Когда отцветают розы - Барбара Майклс

Она прервалась, чтобы перевести дыхание, широко улыбнувшись Диане, которая в смущении могла только сказать:

— Ах, да… Мне, наверное, пора начать делать заметки. Мой портфель тоже в автомобиле.

В дальнем конце дороги, ведущей к дому, где торчали столбы не существующих ныне ворот, появился пикап. Эмили козырьком приложила руку к глазам.

— Смотрите-ка, Уолт приехал. Интересно, что ему нужно? Едва ли он собирается работать — земля слишком сырая.

В отличие от нее Диана знала, что ему нужно. Дорожка к дому протянулась на добрые сто метров, и к тому времени, когда грузовичок остановился, а водитель из него выбрался, она уже собралась, чтобы спокойно встретить его взгляд. Он был высок, широкоплеч, голову покрывала непослушная шевелюра темно-русых волос. Глаза серо-зеленые. «Кошачьи», — невпопад подумалось ей. Впрочем, не цвет навевал ей это сравнение. Скорее, немигающий, требовательный взор, оценивающий и ищущий нечто… Нечто такое, чего она не могла и не хотела давать.

— Как я понимаю, нет нужды представлять вас друг другу? — с невинным видом спросила Эмили.

— Думаю, я догадываюсь, кто это, — отозвался человек по имени Уолт. Он протянул руку. Кожа его ладони и пальцев ощущалась как наждачная бумага.

— Разве вы не встречались прежде? — спросила Эмили.

— Нет, только разговоры по телефону и переписка, — ответил Уолт. — Особенно меня впечатлили эти рекомендательные письма…

— Мы только собирались приступить к осмотру поместья, — объяснила хозяйка. — Бедная Диана приехала вчера вечером в разгар настоящей бури и еще ничего не видела. Прекрасно, что вы можете к нам присоединиться, Уолт. Вы ведь не собирались работать сегодня?

— Нет, мэм, землю развезло. Быть может, завтра, если ветерок еще подсушит. Сейчас погода для этого идеальная. Я приехал посмотреть, много ли вреда принесла гроза, и, если не возражаете, получить чек. Нужно арендовать автопогрузчик, а у меня, как всегда, проблемы с наличностью.

— Разумеется, я сейчас принесу чековую книжку, — Эмили торопливо зашагала обратно к дому.

Диане еще раз пришлось взять себя в руки. Она поняла, что за просьбой скрывается желание ненадолго избавиться от хозяйки.

— Что ж, здравствуйте, госпожа Мата Хари, — сказал Уолт, скривившись в усмешке. — Я вас себе представлял несколько другой.

Он медленно оглядел ее — от растрепанной ветром прически до поношенных кроссовок. Диана до боли закусила губу. Ее молодость всегда оказывалась недостатком, когда приходилось встречаться с клиентами и даже другими адвокатами, но в привычном окружении она научилась с этим справляться — туфли на высоких каблуках и возвышающееся кресло прибавляли ей роста. Строгие костюмы и продуманная косметика, стянутые в узел волосы делали ее старше в глазах окружающих. Она даже приобрела пару очков в тяжелой оправе и цепляла их на нос, если, как ей казалось, ситуация того требовала. Ироничный взгляд Уолта сразу дал ей понять, как выглядит она в его глазах. Выбившиеся в разные стороны пряди, мятая рубашка и джинсы, вылинявшие от частой стирки. В своих кроссовках она к тому же была на голову ниже него.

— Какой же вы меня воображали? — в ее голосе звучала нарочитая враждебность. Улыбка сошла с губ Уолта.

— Более… Более зловещей, что ли.

— Я и такой могу быть.

— Вижу, вижу.

В его манерах и выговоре не было ничего от простого работяги. Так подумала она и тут же отругала себя за снобизм. Если человек предпочитает зарабатывать себе на жизнь своими руками, это не означает, что он — полуграмотный мужлан.

Однако его симпатия и помощь не означали, что она может отказаться от предосторожностей. Опыт подсказывал ей, что дружелюбие нередко истолковывается как проявление слабости.

— Вас никто не заставлял соглашаться, — сказала она резко. — И потом, вы сами упомянули, что Николсонам нужен знаток старых роз.

— Я всегда понимал, что с юристами спорить бесполезно, — голос Уолта звучал теперь отчужденно. — Я думал… Хотя вам все равно, что я думал.

— Вы изменили решение?

— Боюсь, уже поздно. Вы аккуратнейшим образом загнали меня в угол. Как бы то ни было, вы меня убедили, что это действительно необходимо, а стало быть, я… Тише, она возвращается. Где вы остановились?

— Пока не знаю.

Он сдвинул брови.

— Мне необходимо знать, как вас найти. Нужно поговорить.

— Не волнуйтесь, я сама вас разыщу, — огрызнулась Диана сквозь зубы.

На дальнейшие препирательства времени не оставалось. К ним приближалась Эмили, размахивая на ходу чековой книжкой и авторучкой, с вопросом на устах: сколько нужно Уолту денег? «Неужели она всегда такая доверчивая?» — подумалось Диане.

Он принял чек и раскланялся со словами:

— Мы будем видеться, Диана. И довольно часто, я полагаю.

— Такой приятный молодой человек, — сказала Эмили, глядя, как пикап удаляется вниз по дороге. — С ним вам понадобится твердость — у него всегда особый взгляд на вещи. Некоторые его идеи нельзя не одобрить. Он способный юноша, и я неоднократно повторяла, что ему нужно продолжить образование и стать дипломированным ландшафтным архитектором. Так, пора обувать сапоги.

Диане оставалось порадоваться, что эту обувь она старательно обшаркала о каменные ступени своего дома, вымазала в грязи и мокрой траве, чтобы сапоги не выглядели подозрительно новыми. Вопросов они не вызвали. По крайней мере у Эмили. Достав из портфеля блокнот, Диана своим видом показала, что готова начать работу.

И снова ей на выручку пришла говорливость Эмили. Она часто спрашивала мнение Дианы, но почти никогда не давала ей закончить фразу. Поддакивая и улыбаясь, а иногда для разнообразия изображая на лице глубокую задумчивость, Диана постепенно поняла, что Эмили великолепно знает, чего хочет. Она, Чарльз и несколько специалистов, с которыми они консультировались несколько месяцев, разработали исчерпывающий план оформления лужайки перед домом и въезда. Рельеф здесь был совершенно плоским и никаких специальных работ не требовал. Нужно было только разметить флажками планируемые клумбы и обозначить места для посадки деревьев. «Мне это вполне по силам, — решила Диана, чувствуя прилив оптимизма. — В конце концов, это дело вкуса. Пусть мои предложения им не понравятся, но никто не скажет, что они неправильные».

По мощенной брусчаткой дорожке они обогнули левое крыло дома — там располагалась кухня, и оптимизм Дианы начал улетучиваться, когда она увидела местность, которая была некогда берегом реки.

Это был квадрат со сторонами примерно в акр, сначала расчищенными, а потом засаженными травой и кустами. Его границу обозначала каменная стена,