Крылья любви - Люси Гиллен

— Дерин, милая!

Джеральд поздоровался с ней гораздо с меньшим энтузиазмом, чем обычно. Но, может быть, это произошло потому, что присутствие другого мужчины и собаки его несколько обескуражило и не позволило проявить более сильные эмоции. Дерин, со своей стороны, пришла в некоторое смятение, потому что обнаружила, что неосознанно сравнивает его с Домиником Грегори.

Они были одного роста, но Джеральд отличался от Доминика скорее худобой, чем стройностью и мускулатурой, а его длинные светло-каштановые волосы спускались почти до плеч. Внимательные светло-голубые глаза замечали все мельчайшие подробности. И вообще, Джеральд Моркоум был очень серьезным молодым человеком, особенно в том, что касалось его работы натуралистом и Дерин, причем именно в таком порядке.

— Я не ждала, что ты появишься здесь так скоро, — призналась Дерин. Они вошли в коттедж, при этом Джеральд, как он часто делал, обнимал ее одной рукой за талию.

— Я приехал, — пояснил Джеральд, многозначительно взглянув на их эскорт, — потому что Айвор Рис сказал мне, что с коттеджем вышла какая-то неразбериха. Мне стало интересно, что же именно произошло.

— О, но мы уже во всем разобрались, — весело сообщила Дерин, твердо решив ничего поспешно не предпринимать. — Кстати, ты знаком с мистером Грегори?

Джеральд пристально и с немалым подозрением посмотрел на другого мужчину:

— Нет, насколько мне известно.

Она поспешно представила их друг другу, понимая, что если Джеральд воспринимает все это очень серьезно, то Доминик Грегори почти наверняка находит это довольно забавным и не очень-то пытается свое отношение скрыть.

— Грегори? — повторил Джеральд, когда она назвала имена их обоих. — Не тот ли самый…

Доминик кивнул. Его короткий смешок прозвучал на удивление резко, в отличие от того, как он смеялся обычно.

— Тот самый пресловутый Дом Грегори, — сухо согласился он, и Дерин наконец вспомнила, почему его имя показалось ей смутно знакомым, когда он при первой встрече представился ей.

Должно быть, прошло больше четырех лет с тех пор, как в газетах писали об истории дочери одного американского миллионера, которая сбежала с мужчиной, которого в то время в несколько мелодраматической манере называли отпрыском знатного рода. Доминик Грегори приходился дальним родственником какому-то графу, и юная американка, очевидно, в него влюбилась и последовала за ним через полмира. А за ними по пятам следовала международная пресса в ожидании свадьбы.

Однако свадьба так и не состоялась, а спустя несколько месяцев Доминик Грегори неожиданно попросту исчез. Рыдающую наследницу настиг ее отец и увез домой. Она клялась, что понятия не имеет, куда отправился Доминик. Некоторое время ходили слухи, что он в Тунисе. Теперь, глядя на его сильно загорелую кожу, Дерин почти не сомневалась в том, что последние несколько лет он провел именно там.

Но больше всего ее озадачило то, как он теперь оказался здесь, в самом сердце сельского Уэльса, и как ни в чем не бывало занялся рыбалкой. Если он стремился к одиночеству и скрывался от очередной наследницы, то наверняка был бы менее склонным избегать какого бы то ни было женского общества.

— Я не знал, кто вы, — открыто сказал ему Джеральд, сознательно допуская бестактность, — а иначе еще больше встревожился бы за Дерин.

Доминик улыбнулся, все еще держа Пса за ошейник.

— Вам вообще не надо о ней беспокоиться, — тихо проговорил. — Все это было очень давно, мистер Моркоум.

— Тем не менее, — твердым голосом заявил Джеральд, совершая первую большую ошибку, — я забираю ее с собой обратно в Лондон.

Джеральд даже не стал смотреть, как Дерин отнесется к его заявлению, но серые глаза Дома Грегори пристально за ней наблюдали, как будто он точно знал, какой будет ее реакция.

— Но я не собираюсь возвращаться, Джеральд, — твердо возразила она. — Я остаюсь здесь.

— Но ты не можешь остаться! — Он нахмурился. На его умном лице с тонкими чертами появилось выражение озадаченности и раздражения. — Дерин, ты не можешь дольше оставаться здесь при подобных обстоятельствах.

— Не понимаю, почему не могу, — настаивала она. — Нет ничего плохого в том соглашении, к которому мы пришли с… мистером Грегори. Так что я остаюсь.

— Но ты не можешь остаться, — не унимался Джеральд. — Ты не можешь просто жить в одном… одном коттедже такого размера с мужчиной, которого даже не знаешь. — Он с подозрением посмотрел на Доминика. — Или ты знала его до того, как сюда приехала?

— Нет! Не знала, и мне к тому же не нравятся подобные язвительные замечания в мой адрес, и тем более от тебя, Джеральд.

— Я не произносил того, что ты называешь язвительными замечаниями в твой адрес, — возразил он. — Мне просто не нравится то, что ты живешь с ним в одном коттедже, и я думаю, что имею полное право возражать.

— Если бы я и вправду жила с ним в одном коттедже, — отпарировала Дерин, — тогда тебе, возможно, было бы чему возражать.

Секунду он смотрел на нее, потом взглянул на Доминика:

— Но ведь вы живете в одном коттедже, не так ли?

— Я живу в летнем домике, — тихо и покорно ответил Доминик, хотя Дерин была уверена, что он получает большое удовольствие от сложившейся ситуации. — Если захотите, могу отвести вас туда и показать домик.

— Нет, нет, в этом нет необходимости, — поспешно отказался Джеральд. — Прошу прощения. Кажется, я все не так понял.

— Не так, — безжалостно отрезала Дерин. — Жаль, что ты до сих пор так плохо меня знаешь.

Она чувствовала на себе взгляд Доминика Грегори и жалела, что он находится здесь, а не где-нибудь еще, все равно где. Джеральда явно приводило в ярость его присутствие, и он без малейших колебаний в любую минуту может дать ему это понять. Как будто почувствовав, что ему сейчас лучше уйти, Доминик улыбнулся и повернулся к двери, все еще придерживая Пса за ошейник.

— Я оставлю вас одних, — сказал он. Тут Дерин вдруг вспомнила, что они еще не закончили ужин, а если он сейчас уйдет, то так толком и не поужинает.

— Но мы… вы еще не поели, — сказала она ему. Джеральд снова нахмурился. — Прошу прощения, я от волнения об этом забыла.

— Я уже наелся на весь вечер. — И он улыбнулся так, что тревога Джеральда от этого улеглась вряд ли. — Я оставлю вас с вашим… — Он многозначительно изогнул бровь. — Я оставлю вас.

— Спасибо.

Он снова улыбнулся.

— Увидимся за завтраком, — пообещал он, и Джеральд открыл рот от изумления.

— Что, скажи на милость, он на этот раз имел в виду? — поинтересовался он, даже не дожидаясь, пока Доминик закроет за собой дверь.

— Он просто имел в виду, что я готовлю еду, потому что в летнем домике нет плиты, — пояснила Дерин.

— Ты хочешь сказать… ты хочешь сказать, что он заставил тебя на него работать?