Непорочная - Патриция Райс

— Рад тебя видеть. Buenos dias, senorita[5], — продолжал Хуан, повернувшись к Фейт.

— Como esta usted?[6]— вежливо ответила она, стараясь как можно правильнее произносить слова. Путешествуя с родителями по Мексике, Фейт неплохо освоила испанский, но почти забыла его из-за недостатка практики.

И все же гончар взглянул на нее с явным одобрением. Снова повернувшись к Адриану, он проговорил:

— Вижу, Куинн, ты наконец-то научился выбирать женщин.

Куинн? Его фамилия действительно Куинн? Пропустив мимо ушей лесть в свой адрес, Фейт вопросительно взглянула на Адриана. Тот сделал вид, что не заметил ее взгляда, и сказал:

— Это Фейт Хоуп. А это Хуан Мартинес, мой кузен. Фейт держит магазин и продает керамику. Она хочет посмотреть твои работы. Возможно, ей что-нибудь понравится. Хотя не представляю, что тут может понравиться…

Обменявшись многозначительными взглядами, мужчины направились в сарай, Фейт последовала за ними.

Она бывала во многих мастерских и прекрасно знала, как выглядят гончарные верстаки для разминания глины и гончарные круги. Еще девочкой она играла с некоторыми из гончарных инструментов, но у нее ни когда не было «чувства глины», которым обладают на стоящие мастера, и ей оставалось лишь восхищаться их творениями.

Над верстаком, над еще не обожженными кружками без ручек, сияла лампа. Ручки же, требовавшие формовки, свисали по краям верстака. Хуан что-то проговорил по-испански, затем смочил руки и начал приделывать одну из ручек к кружке. Прилепив ручку, он несколько раз провел по ней пальцами, и глиняный цилиндрик расплющился и изогнулся в виде декоративной «S». Фейт всегда поражалась, наблюдая за работой опытных гончаров — они проделывали все почти незаметно и без видимых усилий.

И все же Фейт была немного разочарована. Несмотря на свое незаурядное мастерство, Хуан, похоже, интересовался только обычной кухонной посудой. Правда, и кружки с изящными ручками в форме буквы «S» выглядели очень даже неплохо. Во всяком случае, их вполне можно было бы продать. Но Фейт мечтала найти что-нибудь… необыкновенное, например, современный вариант «лунного» фарфора. Или вещь такой же красоты, как та ваза, что подарил ей Тони

— Хуан держит свои изделия вон там. — Адриан направился к задней двери. — Пусть он пока закончит кружки, а я покажу вам остальное.

— Почему вы не сказали мне, что у вас есть кузен, который делает керамику? — прошептала Фейт, когда они проходили мимо гончарных кругов.

Адриан распахнул дверь и щелкнул выключателем.

— Я не знал, что вас интересуют местные ремесленники. Он делает керамику для туристов, но немного балуется и фарфором.

Фейт окинула взглядом полки, уставленные керамикой. Немного помедлив, начала осмотр. Тяжелая «плотная» керамика с тусклой глазурью стояла вперемежку с причудливыми фигурками животных из прозрачного рас крашенного вручную фарфора. Традиционные для мексиканской глиняной посуды кобальтово-синий, оранжевый и желтый перемежались экспериментами с травянисто-зеленым и землисто-коричневым. Хуан, очевидно, пред почитал экспериментировать во всех формах.

Фейт осторожно сняла с полки широкую чашу, по крытую дымкой сине-зеленой глазури. Чаша чем-то напоминала великолепную вазу из ее коллекции. Правда, у нее не было той прозрачности и совершенства формы, но все же чаша оказалась на редкость удачной.

— Цвет очень необычный, — заметила Фейт, поднося чашу к свету.

— И все-таки это не «лунный» фарфор, — сказал Адриан.

— Значит, вы разбираетесь в керамике? А ваш кузен не пробовал делать «лунный» фарфор? Правда, не думаю, что это возможно с доступными сейчас глазурями и в современных печах.

— Хуан копирует все подряд. Ему бы следовало уделять больше времени созданию чего-то своего. — Адриан прошелся вдоль полок, небрежно перебирая фигурки.

— Копируя, можно многому научиться, — возразила Фейт. — И в данном случае результаты очень неплохие. У вашего кузена довольно интересная манера исполнения.

— Туристы хотят покупать индейские горшки, — проворчал Хуан, появившийся на пороге. — А такие декоративные чаши, как эта, продать невозможно. Если им требуется разукрашенное стекло, они покупают его на рас продаже.

— Людей нужно научить ценить искусство, — сказала Фейт. — Они более восприимчивы, когда удается хорошо сэкономить. Надо объяснить им, что искусство со временем возрастает в цене. Именно это я пытаюсь делать в своей галерее. — Фейт протянула Хуану сине-зеленую чашу. — Я бы хотела купить это сразу же Если вы заинтересованы, я могла бы попробовать продать партию фигу рок животных. Некоторые люди коллекционируют фигурки животных, но я не знаю, захотят ли они платить за них как за произведения искусства. А ваша работа заслуживает признания и хорошей цены.

Хуан взглянул на кузена.

— Ты посредник. Торгуйся.

Фейт хотела возразить, но промолчала. Ей очень понравилась чаша, однако она не желала спорить с Адрианом. Значит, оставалось лишь молча наблюдать за ним.

Сунув руки в карманы, он окинул взглядом чашу. За тем, пожав плечами, проговорил:

— Если хочешь, я могу составить контракт на поставку партии фигурок. Полагаю, леди знает цены лучше, чем я. Судя по тому, что есть у нее в магазине, она сумеет выгодно продать твои работы. И ты получишь гораздо больше, чем выручил бы в Эшвилле. И назови разумную сумму за чашу. В городе она продаст ее как минимум вдвое дороже, а ты получишь кое-какие наличные.

Фейт с облегчением вздохнула. Ей даже не верилось, что все будет так просто.

— У меня в кейсе есть стандартный контракт. — Она кивнула на изящный кожаный портфель, который оста вила у двери. — Но не переоценивайте мои коммерческие способности. Чем выше цена, тем дольше продается вещь. К тому же вас пока не знают на рынке.

— Пойдемте в дом, перекусим. А потом поговорим о деньгах. — Хуан понес чашу в мастерскую, чтобы завернуть ее в пузырчатый пластик. — Мне больше ни разу не удалось повторить этот цвет, как ни старался.

Фейт улыбнулась. Было очевидно, что торговля началась.

— Я не хочу навязываться, — сказала она. — К тому же мне нужно позвонить в гараж и узнать, готова ли моя машина. У нас в пути возникли… небольшие проблемы.

Фейт вскрикнула от неожиданности, когда Адриан хлопнул ее по плечу.

— Поверьте, Исабель прекрасно готовит, — проговорил он. — Мы остаемся.

Похоже, этот человек полагал, что имеет право распоряжаться ее временем. Фейт вытащила из своего портфеля сотовый телефон и, заглянув в карточку, которую дал ей водитель «техпомощи», набрала номер. Да, она не собиралась здесь оставаться — у нее имелись дела поважнее.

Услышав голос на другом конце линии, Фейт побледнела.