Война Ириса и Розы. Расплата за преданность - Каролина Рина

– А может быть, первый вариант был лучше. – сказала Ижени самой себе и захлопнула книгу.

Она уже ничего не могла разглядеть в вечернем полумраке.

– Надену вчерашнее платье со свадьбы, как я и собиралась. Пусть посмотрит, ведь он его еще не видел. Это будет хороший предлог, чтобы зайти к нему, раз уж он сам не пришел.

Ижени так и сделала. Она переоделась в свой роскошный свадебный наряд и не обращая внимания на Авелин, советовавшую ей ложиться спать и ни о чем не беспокоиться, она побеспокоилась. И спустилась на этаж ниже в темный коридор, держа при себе единственную свечу на подставке. Слабый огонек освещал стены, украшенные кое-где деревянными резными панелями. Ижени прошла по черно-белой плитке до конца коридора и вздрогнула, встретив у входа в покои того самого слугу Роберта – старика со шрамом. Ей все еще было не по себе при виде него, хотя она уже не боялась. Старик тоже не был особо рад ее видеть, и в его глазах при свете огонька блеснуло недовольство.

– Мадам заблудилась? – пробормотал он ворчливым голосом.

– Нет, я… – Ижени сглотнула ком в горле. – Могу я видеть господина графа?

И с какой стати она спрашивает разрешения у слуги? Ижени опустила глаза. У нее было такое чувство, что сейчас этот старик отругает ее за то, что она вышла из своей комнаты таким поздним вечером и отправит ее обратно.

– Граф уже спит. – проскрипел недовольный голос. – И Вам следовало бы…

Минутку. Что-то здесь не так.

– Но я вижу свет под дверью. – сказала Ижени, заглядывая за костлявое плечо старика.

– Это огонь в камине. – небрежно бросил тот.

Ижени поморщилась.

– Но я была там сегодня. Свет идет из кабинета. А вовсе не из спальни. А в кабинете камина нет. Следовательно, граф еще там и работает.

– Вот именно. – бесцеремонно отозвался слуга. – Нечего бродить тут и отвлекать хозяина. Он и без того ночами не спит. В последнее время много худых людей развелось, что замышляют против него и короля.

– И что же он делает?

– Он обязан организовать слежку за каждым, кто под подозрением у полиции короля. И должен ежедневно прочитывать все донесения и выстраивать дальнейшие планы. Все это, чтоб не допустить угрозы жизни Его Величества короля Магнуса.

– Это все прекрасно. Однако это не мешает мне пройти и пожелать ему доброй ночи.

Ижени неожиданно вспомнила, что она не обязана подчиняться требованиям старика-лакея и это придало ей смелости. Но старик почему-то был уверен, что она абсолютно не права.

– Сейчас Вам нечего там делать. Граф не посылал за Вами. И просил не беспокоить его.

– Я хозяйка этого дома. И буду ходить там, где хочу. Отойди в сторону. Или позови графа, пускай сам скажет, что я не могу войти. Тогда это будет достаточной причиной для того, чтобы развернуться и уйти.

На удивление ее уверенные слова возымели свое действие, и старик нехотя отошел, освобождая ей путь к двери. При этом он недовольно скривил рот и что-то едва слышно бормотал.

– Проходите, мадам.

Ижени гордо вскинула голову, почувствовав себя наконец начальником, а не подчиненным. Смело дернула дверную ручку и переступила через порог. После темного коридора полумрак комнаты с буро-коричневыми узорами на стенах показался достаточным для того, чтобы хорошо видеть. Однако после долгого спора со слугой, Ижени инстинктивно готовилась к новой войне. Она вошла и увидела, как Реджис вставал из-за стола, где догорала свеча и пылились стопки бумаг. И почему-то уже ждала, что вот сейчас снова произойдет что-то ужасно неприятное. Она сама не знала, почему так. И вздрогнула от неожиданности, когда вместо какого-нибудь упрека, услышала совершенно спокойную фразу:

– Вы хотели помочь мне отправить письмо. Можете сделать это теперь же. Я только что закончил.

Кажется, он слышал их с Робертом спор в коридоре и не удивился ее приходу. Он развернулся, подошел к ней и протянул руку с запечатанным конвертом, зажатым между пальцами. Ижени смотрела на конверт. Она не знала почему, но снова во всем этом ей виделось что-то странное. Она никак не могла это чувство объяснить.

– Будьте так любезны, – повторил граф.

Ижени взяла конверт, хотя видела в нем нечто зловещее. Как во вчерашней комнате.

– Благодарю Вас.

Реджис устало откинул волосы лба и опустился в кресло подле камина.

– Сегодня было много дел. В столице вновь переполох. Король подозревает в заговоре одного из своих дворян. И как Вы думаете кого?

Ижени медленно подошла ближе.

– Кого? – изображая интерес, спросила она.

– Герцога де Ланграна.

– Я о нем слышала.

– Еще бы. Один из богатейших людей страны. Поди на содержание его конюшни уходит не меньше денег, чем на королевский дворец.

– Он предал короля?

– Есть основания так думать. Герцог несколько раз в открытую критиковал действия короля и говорил о том, что его власть невозможно обосновать с точки зрения закона. Однако его вина еще не доказана. И потому король ничего не знает. Но от тайной полиции не скрыться. Как только мы найдем доказательства, представим их королю. И тогда предателя ждет казнь. Но до тех пор он должен думать будто бы все в полном порядке. Иначе он испугается, уедет из столицы и спрячется в самой дальней и закрытой из своих крепостей. Оттуда его не выцарапаешь.

– Говорят, у короля самая сильная армия. – сказала Ижени, стараясь показать свою осведомленность.

– Ну герцог тоже не промах. – сказал на это Реджис. – Сможет дать отпор, еще как.

– Наверное, очень плохо, если такой опасный для короля человек все еще на свободе.

– Очень плохо. Потому как вскоре в столицу прибывает принц Карлос. И если они там сговорятся, то начнется новая гражданская война. У короля нет наследников. Любой шаг его брата может представлять угрозу. А шагов он делает немерено, успевай только считать.

– Я понимаю. – сказала Ижени. Хотя не особенно что-то понимала.

– Так вот, я все описал в своем письме. Его нужно отправить в Фиале завтра утром.

– Хорошо, я так и сделаю.

– Это очень любезно с Вашей стороны.

Ижени возвращалась к себе со смешанными чувствами удовлетворения и беспокойства. Ее глаза то и дело упрямо опускались на конверт. Она рассматривала заманчивую красную печать, но так и не решилась притронуться к ней.

Утром она специально встала пораньше, чтобы написать родителям и заодно отнесли свое письмо вместе с тем