Эй, смотри не влюбись! - Катя Саммер

- Я-ро-слаа-ва, - тянет мое имя соблазнительно. – Ты еще здесь?

Трясу головой, сажусь ровно, смотрю в упор. Соберись! Судорожно вспоминаю, кто передо мной и почему я так страстно его… почему я терпеть его не могу! 

Странно, никогда не замечала, что у него весь нос в веснушках. Откуда у порождения тьмы солнечные отметины? Так, я опять не о том.

- Не дергайся, - предвосхищает он мои действия. 

Бесит! Боже, как он меня бесит!

Еще и разглядывает так сосредоточенно. Не отрываясь, скользит с губ к щеке. Впивается глазами в родинку справа от ямочки. Его ладони неожиданно ложатся на мою спину и обжигают жаром. Невольно покрываюсь мурашками.

- Если ты соврал и Лев сейчас ублажает свою Диану, то…

- Я бы на твоем месте сильно не переживал насчет Дианы. Она в кучерявом мало заинтересована. 

И как ему удается говорить таким будничным тоном, когда пальцы блуждают по позвоночнику, сжимают шею, а дыхание опаляет кожу. Что за выдержка?

- И как ты это понял? Что она не заинтересована? 

- Догадался, - произносит, снова приближаясь к моим губам.

- Кгх-кгх, - слышу покашливание рядом.

Резко отклоняюсь назад и со всей силы бьюсь затылком о шкаф.

- Ауч!

Так тебе и надо, Видная. Неужели снова собиралась целоваться с этим? Нет, помутнение какое-то. Апельсиновый сок забродил, и я пьяна.

Усердно тру ушибленное место, не обращая внимание на появление третьей фигуры. 

- Где у вас тут уборная? – громко спрашивает Кир.

Вижу Льва, который заходит и ставит рядом с мойкой салатники и прочую ерунду. Совсем не спешит, будто ждет, пока Скоморохин уйдет. 

- Прямо и направо, - отвечаю растерянно.

А тот наглым образом все же целует меня. Коротко и ясно. В губы. И оставляет нас в звенящей тишине. 

Я совсем не настроена на разговоры, а Мочалин явно намеревается организовать мне допрос с пристрастием. Знаю, что сама хотела этого. Да я и сейчас хочу. Но из меня словно выкачали все силы. Собираюсь унести отсюда ноги, но останавливает крепкая хватка Льва на запястье.

- Что с тобой происходит?

Напрягаюсь. Суть вопроса в чем? Или это претензия?

- Что ты имеешь в виду?

- Я не узнаю тебя. С каких пор ты связываешься с такими, как этот…

Лев замолкает так же внезапно, как и начал.

- Ну, говори вслух. Что плохого в Кирилле?

Я поражаюсь, увидев столь широкий спектр агрессивных эмоций на лице Мочалина. Часть меня торжествует, но другая… 

- Да все! – повышает голос Лев. – Хотя бы то, что он позволяет чуть ли не трахать тебя в паре метров от родителей. 

Никогда прежде не слышала от него резких слов. 

- О, давай ты не будешь читать мне морали!

- Почему я не знал о том, что вы общаетесь? – Лев в пару прыжков пересекает кухню и заставляет вжаться спиной в стену. – Раньше у нас не было секретов друг от друга.

- А когда и как ты начал общаться с Дианой? – напираю я.

- Это тут вообще при чем?

- При том! Так как?

- Мы познакомились… она помогла мне с одним делом. 

- Что за дело? Или я снова не вхожа в твои новые мутные дела? Где ты пропадаешь в последнее время?

- О мутных делах лучше спроси парня. Я много интересного слышал о нем. Например, что он связан с наркотиками и мафией, что он больной на всю голову. Я серьезно, у него диагноз!

- Ты шикарно уходишь от ответа. А не ты ли говорил никогда не верить слухам? 

Я смотрю на Лёву и понимаю, что сильно разочарована. Боже, как я хотела его ревности, как хотела пылких чувств и споров. Но сейчас ощущаю четкую разницу между ожиданиями и реальностью. 

- И, кстати, - собираюсь уйти, но останавливаюсь перед дверью, - он не сказал про тебя ни одного плохого слова. Это я тебя совсем не узнаю.

Бах! Глаза Льва вспыхивают. Он летит прямо на меня и сжимает в объятиях. Так крепко! Еще чуть-чуть, и я задохнусь. 

Пытаюсь высвободиться. Он ослабляет хватку, но не дает избавиться от его рук. И сейчас он снова похож на мальчишку, которого я знаю всю жизнь. В которого давно влюблена. С испуганными глазами и сбитыми в кудряшки волосами. Такому Лёве я категорически не умею противостоять.

- Не думаю, что он подходит тебе, - говорит, поглаживая большим пальцем мое плечо.

- Не думаю, что это твое дело.

Много усилий приходится приложить, чтобы произнести эти слова.

- Мое.

Звучит твердо.

- Почему?

Зато мой голос дрожит.

Лев делает шаг назад и вроде бы берет себя в руки. А я все равно вижу ревность в его остром взгляде и ликую.

- Спроси у него насчет психотерапевта, - добавляет он перед тем, как оставить меня.

В коридор я выхожу довольная. Заглядываю в ванную в поисках Скоморохина, но та пуста. Не понимаю, куда так быстро делся Кир, но скоро обнаруживаю его в зале, окруженного дамским вниманием. Папа сидит за столом и пыхтит, как кастрюля с кипящей водой. Лев теперь вместе с ним. 

Закатываю глаза и подхожу к Кириллу, хочу пошутить, но не успеваю.

- Мне пора, - резко говорит он.

Дамы в два голоса начинают причитать, какая жалость. Мужчины, кажется, наконец выдыхают. А я почти спокойно провожаю Скоморохина и закрываю за ним дверь. Чего я еще ждала?

Когда он уходит, все возвращается на круги своя. Лев с Дианой резко допивают остывший чай и тоже покидают наш дом. Я помогаю убрать со стола. И пока родители спорят насчет Кирилла, поднимаюсь к себе в комнату. В смешанных чувствах. 

Что-то сегодня определенно пошло не так. Что? Не могу пока угадать.

Заваливаюсь на кровать и наконец расслабляюсь. Беру телефон и, поддавшись порыву, нахожу номер Скоморохина, который давным-давно записала из-за работы в «Юности», но так ни разу и не использовала.

Пишу ему короткое «спасибо» и собираюсь заблокировать экран. Но сообщение он читает сразу. Неожиданно.

Я застываю. Жду секунду, две, три, пока он светится «онлайн». Жду в напряжении. Но Кир так ничего и не отвечает.