Любовная капитуляция - Сильвия Соммерфильд

Гордость Эрика взбунтовалась, но он признал справедливостьсовета и последовал ему, стащив в себя дорогие доспехи и знаки отличия. Эндрюпонимал, что это мало поможет: Мак-Леод двигался, говорил, жестикулировал, какособа королевской крови. Да и сверкающие драгоценные камни, украшавшие меч,лучше всяких слов говорили об общественном положении его владельца. Но Эндрюнадеялся, что они успеют пробраться в дом, подкрепить силы и получитьмедицинскую помощь прежде, чем будут схвачены.

Идти становилось все тяжелее: сказывалось утомление, всеощутимее давала знать о себе рана на голове Эндрю.

— Откуда ты? — полюбопытствовал Эрик.

— Из Дорсетшира, — солгал Эндрю, а перед глазами унего всплыло видение мягких зеленых холмов отчего края.

— Полагаю, ты сожалеешь, что выбрал проигравшую сторону, — пошутил Эрик.

— Временами — да, — пытаясь улыбнуться,ответил Эндрю.

— Сейчас я отдал бы все мое состояние, чтобы увидеть дом иродных, — сказал Эрик со вздохом.

В отдалении показались башни Эдинбурга, и это заставилоЭрика перейти на просительный тон: Эндрю не был связан никакими обещаниями илиобязательствами, и Эрик понимал, что он имеет полное право оставить его иотправиться своей дорогой.

— Эндрю! — сказал Эрик, останавливаясь.Его спутник вопросительно посмотрел на него. Эрик поколебался, борясь сгордостью, не позволявшей ему унижаться перед простолюдином. Взглянув еще разна город, он продолжил: — Эндрю, мы оба понимаем, что мой арест —лишь вопрос времени. У тебя сильная рука и острый ум, и мне нужна твоя помощь.

Эндрю по-прежнему не произнес ни слова, и Эрик заподозрил вего молчании затаенную корысть.

— Я буду платить тебе десять золотых в месяц.

— За что? — поинтересовался Эндрю,хотя обо всем уже догадался сам.

Эрик понимал, жизнь его в опасности, а значит, под угрозойсудьба его сестер. Вполне возможно, что на карту поставлено нечто большее, чемжизнь. Ему надо, было, во что бы то ни стало найти им надежную опеку.

— В случае моего ареста я бы хотел оставить леди Энн иледи Кэтрин под твоей защитой. Ты бы занял место домоправителя. Я видел, как тысражаешься, и знаю — тебе можно доверять.

Эндрю невольно улыбнулся его мальчишеской наивности, ноответил серьезно и торжественно:

— Благодарю, милорд. Я сделаю все, что в моих силах. Отнынеблагополучие ваших сестер для меня превыше всего на свете, — убедительносолгал он.

Эрик облегченно вздохнул.

Они достигли городских ворот, где стража внимательнорассматривала каждого, кто возвращался с битвы. Сразу же за воротами за ними попятам последовал какой-то невзрачный человечек. Через какое-то время Эрик будетсхвачен, но Эндрю, с Божьей помощью, доберется до дома Мак-Леодов, и его плансклонить Якова к заключению мира с Англией вступит в следующий этап.

Эндрю беспокоило, что усталость и боль в голове дают знать осебе все ощутимее. Мысли путались, и он, спотыкаясь, брел вслед за Мак-Леодомпо улицам незнакомого ему города. Король или один из его приближенных должнывскоре объявиться здесь, а это как раз то, что нужно, подумал он.

Эрик хранил молчание, быть может, потому что Эндрю ни о чеми не спрашивал. Внезапно он остановился, и Эндрю чуть не наткнулся на него.

— Проклятье! — прошептал Мак-Леод.

— В чем дело? — тихо поинтересовалсяЭндрю.

— Похоже, солдаты уже в доме, а я должен поговорить ссестрами прежде, чем меня обнаружат.

Эндрю пришлось несколько раз сморгнуть, прежде чем мутнаядействительность вокруг снова обрела четкость.

— Вы совершенно правы, милорд. Но нет ли в доме окна,через которое можно было бы проникнуть внутрь незаметно?

— На заднем дворе есть одно такое. Иди за мной.

Они незаметно по траве пробрались на задний двор;действительно, в темном углу, там, где сходились две стены, имелось небольшоеокошко.

Эндрю вытащил меч и по возможности тихо выставил стекла.Предупредив Эрика, чтобы тот не наступил на осколки, он повел его вглубь темнойкомнаты, как и полагается преданному слуге. Но там им пришлось поменяться:Эндрю почувствовал, что голова у него вот-вот взорвется, и, стиснув зубы, онпредоставил хозяину самому находить дорогу в собственном доме.

Эрик поднялся по ступенькам и скрылся за дверью, а на Эндрюнахлынула непреодолимая слабость; он рукой попытался нащупать хоть какую-тоопору и нашел ее — стул с высокой спинкой, на который Крейтонопустился в изнеможении, на короткое время впав в беспамятство; когда оночнулся, в камине уже пылал огонь, а на столике стояло вино. Подняв голову, онувидел двух девушек и Эрика, который, стоя рядом, протягивал ему кубок с вином;окружающее его покачивалось, расплывалось, затем снова становилось четким.Приняв кубок, Эндрю обхватил его обеими руками, какое-то время подождал, унимаядрожь, а затем осушил единым духом. Эрик, улыбаясь, налил еще вина — ему и себе.

Затем Эндрю помогли перебраться поближе к огню: видимо,из-за раны его бил озноб; он смотрел на камин и на девушку, склонившуюся надогнем. В какой-то момент она повернула голову и взглянула на него. Эндрю,знавший толк в женской красоте, ощутил, как у него сердце замерло, а затемчасто-часто заколотилось в груди. Более очаровательного создания он в жизни невидел. Девушка показалась ему похожей на хрупкую белую розу. Переведя дух, онпоспешил развеять страхи, которые могло принести с собой их внезапноевторжение.

— Госпожа, все в порядке, ничего страшного, — сказалон тихо, надеясь вернуть румянец на ее бледные щеки.

— Энн вовсе не испугана, — надменно сказала вторая. — Простоона еще не вполне здорова.

— А-а, — кивнул Эндрю, и глаза его перебежали отстаршей сестры вновь к младшей, чтобы еще раз насладиться ее необычайнойкрасотой. — Примите мое глубокое сочувствие.

Энн, подумал он. Имя у нее такое же нежное и красивое, какона сама. Он вновь и вновь повторял его про себя, словно строку из песни.Девушка встрепенулась, ощутив его пристальное внимание к своей персоне.

— Кто вы? — спросила Энн.

Она пристально смотрела на гостя, и Эндрю почувствовал, чтотонет в озерах ее глаз.

— Эрик, — обратилась Кэтрин к брату. — Ради всегосвятого, что этот человек делает здесь? Ты с ума сошел? Привести постороннего вдом!

— Потише, Кэтрин. Эндрю не раз спасал мне жизнь вчера,— сказал Эрик, внимательно разглядывая младшую сестру. — Тебе следовало быоставаться в постели, Энн. У тебя ужасный вид. Стоило мне уехать на парудней...

— Вспомни, что это были за дни, — перебила егоКэтрин.

— Эрик, пожалуйста, не надо мне ни в какую постель. Яв полном порядке и хочу тоже побыть здесь. Но и этот бедный человек нуждается впомощи. — Она умоляюще поглядела на брата с сестрой. — И вообще,вам сейчас нужна...