Невероятное влечение - Бренда Джойс

— Покажите мне, где вы живете, — потребовал Клервуд.

Изумленная, Александра отпрянула от него и вырвала свою руку.

— Что?

— Вы прекрасно меня слышали. Вы снимаете комнату в этой гостинице. — Герцог жестом показал на здание, располагавшееся чуть дальше по улице.

— Я не собираюсь ничего вам показывать! — с возмущением выпалила она. — Мне пора. Всего доброго.

Александра повернулась спиной, и тут Клервуд снова поймал бедняжку за руку.

— Эджмонт выгнал вас из дому, узнав о нашей связи.

— Я не хочу это обсуждать! — резко выдохнула она.

Герцог еще крепче стиснул ее ладонь.

— Но я хочу.

Александра попыталась вырваться, но тщетно. Придя в отчаяние, она поняла, что придется объясняться.

— Очевидно, до отца дошли сплетни. Боюсь, мне не слишком хорошо удается притворяться и хитрить — хотя вы‑то, разумеется, думаете иначе! Ну а теперь, поскольку не вы пустили эти слухи и не вы организовывали эту травлю, — в ее голосе послышалась горечь, — можете преспокойно отправляться на поиски новых амурных приключений, не терзая себя угрызениями совести.

И Александра не удержалась от того, чтобы добавить:

— Уверена, леди Уитт будет в восторге!

Его лицо превратилось в безжизненную маску.

— Я хочу видеть вашу комнату.

— Пожалуйста, освободите мою руку, — придушенным, яростным шепотом настаивала Александра. — Умоляю, уйдите!

Сейчас, когда Стивен смотрел так, будто действительно хотел узнать всю правду, ее сердце разрывалось от боли. «Если бы он только мог поверить!» — пронеслось в голове Александры. И теперь, когда эта мысль невольно мелькнула в сознании, она поняла, чего на самом деле хотела: чтобы Стивен мог верить ей, мог заботиться о ней. Встревожившись еще больше, Александра вновь попыталась вырвать руку. Но стоило ей резко дернуться и наконец‑то освободиться, как тошнота стала нестерпимой. Она вскрикнула в панике, но было уже слишком поздно. Бросив сумки, Александра помчалась по улице. Ее неудержимо рвало.

Что ж, теперь ее унижение было абсолютным.

Мелькание булыжников мостовой под ногами замедлилось, и Александра, с шумом втягивая воздух ртом, сумела выпрямиться. От стыда можно было провалиться сквозь землю, а еще сильно хотелось плакать. Теперь‑то Клервуд точно ушел.

— Позвольте мне помочь вам добраться до вашей комнаты, — раздался позади его голос, и герцог коснулся ее плеча.

— Почему вы все еще здесь? — пробормотала Александра, чувствуя, как ужас снова накрывает ее с головой.

Все еще стоя за спиной, он подал ей носовой платок. Александра взяла его и тщательно вытерла рот и лиф платья.

— Прошло около месяца с тех пор, как мы были вместе, — бесстрастно произнес Клервуд. — Вы беременны?

Тело Александры сковало напряжением. Она боялась, что это было вполне возможно, но решила ни за что не выдавать своего положения — если, конечно, и в самом деле носила под сердцем ребенка.

— Нет. Я не беременна, — ответила Александра. Она попыталась глубоко вздохнуть и неожиданно обнаружила, что наконец‑то чувствует себя лучше — впервые за этот день.

Клервуд сосредоточенно молчал.

Александра нагнулась, чтобы поднять брошенную сумку, с облегчением заметив, что все швейные принадлежности остались внутри. Но стоило ей потянуться вниз, как Стивен оказался рядом. Он забрал у нее сумку, легонько коснувшись тела Александры рукой и плечом.

Она медленно подняла на герцога взор. Он не мигая, прямо смотрел на нее.

— И давно вы себя плохо чувствуете, Александра?

Мысли лихорадочно заметались в поисках подходящего объяснения.

— Полагаю, вчера вечером я съела что‑то несвежее.

Рот Клервуда искривился нервной усмешкой.

— Я вижу.

Повисла напряженная тишина, он молчал и не двигался с места. Александра не выдержала:

— Чего вы хотите? Почему вы здесь? Разве вы уже недостаточно наказали меня? Почему вам так нравится видеть меня униженной?

— Это не так, — коротко ответил он. — Я понесу вашу сумку.

Она что, ослышалась? Герцог Клервудский никогда не носил сумок!

— Я могу справиться сама.

— Правда? Сможете?

Александра распрямила плечи.

— Могу я забрать свою сумку, пожалуйста… ваша светлость?

Уголки его губ тронула холодная улыбка.

— Я попросил вас показать мне свою комнату, Александра. В сущности, полагаю, я уже попросил вас об этом четыре раза.

— Нечего обсуждать и нечего показывать. Я не собираюсь приглашать вас к себе.

— Думаю, мы должны многое обсудить. Вы не можете оставаться здесь. — Клервуд был непреклонен. Он намеревался твердо стоять на своем, и один взгляд в ярко‑синие глаза сказал Александре, что его решение принято.

Но она не собиралась уступать.

— И куда, скажите бога ради, я пойду? Дома меня не ждут с распростертыми объятиями. Денег у меня нет. Может быть, мне следует принять милостивое предложение леди Херрингтон? Рандольфа? Вашей матери? Как будто я бездомная?

— Вы и есть бездомная.

Александра задрожала и потянулась за своими вещами.

Клервуд позволил ей забрать сумку, но его взгляд был таким твердым, что она застыла на месте, не в силах пошевелиться.

— У меня есть дом. Я оплатила съемное жилье на весь месяц.

С его губ сорвался странный резкий звук.

— Вы можете принять мое предложение. Фактически я даже настаиваю на этом.

Александра не знала, в чем заключалось это предложение, но, так или иначе, она не собиралась его принимать. Просто никогда не смогла бы забыть, что их связывало, — и то, как герцог поступил с ней потом.

— Нет. Независимо от того, в чем заключается ваше предложение, оно меня не интересует.

— Вы даже не послушали, что я хочу вам предложить.

— Я не должна выслушивать ваши предложения. Меня не интересует благотворительность, я не собираюсь принимать милости ни от кого, особенно от вас.

В его синих глазах мелькнуло раздражение.

— Вы упрямы. А я рассержен. Отель «Мейфэр» — лучший в городе. Я сниму там для вас апартаменты.

— А что потребуете взамен? — спросила Александра, искренне удивленная. У Клервуда определенно больше не осталось к ней никакого интереса, ведь так? — Почему вы решили так поступить? Чего от меня хотите?

— Я не прошу ничего взамен.

Она покачала головой:

— Я отказалась от милостивой помощи леди Бланш, Рандольфа и вдовствующей герцогини. И никогда не приму милосердия от вас. Если хотите знать, у меня несколько новых клиенток.