Блеф демона - Ким Харрисон

И тут меня скрючило от боли, когда меня накрыл запах Кистена.

Я не могла сдвинуться с места, обняв себя за талию, пока тысячи чувств пронеслись сквозь меня. Это было даже хуже, чем видеть его в баре. Это было место, где мы мечтали, строили планы и жили.

— Рейчел!

— Всё нормально, — ответила я, заставив себя поднять взгляд, пока аромат чили не ударил мне в нос. Это был её ужин, и он болезненно вырвал меня из сердца. Сжав губы, я выдавила из горла ком:

— Лучше это не заноси сюда.

Элис крепче прижала миску с чили.

— Я ничего не пролью.

— Если я чувствую запах, то и О.В. почувствует, — бросила я и заставила себя пройти по короткому коридору к спальне.

Развязка. Она думает, мне нужна развязка?

— Через два дня? — спросила она, но я проигнорировала. Лодка уже пахла макаронами, которые Кистен готовил для нас — для моего дня рождения. Если только она ничего не уронит, всё будет нормально.

Что, чёрт побери, я делаю? снова подумала я, проходя мимо крохотной ванной. Дверь Кистена была распахнута, и я застыла на месте. Я уже проходила это с Фордом, психологом ФВБ. Или, скорее, собиралась пройти. Правда, когда он вытащил меня сюда, Кистен уже был кремирован, а расследование — закрыто.

Я заставила себя сделать длинный шаг и остановилась в проёме спальни Кистена с низким потолком. В комнате было темно, шторы были отдёрнуты, пропуская лишь слабый свет начинающегося рассвета.

— Не включай свет, — прошептала я, лицо исказилось, когда я увидела его — сидящего у кровати, там, где он и был. Голова склонилась на грудь, одно колено согнуто, вторая нога вытянута. Его руки лежали на коленях, и я закрыла глаза, чтобы собраться с силами.

Элис, ты либо очень хороший друг, либо садистка.

Моё дыхание сорвалось, и я подошла к нему, ноги будто ватные.

Я опустилась на колени, чтобы дотронуться до его лица, откинуть с лба шелковистую прядь. Он всё ещё был тёплым, и у меня перехватило горло. Его глаза были закрыты, и я заплакала. Это были не слёзы скорби или утраты, а слёзы отчаяния от всей этой глупости. Я любила его. И до сих пор случалось, что я ловила себя на том, как уставилась в пустоту с тоской в глазах. Я всегда буду скучать по нему. Но моё сердце исцелилось — с любовью и преданностью Трента. Я нашла способ жить дальше.

— Прости меня, Кистен, — прошептала я, взяв его ладонь и откинув прядь волос. Тритон ошиблась. Здесь больше нечему было сгореть на солнце. Я опоздала.

И всё же… я не могла уйти.

— Если бы я тогда знала то, что знаю теперь… — прошептала я, не в силах отпустить его руку. — Была бы смелее. Может, смогла бы договориться с Пискари и спасти тебя. Но я рада, что ты успел узнать, что Айви нашла любовь, — сказала я, благодарная Элис за то, что она дала мне уединение. — Она нашла женщину, с которой стала цельной. А я нашла не только любовь, но и того, кто в меня верит. Мы обе в порядке. Ты нас спас.

Пальцы Кистена дрогнули в моей руке, и я вздрогнула.

— Кистен? — ошеломлённая, я сжала его руку и наклонилась ближе. Тритон говорил правду, и я застыла, потрясённая. — Элис? Элис, он жив! — крикнула я. — То есть… не мёртв!

Элис вбежала в дверной проём, с миской чили в руках, взгляд метался от Кистена ко мне. Побелев, она прикрыла рот рукой.

— Чёрт. Прости.

Прости? — подумала я, а потом поняла. Прости — потому что я собиралась уйти и позволить солнцу положить конец всему. Да пошло оно к чёрту, — подумала я и встряхнула его:

— Кистен? Кистен!

— Рейчел, хватит, — Элис подошла и поставила чили. — Прости. Я не это имела в виду. Я надеялась, что ты найдёшь развязку, а не ложную надежду.

— Но его пальцы шевелились, — сказала я, прижимая их к груди и вглядываясь в его лицо.

Элис подалась вперёд, неловко, медленно.

— Тело может дёргаться, когда мышцы расслабляются.

— Это был не спазм, — я легонько шлёпнула его по щеке. Лицо было пепельным, как у всех неживых, у которых не было настоящего пульса — только редкие импульсы раз в несколько минут, если они не активны. Его аура, — подумала я, расфокусировав внимание, чтобы увидеть ауру.

Моё дыхание сбилось. Аура Кистена всё ещё была здесь — но она могла держаться до трёх дней после потери души.

— Даже если он ещё нежить… Рейчел, он не выживет, если укусил другого неживого. Вирус мутирует от носителя к носителю, и когда они сталкиваются, начинается борьба за доминирование — и погибают оба.

Но он ещё не был дважды мёртв. И я почувствовала, как внутри загорается надежда.

— Арт продержался три дня, — сказала я, всё ещё сжимая его руку, ожидая нового движения.

Элис молчала, и мне захотелось ударить его снова. Я ведь видела тогда, как глаза Кистена посеребрились. Он ещё здесь. Я не могла просто развернуться и уйти, позволив солнцу сделать своё.

— Рейчел, мне так жаль, — снова проговорила Элис, её голос звучал жалобно, она колебалась, готовая сбежать. — Я не хотела давать тебе ложную надежду. Ты ничего не можешь изменить.

— Да? — я отпустила его руку и вскочила. — Может, я сюда и приехала, чтобы его спасти, а? — Если я не спрятала бы его до восхода, не имело бы значения, неживой он или нет. Он был бы окончательно мёртв.

— Ты не сможешь его спасти, — настаивала Элис, повышая голос. — Ты не спасла. Прах у Айви.

Но я всё твёрже сжимала губы и оглядывала каюту в поисках чего-нибудь, во что можно было бы его завернуть. Одеяло — есть. У Айви чей-то прах. А вдруг это не Кистен?

— Рейчел Морган, прекрати! — закричала она, но тут же умолкла, когда я стянула одеяло с кровати и развернула его на полу рядом с ним. — Что ты, к лешему, делаешь?

— Прости, Кистен, — пробормотала я, перекатывая его на бок и с усилием укладывая. Он был тяжёлым — сплошные мышцы.

— Айви могла получить не его прах, — с трудом выдохнула я. — Его кремировали в городском морге до того, как мы успели его опознать. — А это, теперь я понимала, было стандартной процедурой при ошибке мастера. Я и сама так делала.

Я опустила сумку ему на грудь, чувствуя каждую прожитую минуту.

— Мне бы