Все имеет цену - Одри Карлан

Вернулась Кэтлин не с пустыми руками. Она принесла не чай, а вино, закуски, журналы и шоколадки.

– К чему все это? – спросила я, пока она пристраивала поднос.

– Мне редко удается посидеть с девочками. И, если вы не против, мне хотелось бы узнать вас получше.

Улыбнувшись, я подвинулась в сторону, освобождая ей посадочное место.

– Черт, да! Дайте-ка мне стаканчик хорошего пойла.

Ее глаза загорелись и блеснули, как бриллианты в десять каратов.

– А это отличное пойло. Прямо из личных запасов мистера Шипли.

Я вытаращилась на нее.

– А вы уверены, что нам можно это пить? Он не разозлится, когда обнаружит, что пара бутылок тю-тю?

Кэтлин решительно покачала головой.

– Я сплю с боссом. И поверьте, у меня найдутся способы его умаслить. К тому же он сказал, что я могу брать все, что пожелаю, а эти бутылки хранятся у нас уже долго. Он не в таком восторге от «Зинфанделя», как я.

– А-а-а, понятно. И каково это?

Кэтлин вопросительно подняла брови.

– В той части, которая касается перепихона с собственным боссом.

Я хмыкнула, и Кэтлин меня поддержала. Хотя, честно говоря, мне было отлично известно, каково это – укладываться в постель с мужчиной, который тебе платит. С другой стороны, ни с кем из них я не провела больше месяца, а она тут уже не один десяток лет.

Кэтлин медленно вдохнула и уселась на кровать рядом со мной, откинувшись на подушках. Отхлебнув вина, она задумалась над моим вопросом.

– Не так плохо, как кажется на первый взгляд. Мы с Уорреном были друзьями на протяжении тридцати лет. Я влюбилась в него еще тогда, когда была жива его жена. А потом, когда она умерла – ну, он нуждался во мне. Прошли годы, прежде чем мы вступили в тайную связь. А теперь мы спим вместе почти каждую ночь.

Хотя то, что она описывала, походило на полноценные отношения, кое-что Кэтлин все же скрывала.

– Тогда почему у меня создается впечатление, что все пошло не совсем так, как предполагалось?

Кэтлин пожала плечами и вздохнула.

– Просто я думала, наверное, что к этому времени мы уже перестанем скрывать нашу связь. Что он не будет стесняться меня.

Глаза экономки подозрительно заблестели, и она тихонько шмыгнула носом.

– Мне не кажется, что он вас стесняется, – покачав головой, возразила я. – Но после того как я побывала на этих приемах, должна сказать, что вы бы там смотрелись белой вороной.

Я оглядела прекрасно отглаженную блузку, кружевной передник и юбку-карандаш, так выгодно подчеркивающую фигуру Кэтлин. Определенно. Она на несколько порядков выше всех этих молоденьких шлюшек, с которыми дефилировали мужчины из круга Уоррена. Женщин вроде меня. Я с трудом подавила рвотный позыв.

– Понимаю, – сказала она, но с тем же успехом могла бы и выругаться.

Просто для этого Кэтлин была слишком воспитанной.

Я взяла ее за руку и крепко сжала пальцы, дожидаясь, пока она встретится со мной взглядом.

– Ты не понимаешь, но я тебе покажу.

Ерзая, как на иголках, я сунула руку в задний карман и вытащила свой мобильник. После чего вывела на экран тот снимок, что отправила Джинель на прошлой неделе.

– Вот с чем тебе пришлось бы бороться, – сказала я, протягивая телефон Кэтлин.

Она довольно долго рассматривала фотографию.

– Эти женщины настолько молоды, что вполне годятся им в дочери, – произнесла Кэтлин, поднося чуть дрожащую руку ко рту. – А кое-кто и во внучки.

– Ага, – кивнула я. – Вот почему я здесь.

Ее лицо исказила гримаса ужаса.

– Нет-нет, это не то, что ты подумала. У него вообще-то вполне альтруистичные мотивы.

Тут Кэтлин закатила глаза, а на ее лице появилось выражение из серии «боже, какая я глупая!».

– В общем, звучит это довольно странно, но я его понимаю. Ему нужна собственная шлюшка, – продолжила я, обводя руками свои отнюдь не миниатюрные формы. – Чтобы он мог выглядеть, как один из них. Но все это ради благородной цели. У него есть проект, для продвижения которого нужна поддержка всех этих богатеев и занудных политиков. И все ради того, чтобы доставлять в страны третьего мира необходимые лекарства и вакцины.

Похоже, Кэтлин об этом слышала, потому что энергично закивала и подалась ближе ко мне.

– Знаешь, Уоррен об этом упоминал. Он носится с этой идеей уже много лет. Если честно, я уже решила, что он поставил на ней крест.

Тут она презрительно фыркнула и добавила:

– Еще один подвиг в память о ней.

Тон, которым она произнесла «в память о ней» был довольно неприятным, граничащим с издевкой.

– «В память о ней»? Что ты имеешь в виду?

Тут Кэтлин ответила так, как я и представить себе не могла. Она поднесла бокал с кроваво-красным напитком к губам и заглотала спиртное в один присест.

– Кэтти Шипли.

– А кто такая Кэтти Шипли? – окончательно запутавшись, спросила я.

– Покойная жена Уоррена.

– Ах, эта Кэтти Шипли.

Я всосала остатки своего вина и, выждав пару секунд, спросила:

– А к чему такой тон?

Кэтлин потерла лоб и вытащила невидимую заколку. К моему величайшему изумлению, по ее плечам рассыпалась пышная грива прекрасных, густых, вьющихся волос.

Тряхнув головой, она пару раз провела по волосам руками и вздохнула.

– Не то чтобы я ее не любила. Долгое время она даже была моей лучшей подругой. Но мне не нравится то, что Кэтти мертва уже двадцать пять лет, а Уоррен по-прежнему любит ее. Нельзя завоевать сердце мужчины, если оно все еще принадлежит его покойной жене.

Плечи Кэтлин поникли. Я взяла ее под локоть и прижала к себе.

– Честное слово, не может все быть так плохо.

– О нет, – насмешливо бросила она. – Значит, ты полагаешь, что я батарейка «Энерджайзер»?

С внезапной прытью она вскочила с кровати и ринулась к двери. Я осталась сидеть на месте, как громом пораженная. И вообще, при чем тут батарейка «Энерджайзер»? Клянусь, пожилые люди иногда несут страшную чушь.

Прошло несколько минут, и я уже начала волноваться, что каким-то образом ее оскорбила. Я мысленно промотала весь наш разговор – и, хотя беседа была по меньшей мере неловкой, мне показалось, что я не сказала ничего такого, ради чего надо было пулей вылетать из комнаты. Прежде чем я успела обдумать свои слова еще раз, дверь распахнулась, и на пороге показалась Кэтлин, толкающая перед собой столик на колесиках для перевозки еды. Вроде тех, на которых прислуга в особенно шикарных отелях доставляет вам ужин в номер.