Тень и звезда - Лаура Кинсейл

— Если я правильно поняла, Этуаль — это фамилия вашей матери?

Леда кивнула.

— Она не была замужем?

Леда молча покачала головой, и мисс Герншейм записала что-то еще.

— Где вы сейчас живете?

— У миссис Доукинс на Джейкобс-Айленд.

— Джейкобс-Айленд? — Мисс Герншейм захлопнула тетрадь. — Что ж, когда вы принесете мне рекомендацию, я посмотрю, что можно для вас сделать. В следующий понедельник вас устроит?

— Думаю, я смогу получить рекомендацию до этого времени.

— Тогда приходите раньше. Но следующий понедельник — наиболее подходящий день. Мне нужно время, чтобы навести кое-какие справки для вас, учитывая ваши непростые обстоятельства. Будьте добры, не хлопайте дверью, когда будете выходить, а то у меня голова с утра раскалывается.

Леда ушла от мисс Герншейм в отвратительном настроении. Ну как объяснить мисс Коув, что в рекомендации следует доказать отсутствие у нее склонности к убийствам? Это неминуемо приведет к разговору о дворецком мисс Коув, и старушка станет опасаться, что этот широкоплечий человек, прослуживший у нее тридцать пять лет, может оказаться злодеем.

Было уже темно, когда Леда оказалась в своем районе. Дежуривший ночью инспектор полиции поднимался по ступенькам участка; увидев Леду, он остановился, взявшись рукой за ручку двери.

— Что-то вы рано, мисс. Я слышал, вчера вы тоже вернулись домой раньше обычного.

— Здравствуйте, инспектор Руби. — Леда улыбнулась. — Как ваше дежурство? Все в порядке?

— Да, мисс, все в порядке.

Они всегда обменивались такими фразами. Затем Леда спрашивала о здоровье жены и детей инспектора, интересовалась, что у них было на ужин. Сейчас она сказала, что знает отличный рецепт приготовления бычьего языка, который ей оставила мисс Миртл.

— Большое спасибо, мисс. — Руби кивнул. — Вы не могли бы зайти — тогда я запишу рецепт в записную книжку. Разумеется, если вы не торопитесь.

Леда поднялась по лестнице и вошла в душное помещение участка. Стол инспектора, стоявший на возвышении и скудно освещавшийся газовым светом, чем-то напоминал трибуну для выступлений. На полу одиночной камеры во всю длину вытянулась женщина, походившая на темную кучу, которая постоянно издавала какие-то звуки.

Дежурный полицейский тут же вскочил и отдал честь. Сочтя, что пристально разглядывать женщину неприлично, Леда уселась на скамью, прислонилась к беленой стене и, взяв записную книжку инспектора, принялась записывать рецепт.

— У меня никогда не получается хороший чай, — сказал дежурный Макдональд, доставая с полки чайник. — Дома его обычно заваривает сестра.

Леда отложила книжку в сторону.

— Позвольте мне заварить чай, — спокойно проговорила она. — Можете мне поверить, я умею это делать.

— Очень мило с вашей стороны, мисс. Буду вам очень признателен. Такие вещи требуют женских рук.

Засыпая чай в чайник, Леда краем глаза видела, как женщина в камере перевернулась и задвигалась, как будто пыталась улечься поудобнее. Потом она застонала, перевернулась на спину, и по ее вздутому животу стало понятно, что она…

Господи, похоже, что ей грозит разрешение от бремени, как выразилась бы мисс Миртл.

— Боже! — воскликнула Леда и отошла от маленькой плиты.

Тут же за ее спиной появился инспектор Руби.

— Мак? — недовольно проворчал он. — Что у нас тут?

— В книге записано о каких-то беспорядках, сэр. — Сержант Макдональд откашлялся. — Ее принесли днем, а до этого, кажется, избили. Она пришла в дом Окслипов — это в районе Джейкобс-Айленд, и там была какая-то заварушка. Эта красавица расцарапала лицо Салли Сковородке.

Удивленно оглянувшись, Леда успела заметить, как мужчины обменялись многозначительными взглядами.

— В доме Окслипов? — переспросила она. — То есть на моей улице? Туда приводят детей-сирот…

Инспектор Руби озабоченно нахмурился.

— Стало быть, речь идет о приюте, — мрачно проговорил он. — Что ж, мисс, тогда…

Леда увидела, что узница, застонав, опять выгнулась. Присмотревшись к ней внимательнее, она поняла, что перед нею совсем еще юная женщина, едва переступившая подростковый возраст.

— Возможно, инспектор, нам следует позвать доктора?

— Доктора, мисс? — Руби изумленно уставился на Леду. — Не хотите же вы сказать, что она…

— Вот именно.

— Макдональд, — приказал инспектор, — пошли кого-нибудь узнать, на месте ли офицер медицинской службы. Думаю, на доктора у нее денег не найдется.

— Слушаюсь, сэр! — Макдональд быстро исчез за дверью.

— Эй! — взревел инспектор. — Я сказал: «Пошли кого-нибудь»! Экий тупица, чума на его голову! Впрочем, он отлично меня слышал и просто испугался того, что тут происходит.

Прижавшись к стене, Леда молча наблюдала за тем, как инспектор отпирает камеру. Затем он жестом пригласил ее войти внутрь.

— Боюсь, я ничего не знаю о таких вещах, — призналась Леда. — Мне показалось, что женщина задыхается, вот я и решила, что ей необходима помощь врача.

— Благослови вас Господь, мисс; вот только у нас тут нет профессиональных медиков. Может, офицер медицинской службы пошлет за повитухой, а может быть, и не пошлет… — Войдя в камеру, инспектор Руби опустился на колени возле рожающей женщины. — Ну и что же нам с вами делать, маленькая леди? У вас схватки, да? Как давно они начались?

Женщина что-то прошептала, и инспектор покачал головой.

— Весь день? — переспросил он. — Глупое дитя, что же вы молчали до сих пор?

— Я не хотела его, не хотела, чтобы он появлялся на свет!

— Ну, теперь деваться некуда. Это ваш первый ребенок? — поинтересовался Руби.

Женщина кивнула.

— А почему вы пошли к Окслипам? Не могли же вы надеяться, что они вам предложат кров и постель?

— Моя подруга… Она спрашивала обо мне и сказала, что они возьмут ребенка… — Женщина с трудом сглотнула. — Я буду платить за его содержание, клянусь.

Инспектор хмыкнул.

— Ты сама должна содержать малыша, детка, — назидательно заметил он. — Отдать ребенка — то же, что убить его, поверь. Наверное, ты была служанкой и у тебя был молодой человек в городе…

— Я не смогла разыскать его…

— Это плохо, Окслипам твой ребенок тоже не нужен, вот в чем дело. Твоя подруга не должна была посылать тебя туда.

Роженица задышала быстрее, ее лицо исказила гримаса боли.

Леда придвинулась ближе.

— Я могу сделать что-нибудь для нее? — спросила она.

В это время заскрипела входная дверь, и незнакомый офицер быстро вошел в помещение полицейского участка. Инспектор вскочил на ноги.