Роковой зов - Нора Арон

— Кто это у тебя тут такой симпатичный?

Надо вмешаться, а то братик мог быть слишком обаятельным.

— Алекс, ты ставишь меня в неудобное положение. Янина, разрешите представить вам моего брата, Александра Риверса, герцога Оршанского.

Нина встала и коротко поклонилась.

— Очень приятно, ваша светлость.

И прежде, чем неугомонный ловелас схватил руку ее подопечной, Лекси удалось встать между ними.

— Янина, предлагаю снова встретиться как было запланировано, через две недели. Завершите вашу последнюю работу и подготовьте предварительный план по эксперименту.

— Конечно, профессор. Когда его можно занести?

— Завтра было бы прекрасно. Сегодня есть свободные места в лабораторном крыле, могу записать вас.

— Благодарю, профессор.

Девушка забрала со стола фолиант, но задержалась в дверях.

— С днем рождения, профессор Риверс.

— Спасибо, Нина.

Дверь тихо закрылась за студенткой. А все-таки хорошая смена подрастает, Алексия не могла это не отметить.

Алекс развалился в кресле сестры, положив ноги на стол, и хитро смотрел на нее — поддастся на провокацию или промолчит. Они так часто развлекались в детстве, став взрослыми, сохранили эту традицию — она напоминала им о семье, о том, что они есть друг у друга. Боль потери не ушла, но стала не столь острой.

Лекси направила на Алекса воображаемый пистолет и сделала вид, что выстрелила, он — приложил руку к сердцу, признавая поражение. Они грустно улыбнулись. Алекс посерьезнел, встал и подошел, взял руки сестры в свои.

— Сегодня чудесный день, сестренка, ведь родилась ты. Ты лучшая из людей, Лекс.

Они крепко обнялись.

— А ведь я с подарком. Брат вытащил из кармана куртки маленькую коробочку. Лекси задержала дыхание, гипнотизируя ее. Алекс не выдержал и рассмеялся.

— Видимо, с этого нужно было начинать. Тогда бы ты занялась своими измерениями, а я — той соблазнительной малышкой.

Не обращая внимания на дерзкие слова младшего брата, она выхватила заветную коробочку, вскрыла и у нее на ладони оказался великолепный образец каплевидного камня-аркелита, достать такой — невероятная удача. Такие формы камней бесценны на рынке артефакторов.

— Ты нашел его! Лекси кинулась брату на шею.

— Все для тебя, старушка.

— Прощен, за все прощен! Алексия уже хотела приступить к осмотру камня, но Алекс поймал ее, не дав улизнуть.

— Так-так, прежде чем ты ринешься в свою разлюбезную лабораторную каторгу, пообещай мне обед. И, кстати, Эдди прислал приглашения на бал. Без нас никак.

Лекси с искренним изумлением выпучила глаза на брата. Он подозрительно прищурился в ответ.

— Скажи мне, старушка, ты же не забыла поздравить дядю с днем рождения. Как-то же вы умудрились родиться в один день.

— Боги, дядя Кристиан. Лекси прикрыла рот ладонью, с ужасом осознавая, что семейный праздник и торжество государственного масштаба совершенно вылетели из ее глупой головы. Алекс озадаченно присвистнул. Сестра прыснула в ответ. И они дружно расхохотались.

— Да, старушка. Хорошо хоть про свой день рождения вспомнила!

— Ты бы мне напомнил, если что!

Отсмеявшись и успокоившись, Алекс засобирался. Брат не мог долго сидеть на одном месте, кроме, разве что, своих археологических ям и палаток.

— Значит, договорились. Я заберу тебя в обеденный перерыв. А сейчас пойду каяться от лица всей нашей бестолковой семьи. Надеюсь, дядя не будет слишком строг. Не переживай, я передам ему как тебе жаль.

Кожаная записная книжка Алексии, с красочным тиснением на переплете, громко стукнулась о закрытую дверь, за ней послышался удаляющийся смех брата. А через минуту звонок известил об окончании первого занятия. Отличный подготовительный час получился, ничего не скажешь.

Реджинальд Ревенфорд

Я кивком приветствовал стражу на входе, широким шагом пересек холл корпуса правопорядка и спустился на подвальный этаж, где располагались камеры с временными заключенными. Эрик уже ждал меня, рядом с ним маячили стражи правопорядка, видимо, для страховки.

— Что-то прояснилось? Я адресовал вопрос Макормаку.

Он как-то тяжело вздохнул. Сразу вспомнилось, что я бросил Эрика в самый разгар допроса, когда пришел сигнал из усадьбы. Значит, он провел тут без отдыха всю ночь и все утро, полдень уже миновал. Нужно отправить его домой на пару часов, вечером мне нужен бодрый глава королевской стражи.

Мы шли вдоль пустых камер к дальней секции, отделенной от остальных помещений тюрьмы крепкой металлической дверью, здесь содержали особо опасных заключенных.

— Порадовать нечем, сэр! Задержанный продолжает настаивать на своей невиновности и рассказывать небылицы.

— Сказки сказкам рознь, Эрик. Иногда сказки становятся кошмарами. Вам ли не знать.

Эрик поморщился, машинально провел по шраму над бровью. Да, зеркало каждый день напоминало, как близок он был к гибели год назад. Он продолжил доклад.

— В этот раз все звучит действительно убедительно. Мужчина утверждает, что четко помнит прогулку по местному рынку. А дальше — пустота. Волшебство какое-то.

Это слово меня неприятно резануло. Что-то слишком много волшебства стало вокруг. Надо бы разобраться, наконец, где истинная магия, а где происки врагов.

— Посмотрим.

Я остановился перед дверью, наблюдая как страж медленно прокручивает ключ в замке. Вчера, сразу после покушения на короля, я был готов разорвать этого жалкого человечка на части. Сегодня я несколько остыл, привел мысли в относительный порядок, насколько это вообще возможно после ночных событий, и готов был слушать.

Камера отлично просматривалась сквозь металлические прутья.

Молодой мужчина сидел на соломе, на полу, подтянув к себе колени и обхватив их руками. Волосы торчали в разные стороны, не лучше той самой соломы. Он остался в одежде королевского слуги, изорванной и в кровавых пятнах. Рядом на полу лежала стопка тюремной одежды, нетронутая.

Когда они вошли, он даже не