Счастливый поцелуй - Линзи Стивенс

— Я никогда… — Кейл чуть не чертыхнулся и осекся. Он, прищурившись, пристально смотрел на нее. — Сейчас не время копаться во всем этом.

— Я и не собираюсь копаться «во всем этом», как ты лаконично выразился.

— Тогда зачем ты приехала?

— Повидаться с дедушкой. — Она заставила себя изобразить презрительную улыбку. — Кейл, у меня было целых пять лет на то, чтобы взяться за ум. Так что извини, если у тебя возникло ложное представление, будто я снова здесь, чтобы увидеть тебя. Ты ошибся. Я увижусь с дедушкой, а потом уеду.

Он опять прищурился, и веки, опушенные длинными ресницами, скрыли выражение его глаз.

— Ты не останешься на Рождество?

— Нет.

— Самое большое желание Джеймса — провести это Рождество, скорее всего, последнее в его жизни, в кругу своих родных… с тобой — его любимой внучкой.

— Его единственной внучкой. — Джасмин выдержала взгляд Кейла, изо всех сил мысленно отрицая тот факт, что отчаянно хотела остаться. И не из-за одного только дедушки. — Мне надо возвращаться, — невыразительным голосом сказала она.

— К чему? Или точнее будет сказать: к кому?

— Мне надо на работу. — Теперь ее голубые глаза виновато забегали. Джасмин знала, что ее заявление не совсем правдиво: ведь у нее очередной отпуск.

— И ты ни к кому особо не привязана?

— Я привязана ко всем моим друзьям, — резко ответила Джасмин, и вдруг ей сдавило горло. Только ли любопытство стоит за его интересом к ее интимной жизни? Эта мысль прокралась через линию защиты, и Джасмин сердито отчитала себя за свое легковерие.

— А не к тому парню, который недавно так тепло с тобой распрощался?

— К Марку? Да нет же. Это просто приятель, — поспешила отмахнуться она и тут же раскаялась в том, что многозначительно не промолчала.

— Ты понимаешь, о чем я тебя спрашиваю, Джас. Тебя кто-нибудь ждет в Сиднее? — с требовательной интонацией тут же спросил он, упорно удерживая ее взгляд через все пространство комнаты.

Джасмин так хотелось сказать: да, ждет — и покончить с этой игрой в кошки-мышки. Но она лишь опустила глаза.

Кейл выдержал долгую паузу.

— Значит, нет препятствий тому, чтобы ты осталась?

— Я же сказала, мне надо возвращаться, — повторила Джасмин, но не так твердо, как ей хотелось бы.

— И что для этого необходимо? — Кейл успел в два шага пересечь комнату и встал слишком близко к ней. Его темные глаза снова сверлили ее.

— Для чего? — с трудом прохрипела она.

— Чтобы ты осталась, — тихо произнес он, и его глубокий голос пронзил ее, заставляя трепетать.

Джасмин вспомнила о том, зачем на самом деле сюда приехала: чтобы не позволить брату просить денег у дедушки. Что скажет на это Кейл?

— В настоящий момент — десять тысяч долларов, — услышала она свой голос, не узнавая его, и вызывающе выпятила подбородок.

— Ты их получишь, — без промедления сказал Кейл.

Джасмин заморгала глазами от удивления.

— Перестань! Я пошутила.

Кейл приподнял черную бровь.

— Десять тысяч — это так, наобум?

— Нет, я… мне действительно нужны десять тысяч долларов. — Джасмин нервно сглотнула. Она уже не могла смотреть ему в лицо и отодвинулась от него, чтобы опереться о комод. — Но я не хотела… я… эти десять тысяч долларов… понимаешь, у меня небольшие финансовые затруднения.

— В размере этак десяти тысяч долларов? — уточнил он, и она с чувством неловкости кивнула:

— Ну да. Это из-за машины. Мне понадобилось произвести капитальный ремонт, а потом… я перебрала по своей кредитной карточке, то есть по кредитным карточкам.

Он нахмурился.

— Разве ты не могла суммировать долги и выплатить все разом?

— В общем — да. Я хотела, но это не так просто. Я подумала… ну… — Джасмин выпрямилась. — Знаешь что, Кейл, пожалуйста, забудь об этом. Это была просто шутка.

— По-моему, десять тысяч долларов — это не шутка.

Джасмин пожала плечами.

— Что цент, что доллар, — сострила она. — Тебе не кажется, что пора бы нам…

— Ты приехала, чтобы просить эти деньги у Джеймса? — с недоверием поинтересовался Кейл. — Неужели за этим, Джас?

— Нет. Да. — Она не ожидала услышать от него такие слова и стала виновато увиливать от ответа: — То есть нет, конечно, не за этим.

— Ты хотела выжать из тяжелобольного старика десять тысяч долларов?

— Да, мы хотели. — Джасмин сглотнула. — Я собиралась вернуть их через недельку-другую, — неубедительно закончила она.

— Боже мой, как ты могла, Джас? Я тебе дам десять тысяч. Не надо просить их у дедушки.

Джасмин выпучила глаза от удивления.

— У тебя есть десять тысяч и ты готов их мне отдать? Просто так?

— Нет, не просто так, а оформив заем с подписью и печатями, с выдачей наличными.

— Нет, не то. Я…

— Ты думала, у меня за душой ничего нет. — Кейл цинично закончил ее мысль.

— Но раньше… то есть пять лет назад ты еще был студентом.

— И в то же время я работал у твоего дедушки. Он верил в меня и обучил всему, что умел. Теперь я его равный партнер. Фирма «Макканн и Сын» теперь официально называется «Макканн и Крейген».

Джасмин с трудом верила. Ей было известно, что ее отец всего лишь числился «сыном» в компании «Макканн и Сын» и никогда не стремился участвовать в деле своего отца, то есть ее деда, занимавшегося вопросами недвижимости и строительством. Но чтобы дед действительно передал дело Кейлу, своему пасынку… В это верилось с трудом.

— Ты немалого достиг, — осторожно сказала она.

— Я немало потрудился, — ровным голосом проговорил он. — А ты?

— Что ты имеешь в виду?

— Что? Десять тысяч — немалый долг.

Джасмин снова опустила глаза.

— Я же объяснила, как это получилось.

— А я тебе не верю, Джас. Я неплохо узнал тебя пять лет назад, я тогда знал тебя лучше, чем самого себя, и что-то мне подсказывает, что все это — выдумки. У тебя долгов не больше, чем у меня, и последнее, на что ты решишься, так это тянуть деньги из деда. Нет, на такое ты не способна. Так что же там случилось на самом деле?

— Ох, перестань, ради Бога! — резко бросила Джасмин. Она не понимала, зачем ей понадобилось пускаться в этот глупый разговор, хотя надо признать, что эта тема, безусловно, не такая опасная, как та, более личная, с которой они начали. — Я же сказала, что пошутила. Просто пошутила.

— Да, просить крупных денег — отличный предлог завести ни к чему не обязывающий разговор, — ехидно заметил он. — Можно со смеху покатиться. Ты бы уж попросила миллион, Джас. Еще больше рассмешила бы.