Княжна ночных воронов - Дина Сдобберг

— Спасибо, — поблагодарила она, вглядываясь в моё лицо, словно пытаясь там что-то отыскать. — Сирина.

— А я Яромира. — И вдруг я поняла, почему мне чаша напомнила о братовом браслете. А ведь и вправду я могу помочь невесте брата, да и брату тоже. Чтоб у него своё гнездо было! — Держи, брат у меня строг и суров, но справедлив. Мы потеряли родителей, он проводил многих своих друзей, но за ледяной бронёй есть ещё живое сердце.

— Что это? — наблюдала она, как я затягиваю на её запястье браслет из разных костяных пластин.

— Мне подарил его брат. Сказал, что рядом с той, кто носит этот браслет, нет месту войне и гневу. Хороший же шанс, правда? — спросила я, пытаясь разглядеть ответ в её взгляде, чтобы поддержать мою надежду.

— Да, — кивнула она. — Но ответить тем же не смогу! Мой брат сердца не имеет вовсе! Он жесток и не знает о милосердии. Упрям, вспыльчив… Если станет совсем невыносимо, то в старом заброшенном донжоне, на самом верху, в келье затворницы, я спрятала смену одежду, флягу, заговоренную на то, чтобы с ней не иссякала вода, путевую еду и деньги. Готовила для себя, но воспользоваться не успела, иначе бы меня здесь не было. Я и так последние дни сидела на цепи, чтоб не сбежала.

— Чего? Меня тоже посадит? А в темечко его не клюнуть? — возмутилась я.

— Никто не знает. Ты… Я могу что-то для тебя сделать? — а вроде и неплохая эта драконница.

— Знаешь, ворон один на княжьем поверхе гнездо свил, скоро птенцы будут. Ты присмотри, чтоб кошка не потаскала. Сможешь? — я чуть не засмеялась, глядя на то, с каким серьёзным видом она кивнула. — Всё, пошли, а то смотрю, нервничают уже встречающие.

— Меня не убьют? — вдруг выпалила она.

— А ты мне брата не убьёшь? — в ответ спросила я.

И мы разошлись. Границы чужих владений мы пересекли одновременно.

— Моё имя Эдгар, я глава рода Чёрных драконов. — И смотрит на меня. Я на него.

— Яромира Ярославна Вран. — И чувствую себя нелепо. Я тут по батюшке представляюсь, а он просто по имени.

— Гринард! — раздался рядом истошный женский крик, от которого я чуть не присела. — Граник мой!

Оказалось, что как только невесты, я и Сирина, пересекли границу, следом за нами отправили и приданное. А рядом с телегами со стороны вранов ехал и драконёнок.

— Это я матушка раньше был вашим Граником и папиным наследником. А теперь я приданное. — Прорвалось видно давно сдерживаемое ехидство.

— Как? — растерялась женщина, затянутая в платье из плотной ткани так, что мне было интересно, как она дышит. — Какое приданное?

— А судя по всему никакое. Ни надоя, ни шерсти. И как воин я не очень, непонятно на чём доспехи держаться. И в женихи я не гожусь, потому как молоко не обсохло, и досыта с рождения не кормили. — Решил добить матушку сынок, судя по тому, что женщина схватилась за сердце. — Так что много интересных новостей о себе узнал!

Глава 6

Громких прощаний и долгих переговоров не было. Мужчины даже не подошли друг к другу. Я издалека наблюдала, как брат помог усесться Сирине на коня, на котором я возвращалась из обители. Вороны тронулись обратно.

Только один всадник задержался. Въехав на пригорок, он смотрел в сторону драконьей границы. Ветер сорвал капюшон с его головы и встрепал белые волосы. Брат. Увидимся ли?

— Храни Феникс твои крылья. — Прошептала я на прощание и отвернулась.

Будущий муж отдавал какие-то команды, отправлял отряды вперёд. Последнего взгляда в сторону сестры, которую увозили в неизвестность для него вороны, он не бросил, словно и не уходил родной человек. Семейные узы? Не, не слышали. Забота о родной крови? Чего ещё такое придумали. Некогда нам, мы вон с суровым видом рассказываем, кто и за кем ехать должен.

Да уж, с таким, пожалуй, совьёшь гнездо! Вот видит небо, а муженёк мне достался, как тот петух на птичьем дворе, задира и горлопан, а под перьями гонор один. Только от того гонора навара в бульоне не прибавляется.

Зато Граник наконец-то купался во внимании. Про его маму так сразу и не скажешь, что драконница. Вон как квохчет над своим птенцом. Того и гляди, как та кошка за шкирку зубами ухватит и утащит подальше от чужих глаз. Только куда же ты его утянешь, если мальца вон расспрашивают, подробности вызнают. Граник от важности раздулся, грудь вдвое шире стала.

— В полевом выходе мы были уже третий день, — нахмурившись от собственной серьёзности рассказывал парень, как он целых три дня без мамкиного присмотра был. — Ночью была сильная буря, потеряв ориентиры, мы не пролетели вдоль границы, как было запланировано, а пересекли её. Наставник нам таких…

Видно сообразив, что говорит он что-то не то, парень закашлялся. А я только хмыкнула. Ну, гроза и правда сильная была, но чтобы буря? И это повелители неба, как называют себя драконы. Что это за повелитель такой, что в небе плутает?

— Короче, сильно недовольный был наш наставник. Дежурный отряд отправился на охоту, чтобы прокормить всех, пока не найдем дорогу. — Продолжал рассказ Граник. — А мы тем временем разбили лагерь возле зарослей кустов с каким-то ягодами.

Тут я прислушалась, прикинула окрестности обители… Мааа! Да они ж теперь на заросли мармики наткнулись. Только в это время года её не собирают. У неё начинают вызревать семена и мякоть забраживает. Сок таких ягод вместо вина у нас пьют. О! Как интересно!

— А тут наш отряд является и говорит, что Болотники рядом лагерь сворачивают, да они одного вместо добычи притащили. Наставник его допросил, и выяснил, что Болотные драконы решили напасть на обитель, где вроде как воспитывают невест птицам. Ну, мы сорвались на выручку! С нами же… — рассказывал о похождениях наевшихся пьянящих ягод молодых драконов Граник.

Кто там с ними был, я прослушала, потому что рядом со мной опустились Тикар и Рарк. Тикар запрыгнул мне на колени и посмотрел прямо в глаза. Поймать птичий взгляд сложно, без связи и вовсе не возможно. Да и со связью потом голова болит, но сейчас мне спутник важную весть про своего отца передавал.

Гаркар задерживался в Когте на десять дней. По дню на каждого внука-птенца. Богатое нынче лето выдалось для княжьих воронов. По осени надо будет отпустить спутников. Лучше