Ливада - Вера Ростовская

— По-моему должно быть в пору! Ну чего растерялась, надевай скорей, чай стынет!

Ливада опешила, такая роскошь перед ней лежит. Платье зеленое в полосочку и вором кружевной. Да она такую красоту в жизни не видела, не то что бы одевать. Вся затряслась, и смотрит глазами полными слез. А в руки платье протянутой не берет.

— Простите, я не могу взять, это очень красиво, и дорого наверно стоит!

— Тебе нравится?

— Очень, очень нравиться!

— Тогда одевай, и пошли.

Ливада растрогалась, нос покраснел тут же. Осторожно взяла, натянула одежду и застыла рассматривая себя. Марьяна улыбалась. Одежда в пору. Принесла точно такую же косынку как и платье, повязала красиво на голову, концы продев под косами и завязала за шеей.

— Ну вот, посмотри какая ты славная! Тебе очень идет зеленый цвет, очень. Идём, Никос нас заждался. Негоже его голодным держать.

Пришли в беседку, Никос ждал. Он поднял глаза и не узнал Ливаду. А когда понял кто перед ним стоит заулыбался. Он догадался, что сноха не расщедрилась бы на такой наряд, и это платье дала Марьяна.

— Благодарю тебя Марьянушка от всего сердца!

— Ой, все это пустяки! Давайте кушать!

Ливада не думала что люди могут так жить, и быть столь щедрыми. Ее очень взволновала щедрость и забота чужой женщины. Это не вмещалось в ее понимание абсолютно. Хотелось плакать и благодарить. Никос строго посмотрел и она перестала труситься. За едой Никос рассказал зачем пришли. Марьяна не выразила удивления. Только спросила …

— В какой город поедет?

— В Славицу наверно, туда дальше но больше там возможностей.

— Портовый город, столица нашего края. Там она заплутает и сгинет, люд так ты сам знаешь какой. Одной ей туда нельзя, она же как дитя, хотя она и является ребенком. Тебе с ней ехать Никос надо, устраивать ее жизнь коли печешься о ней. Одна она пропадет.

— Я не могу, у меня коза и дом и вообще я не хочу туда возвращаться.

— Долго еще бегать от себя будешь друг мой? Возвращайся и побори уже своего внутреннего врага, себя самого. Не уж то тебе самому не ясно, что одиночество не спасает от прошлого?

— Я тебя услышал, я все понимаю. Да, я не могу найти сил в себе, и мотивации, одному мне легче.

— Ты лекарь Никос, и очень хороший! Тебе в добрых поступках себя возродить надо!

— Но не спас, не смог самых дорогих!

— У каждого лекаря есть свое кладбище друг мой, лекарь не Бог! И у каждого живущего свой срок, и коли время пришло ты не в силах спасти.

— Не знаю Марьяна, не готов я вертаться не готов.

— И никогда не будешь готов, просто сделай, вернуться в свою конуру ты всегда сможешь. Девочка тебе поможет, как и ты ей, вы нужны друг другу. Если нужны деньги я одолжу.

— Деньги есть ….

Никос поник, Ливада видела это по его глазам хоть он и улыбался. Хозяйка встала из стола и пошла в дом. Вернулась с большой книгой для записей. Открыла и начала что-то читать.

— Значит так, сегодня Сеул поведет караван, повезет пшеницу в столицу, через Речное. Можете с ним до речного доехать и нанять там извозчика до столицы.

— Отлично! Мне надо кое что продать.

— В городе продашь, там дороже купят. Мазь от мозолей есть? И растирка для спины?

— Есть

— Давай, это будет плата за платье.

— Договорились!

Марьяна оставила гостей и пошла по своим делам. Ливада сидела задумчивая, Никос ее спросил:

— Чего призадумалась?

— Я думаю что из за меня ты меняешь свой привычный уклад жизни. Мне неловко.

— Ты же слышала наш с Марьяной разговор. Права она, надо пробовать жить по другому, хотя бы попытаться. Я признаться и сам думал, были похожие мысли что она озвучила. Поеду с тобой, а там жизнь покажет что да как.

С козой прощался душевно. Марьяна в голос хохотала смотря на душераздирающее прощание.

— Да ничего с ней не случится с твоей козой! Присмотрю за ней. За этим строптивым чудовищем.

— Ромашка она, я ее выкормил, вырастил она мне дорога!

Марьяна принесла еще платье, теплое и дала его Ливаде.

— Бери, бери, все равно лежит без дела, а тебе пригодиться ночи прохладные скоро будут, дело к осени движется.

— Благодарю тебя, за одежду, помощь и пищу в дорогу.

— Принимаю, добро должно жить друг мой! Только так мы можем оставаться людьми, и не как иначе! Легкой вам дороги, свидимся!

Ливада и Никос шли к каравану телег запряжённых лошадьми, семь телег везли зерно. По пути еще столько же присоединятся с соседнего села. Дороги не спокойные и жулье и бандиты бывают, а караваном оно спокойнее и надежнее. О пассажирах попутчиков уже знали и ждали, да и другие люди тоже с караваном ехали в город. Ливаду и Никоса посадили в первую телегу чем были некоторые не довольны. На мешках сидеть было не очень удобно, но это лучше чем идти пешком.

— Лошади такие красивые животные, мне они нравятся. Только я им не очень.

— Ты по другому пахнешь, не забывай, они тебя опасаются просто.

Караван двинулся в путь. Ливада до остановок молчала. Извозчик очень любознательный и подслушивал. Никос тоже не горел желанием вести беседы, зато извозчик не закрывал рот. На ночёвку остановились в одном месте прямо у дороги хорошая поляна и есть ручей. Радости не было предела размять ноги. Извозчики и их попутчики готовили лагерь. Никос помогал им, и за одно приготовил для них места для сна. Ливада сидела и ждала. Она ловила взгляды мужчин, и понимала, что на нее смотрят по другому, не так как Никос. Позже она спросила его, почему на нее так смотрят.

— Ливада, ну ты же славная, вот ребята и любуются. Только ты на них так не смотри иначе начнут приставать, а мне их отгонять придется.

— Хорошо, не буду. Я на землю смотреть буду. Глаз не подниму, не нужны мне неприятности.

— Вот и правильно! Мужчины могут не правильно понять даже взгляд.

Ночь прошла ужасно, комары и насекомые донимали до самого утра. На земле спать на тонкой подстилке жёстко, и найти удобное положение не возможно. Совы ухали прям под боком в посадке, и постоянно буди как специально прогоняли людей. Под утро стало еще и зябко. Ливада себя чувствовала разбитой, не отдохнувшей и настроение было хмурое. Мужчины кормили лошадей и готовились отправляться в путь. Никос помогал извозчикам, и Ливада сидела одна. Казалось только она одна не