Титаник-2 - Ольга Тропинина

Журналист Роберт Френсис спустился на лифте из своей квартирки в холл. На улице его поджидало такси. Стандартное горбатое черное лондонское такси. Роберт назвал водителю вокзал и блаженно развалился на заднем сиденье.

Наконец-то он вернется в Штаты. Френсису, большую часть жизни прожившему среди чикагских небоскребов, так и не удалось освоиться в столице мира, как называли Лондон англичане, с ее аккуратными дорогими особняками, ухоженными садиками и газонами. И промозглой погодой с бесконечными дождями.

Ему не по душе была нарочитая величественность и многозначительность столицы, эти бесконечные площади и скверы. Френсис был без ума от небоскребов в Нью-Йорке. В Лондоне же была только жалкая кучка высотных зданий, в районе Сити.

Но это пусть и дальнее сходство с родными пейзажами определило его выбор — он подыскал себе квартирку в Барбикане, районе, примыкающем к Сити с севера. Барбикан — причудливый лабиринт бетонных башен галерей и пешеходных дорожек — был прямой противоположностью четкой системе улиц в Нью-Йорке.

Улочки Барбикана, извивающиеся на высоте двадцати футов вокруг старинных стен и соборов Сити, представляли собой настолько запутанный лабиринт, что на пешеходных дорожках желтой краской пришлось нарисовать линии и указатели, иначе немудрено было заблудиться.

Роберт часто вспоминал легенду об Ариадне и ее волшебном клубке, позволившем Тесею вырваться из страшного лабиринта. Желтые полоски на асфальте не раз спасали его в этой хитроумной ловушке под названием Барбикан.

Год назад он приехал в Лондон для работы в филиале нью-йоркской газеты «Дейли таймс». В маленькой конторке они теснились втроем: Тед Руковски — глава филиала, секретарша Кони Тернер и он, Роберт Френсис, корреспондент. Тед занимался политикой и поддерживал связь с другими филиалами в Риме, Париже и Берлине.

Роберт же занимался местными политическими событиями, а также скандальной светской хроникой.

Отправляясь в предусмотренный контрактом отпуск, Френсис тешил себя мыслью добиться перевода в Нью-Йорк. В случае отказа Роберт собирался перейти в другую газету, правда, при этом он значительно терял в зарплате.

Перспектива в течение нескольких суток плыть по морю не радовала Френсиса, но неожиданно появилась возможность совместить приятное с полезным. На «Титанике» собиралась путешествовать масса знаменитостей. Несколько интервью со звездами кино и музыки не будут лишними, если придется все-таки сменить место работы.

Такси остановилось у железнодорожного вокзала. Роберт сунул шоферу десятифунтовую бумажку и, подхватив дорожную сумку, направился к кассе. Поезд в Саутгемптон отправлялся через полчаса.

Незадолго до отъезда он прочитал забавную книжицу русского автора о предстоящем плавании «Титаника». Роберт не удержался и рассказал об этом по телефону своему шеф-редактору Джейми Филлипс. Заинтригованная, она попросила переслать книгу в Нью-Йорк. Просьба удивила Френсиса, но он ее выполнил.

У Джейми было чутье от бога на всякого рода сенсации. Такой нюх от природы: или он есть, или его нет. Можно тридцать лет проработать в журналистике, выдавая добротные материалы на тридцатую полосу, но так и не разразиться настоящей сенсацией. А вот у Джейми был развит журналистский инстинкт. Не случайно в свои двадцать восемь она уже шеф-редактор отдела новостей, а он, ее ровесник, всего лишь корреспондент, которого можно послать в Лондон и не ждать возражений с его стороны.

Роберт подошел к газетному киоску. Все издания — от «Таймс» до «Гардиан» — посвятили свои первые страницы плаванию «Титаника». Газеты пестрели заголовками: «Новый старт», «Возрожденная легенда», «И корабль плывет». Взгляд Роберта задержался на одном — «Доплывет ли «Титаник» до Камерона?»

Знаменитый голливудский режиссер Джеймс Камерон, сославшись на занятость в съемках нового фильма, отказался от путешествия на трансатлантическом лайнере. Три года назад при съемках фильма он потопил один — за двести шестьдесят миллионов долларов.

Журналист старательно подводил читателей к мысли, что режиссер просто испугался плыть на новом пароходе, опасаясь возмездия богов.

Роберт где-то уже читал о возмездии богов. Ну да, конечно, как он мог забыть, у этого русского — в романе «Белая звезда». Красивая выдумка, ничего не скажешь. Филлипс дала ему задание встретиться с автором книги Дмитрием Соболевым, который также должен плыть на «Титанике». В последнем разговоре Джейми не стала рассуждать о достоинствах и недостатках «Белой звезды», но Роберту показалось, что она отнеслась к гипотезе русского писателя гораздо серьезнее, чем следовало бы.

— Выясни все, что можно, об истории создания книги, и в особенности о террористах, действующих в ней.

Если бы его попросила об этом не Джейми, а кто-нибудь другой, то Роберт возмутился бы, что ему дают столь «важное» задание. Но Филлипс наверняка что-то учуяла… Френсис был свидетелем того, как она по маленькой заметке, случайно попавшейся ей на глаза, вышла на след организатора взрыва в олимпийской Атланте. Возможно, ей вовсе не случайно попадаются эти знаки судьбы.

Таня Варламова вернулась с работы домой в десять часов вечера. Она страшно нервничала перед показом своей коллекции на «Титанике». Будучи натурой творческой, Таня постоянно находила мелкие недочеты в костюмах, и тут же бросалась их исправлять.

Она крепко обняла и расцеловала маму.

— Тише ты, Катюшка спит, — прошептала Екатерина Романовна. — До чего же спокойная девочка. Ты у меня не была послушной! И вижу, совсем не изменилась. Могла бы и пораньше прийти с работы. Не каждый день мать к тебе приезжает, — мягко упрекнула она дочь.

— Извини, мамочка, но дел по горло. Возилась со своей коллекцией.

— И всегда она так поздно приходит? — обратилась к Игорю Екатерина Романовна.

— День на день не приходится, — уклончиво ответил он.

— Смотри, доиграешься в свои платья, уведут мужика!

— Да кому тут уводить? — беспечно отозвалась Таня и тут же добавила: — Если любит — не бросит.

— Пока любит, — улыбнулась мать. — Кто еще такую зазнайку будет терпеть.

— Давайте за стол, обмоем по русской традиции встречу, — предложил Игорь.