стула. В этот момент женщина не могла смотреть на бывшего мужа, от жалости к нему, душа обмывалась слезами.

— Наташка, — тихо позвал её, когда — то родной голос, наполненный отчаянием — как же я без вас?

Внутренности скрутило в бараний рог, когда же боль от предательства хотя бы притупится. Так и хотелось крикнуть: «Раньше надо было думать!!!!! ТУМАНОВ!». Жаль, жаль, что Наташа потеряла столько лет жизни с этим мужчиной.

Губы ехидно растянулись, это уже не её проблема.

— Продолжишь кутить — цинично выплевывала Туманову, прямым взглядом унижая его — бухать. Тебе ведь так весело было, вон — махнула ладонью напротив его головы — даже на лице отразилось, могу только представить, что стало с твоей печенью. Развлекались по полной, у вас там похоже сада — маза была, раз твоя женщина утверждает, что ты её бил.

— С ума сошла — возмущено зашипел Роман — я женщин не трогаю.

— Тогда почему она говорит, что в тебя вселялся демон, и ты издевался над ней, пугал её детей?

— Кирилл Матвеевич мне почти такие же вопросы задавал, но я, к сожалению, не помню ничего — мужчина обхватил голову двумя руками. — Поверь мне, Наташа, — взмолился Туманов, бросая на нее проникновенный взгляд — последнее мое воспоминание наши посиделки на кухне, летом, как Данька с армии пришел. Дальше все, — округлив глаза пытался убедить Наташу в правдивости своих слов.

Удобно, конечно, притвориться, делать вид, что потерял память, и как правдоподобно то у него все звучит.

— Сплошное темное пятно. — Глаза по пять копеек, смотрит телячьим взглядом. — Будто я все это время спал, и видел кошмары, я тоже помню монстра, — выдал отчаянно Туманов — только не знаю, как все это объяснить.

— Ну хватит, Рома — раздраженно прикрикнула на мужчину Наталья, — что ты несешь?

— Это правда — резко наклонившись к ней, с твердой уверенностью проговорил Туманов — почему ты не хочешь поверить мне?

— Ты мне врал, долго и много, после этого извини, плохо что-то верится. Тем более в такую хрень.

Рома прищурился, его ноздри раздувались от недовольства, и тут его взгляд упал на Наташино обручальное кольцо.

— Не знаю, помнишь ли ты — проговорил, поглаживая обручалку указательным пальцем — в последнюю нашу встречу, я просил его не снимать.

Что? От удивления её шарахнуло молнией, слова потерялись в вихре, закружившем в голове, только и смогла, что сидеть с открытым ртом и не моргая смотреть на Романа.

— Я бродил по темным коридорам, и звал тебя, и ты приходила. — Волнение выплескивалось из черных глаз — я только и жил, что от встречи к встрече с тобой.

— Хватит — зашипела на него Наташа, врет, и не краснеет, гад. — Оставь эти сказочки для своей любовницы. — Дернула на себя руку и стянула с неё золотой ободок. — Держи — вложила в его ладонь кольцо.

— Зачем? — Тревожно дрогнул низкий голос.

— Помнишь? — Наташа уже стояла, сверху давила на него яростью, метавшейся под кожей. — В день, когда ты одел его мне на палец, ты обещал, что будешь любить меня вечно, просил, чтобы я не снимала его пока ты рядом.

Наташа прикусила нижнюю губу, пожала плечами, ироничная улыбка растянула искусанные губы.

— Мы больше не вместе. — На выдохе проговорила