Единственный мужчина - Айрис Джоансен

— Доброе утро, шейх Эль Каббар. Все сделано, как вы приказали, — доложил дворецкий Рауль Купье, встречая Филипа на пороге его резиденции. Слова звучали привычно и обыденно, словно Филип покинул Седихан вчера, а не шесть месяцев назад. Рауль щелкнул пальцами, и двое юношей в белых ливреях подскочили к лимузину, чтобы взять вещи и отнести их в дом. Сохраняя обычное непроницаемое выражение лица, Рауль обернулся к Дори.

— Позвольте выразить свою радость по поводу вашего прибытия, мисс Мадхен, — вежливо произнес он.

— Спасибо, Рауль, — ответила Дори, пытаясь подавить улыбку.

Трудно было поверить в его искренность. Ведь в прошлом Пандора Мадхен доставляла Раулю одни неприятности. Она испытывала его терпение самыми дерзкими проделками и получала от этого удовольствие. Но ей так и не удалось ни разу вывести Рауля из себя.

— Я взял на себя смелость приказать накрыть к обеду в ваших апартаментах, шейх Эль Каббар, — сообщил дворецкий Филипу, важно шествуя впереди. — Перелет, должно быть, очень утомил вас, мисс Мадхен. Разница во времени обычно сказывается на нервной системе.

— Я отлично себя чувствую, — заверила его Дори. — И вовсе не устала.

— Ты, видимо, забыл, Рауль, что Дори весьма энергичная юная особа, — саркастически заметил Филип, останавливаясь перед дверью в свои комнаты.

— Я не забыл. — На лице Рауля появилось страдальческое выражение. — Мисс Мадхен всегда демонстрировала завидную энергию в своих… предприятиях.

— Однако нам действительно лучше отобедать у меня. Я не так вынослив, как наша очаровательная гостья. И не умею восстанавливать силы так быстро, как скачущие по сцене рок-звезды, с которыми она привыкла иметь дело.

В последних словах Филипа явно слышался упрек, и Дори поняла, что именно ревность — причина его плохого настроения. С тех пор, как Нил Сейбин появился на пороге гримерной Пандоры, он был мрачнее тучи. Во время перелета Филип почти не обращал на нее внимание, погрузившись в работу над документами, которые прихватил с собой. В каком-то смысле так было даже лучше для Дори. Не требовалось постоянно быть начеку и изображать из себя светскую потаскушку. Но теперь надо было как-то отреагировать на колкость Филипа.

— Даже не знаю, что тебе на это сказать. Видел бы ты нас после двухнедельного гастрольного турне. Мы буквально валились с ног.

— Представляю себе, — выдавил сквозь зубы Филип, открывая дверь. — Наверное, тебе очень нравились эти самые гастрольные турне. Твоя комната рядом. Жду тебя через сорок пять минут.

Дори скорчила гримаску ему вслед. Да, Филип был явно расстроен, но пытался казаться высокомерным.

— Как ты считаешь, я должна чувствовать себя оскорбленной, Рауль? — поинтересовалась девушка у дворецкого.

— Затрудняюсь сказать, мисс Мадхен. — В глазах Рауля мелькнула усмешка. — Мы с вами хорошо знаем шейха Эль Каббара, но решать вам.

Рауль распахнул перед Дори резную деревянную дверь.

— Когда мне сообщили из Сан-Франциско, что вы вылетаете, я немедленно дал указания относительно гардероба. Шейх предупредил, что вы стали немного крупнее за последние шесть лет. — Дворецкий окинул взглядом фигуру девушки. — Надеюсь, вещи подойдут.

— Не беспокойся, — улыбнулась Дори. — В детстве я не очень увлекалась нарядами. С тех пор мало что изменилось. Я по-прежнему неприхотлива. Надеюсь, ты не забыл заказать джинсы и сапоги?

— Ну как я мог забыть, — улыбнулся Рауль. — Ведь вы всегда крутились в конюшне или ездили на лошадях шейха. Такое невозможно забыть.

Открыв дверь, дворецкий сделал шаг в сторону, пропуская Дори.

— Если смогу быть чем-то полезен, дайте знать. И еще раз — добро пожаловать домой, мисс Мадхен.

— Спасибо, — произнесла Дори, стараясь не показать своего волнения.

Она действительно была дома. Именно здесь был ее дом, а не в просторном, но унылом коттедже на другом конце деревни, который она занимала когда-то с отцом.

Закрыв дверь, Дори прислонилась к ней спиной. Наконец-то! Получилось! Филип принял ее правила игры. Теперь можно вздохнуть с облегчением. Взгляд ее скользил по комнате. Огромная кровать под балдахином из шелка цвета слоновой кости, роскошные портьеры на окнах, оранжево-красный ковер с восточным орнаментом. А справа от кровати дверь, ведущая в спальню Филипа. Дори хорошо знала эту комнату. Здесь всегда помещали наложниц Филипа. Когда-то давно, в прошлой жизни, она пробралась сюда, снедаемая ревностью. Она знала, что будет больно, но не смогла побороть искушения. Даже сейчас неприятно было об этом вспоминать. Дори приказала себе не думать о прошлом. Ведь теперь в этой комнате будет жить она.

Подойдя к огромному гардеробу, Дори распахнула дверцы. Надо будет поблагодарить Рауля за предусмотрительность. Здесь были не только наряды, в которых ей предстоит соблазнять Филипа, но также много спортивной одежды и даже махровый халат. Сняв его с вешалки, Дори направилась в ванную.

Полчаса спустя она снова стояла перед раскрытым гардеробом, соображая, какой наряд выбрала бы искушенная в любви женщина для интимного обеда со своим новым любовником.

— Желтый шелк. — Голос Филипа заставил ее вздрогнуть от неожиданности.

Дори не слышала, как он вошел. На Филипе были темные брюки и белая рубашка из мягкой ткани, подчеркивающая рельефные мускулы рук и широкие плечи. Темные волосы были влажными после душа, и Дори почувствовала знакомый запах любимого одеколона шейха.

— Я специально велел Раулю заказать для тебя это платье. Мне нравится ощущать под пальцами гладкий шелк.

Дори вдруг вспомнила, как много лет назад Филип гладил своими сильными и нежными пальцами роскошную гриву Эдипа — своего лучшего скакуна.