Кот, сова и куча зелий - Лариса Петровичева

– Ни разу, – призналась я, когда тонкие нити сгоревшего Бомеруса развеялись над столом. – В нашей академии не было такого количества ингредиентов, чтобы все могли попрактиковаться. Так что мы просто смотрели, как работает преподаватель, и все записывали. Вы уже знаете, какие зелья будут в этом году?

Джеймс неопределенно пожал плечами. Отрезал себе кусок курицы, прожевал и ответил:

– Вы узнаете о зелье на турнире. Их названия объявят сразу перед приготовлением.

– То есть, заранее натренироваться нельзя?

– Бывают, конечно, утечки. Можно заплатить какому-нибудь сотруднику министерства и получить список названий, но я никогда не пробовал, – Джеймс покрутил вилку в руках, разглядывая кусочек курицы. – Во-первых, это нечестно. Во-вторых, недостойно. А в-третьих, я насмотрелся на тех, кто отдал за список сотню крон, а в итоге заклинания были другие.

Я рассмеялась. Неплохой способ подзаработать! Джеймс тоже улыбнулся – сейчас, после того, как я спасла ему жизнь, и нам обоим разрешили участвовать в турнире, он не выглядел презрительным сухарем, которого ломает, как в лихорадке, от одного вида совы.

– А сколько всего этапов?

– Первый, получается, мы с вами уже прошли. Даже не хочу знать, сколько столичных зельеваров сейчас отсеялось на тот свет, – нахмурился Джеймс.

– Потом обычно два этапа, на них, как правило, не самые сложные зелья. Победим в них – выйдем в полуфинал. Там сильные боевые зелья, что-то вроде Вороньего пера. Победители в финале, там уже идут зелья Воскрешения.

Воронье перо было мощным боевым зельем. Им наполняли пушечные снаряды, и они тогда могли превратить в пыль целый городской квартал. Я невольно поежилась. Да, мы изучали боевые заклинания и зелья, но мне больше хотелось работать с медицинскими. Помогать людям. Лечить детей.

А зелья Воскрешения у нас не изучались. С ними работали высшие зельевары. Иногда они приходили в академию прочитать несколько лекций, но в основном проводили время в своих лабораториях.

– И спасибо, что спасли меня, – произнес Джеймс. – Мне очень повезло, что вы оказались рядом, Абигаль.

Я улыбнулась, махнула рукой: дескать, какие пустяки! Я всегда это делаю по понедельникам и субботам. Обращайтесь, как только возникнет надобность.

– Интересно, кто помогал другим зельеварам? – спросила я. – Кто их целовал?

– Наверно, мне прислали такое заклинание потому, что вы были рядом, – предположил Джеймс. – У других что-то другое. Не менее опасное.

Он помолчал и добавил:

– Кстати, не забудьте про платье. Во дворце не поймут, если вы заявитесь туда оборванкой.

Глава 3

Магазин Чичевадиса, о котором упомянул Джеймс, торговал готовым платьем, и моя мать отнеслась бы к нему с нескрываемым презрением. Всем известно, что достойные барышни надевают только ту одежду, которая сшита по их мерке опытной портнихой. А в таких вот магазинах одеваются только служанки… впрочем, я никогда бы не подумала, что дамы и девицы, которые вышли из высоких дверей, щедро украшенных золотыми финтифлюшками, зарабатывали на жизнь, подавая кофе и перестилая постели.

Войдя в магазин, я попала в настоящую сказочную пещеру. Каких только нарядов здесь не было! И платья с открытыми плечами для отдыха, и строгие платья, в которых можно ходить в академию или библиотеку, и торжественные одеяния, в которых хоть на королевский бал! И можно потрогать ткань, а не клочок в каталоге, и оценить фасон на манекене, а не на рисунке.

От такого богатства и изобилия я даже растерялась: очнулась тогда, когда администратор подошел, поклонился и с улыбкой спросил, какую именно красоту может предложить для моей красоты.

Я выбрала темно-синее платье с изящной вышивкой – серебряные перья струились по рукавам, а декольте прикрывало невесомое южное кружево, похожее на паутинку.

Взяла несколько платьев попроще – надо же мне в чем-то ходить? Родители выставили меня из дому, как предписывала традиция – иди в том, что на тебе, будешь знать, как не подчиняться отцовской воле.

Добавилось и белье – чулки, панталоны, корсет, ночные рубашки; глядя, как растут бумажные пакеты, которые относят к кассе, я даже испугалась: хватит ли мне пятнадцати крон? Это все-таки столичный магазин, а не сельская лавочка…

Хватило, и даже пять крон осталось. Посыльный при магазине подхватил пакеты и понес их в зельеварню – когда я продиктовала адрес, то администратор уставился на меня с некоторым ужасом. Даже не знаю, что он обо мне подумал.

– Простите, миледи, – начал он, – вы работаете в зельеварне Эвиретта?

– Совершенно верно, – кивнула я, раздумывая, не взять ли еще перчатки и шляпку. Нет, не стоит. Впереди еще осень и зима, и лучше приберечь денежки, не спуская их на девичьи пустяки.

– Еще раз прошу простить мою дерзость, но кем же вы там работаете?

– Я ассистентка господина Эвиретта, – ответила я, добавив в голос холода. – Дипломированный зельевар, помогаю ему создавать особо сложные зелья.

Администратор подошел поближе и произнес так, словно я была его близким другом, и он всеми силами души стремился защитить меня:

– Заклинаю вас всеми святыми, миледи, будьте осторожны. Господин Эвиретт один из лучших столичных зельеваров, но он очень опасен. Два года назад в его зельеварню вошла барышня… и не вышла оттуда. Полиция так и не докопалась до правды, но я полагаю, он заткнул рты следователям деньгами.

Я понимающе кивнула, стараясь выглядеть сосредоточенной и серьезной. Этот человек искренне заботился обо мне и не знал о двери на втором этаже зельеварни, которая способна привести в нужное место.

– Поэтому, как только вы почувствуете хоть намек на опасность, не медлите, – продолжал администратор. – Мы работаем круглосуточно, и вы всегда сможете найти защиту в этом магазине. Здесь вам помогут. Не хочу, чтобы еще одна девушка пропала в его ловушке.

Улыбнувшись, я поблагодарила администратора за заботу и покинула магазин. Ну и денек! Я нашла работу, успела получить пятнадцать крон за свои зелья, спасла своего работодателя – у кого еще сегодня было столько приключений?

А самое главное, у меня остались деньги. Мои собственные деньги. И я могу, например, пойти в кондитерскую,