Встретиться вновь - Джин Маклеод

Как только их машина скрылась за поворотом, Джудит вздохнула с облегчением и попросила детей показать ей сад. Потом они гуляли по холмам с собакой и ее веселым щенком и вернулись домой только к обеду. Энни тем временем успела безо всякой спешки сходить в деревню за покупками.

После обеда они играли в прятки в разросшихся кустах сада и выяснили, что Чарли называет «тайными норками». Это оказались глубокие песчаные ямки под кустами, в которых он мог легко спрятаться, прикрывшись ветками, и скрываться там до тех пор, пока его не выдаст его же смешок или нетерпеливое «А я здесь!».

А потом он пропал вместе со щенком.

Девушка бегала по холмам и звала мальчика. Вскоре она вышла к узкой дорожке, которую не заметила накануне.

Это была даже не дорожка, а неясный след колес, который вился вдоль боярышниковых изгородей и уходил, очевидно, в никуда. Джудит почти потеряла надежду найти Чарли, как вдруг до нее донеслись плеск и нервные крики. Со всех ног она побежала в направлении шума.

Вскоре показался небольшой домик, окруженный садом. В мелководном пруду движение. В ужасе метались туда-сюда с дикими воплями с десяток встрепанных уток, старающихся уплыть подальше от смеющегося мальчика, который хотел подманить их к себе куском хлеба.

Где Чарли взял хлеб, сейчас ее волновало меньше всего. Похоже было на то, что он уже не раз окунулся в грязь у края пруда. Щенок, весь перепачканный липким илом, выражал свою радость веселым тявканьем, стоя на огромном неровном валуне рядом с шалуном. Вдруг Чарльз бросил хлеб и потянулся за зазевавшейся уткой, выбежавшей на берег.

Джудит за секунду до события поняла, что сейчас произойдет. Камень качнулся, и все трое: Чарли, щенок и обезумевшая утка — бултыхнулись в коричневатую воду.

Девушка подбежала к пруду, но малыш уже успел встать на колени и победоносно улыбался, держа в руках вырывающуюся птицу.

— Поймал! — кричал он. — Я ее поймал!

— Отпусти ее, Чарли! Ну же, отпусти! Она тебя ущипнет.

Утка нырнула в воду, осыпав их брызгами. Мальчик и щенок выбрались из пруда, сплошь покрытые грязью. Она стекала черными струйками по лицу Чарльза, по его одежде и ботиночкам. Малыш весь светился от гордости.

— Она не стала бы меня кусать. Это была хорошая утка, правда-правда.

Джудит осторожно взяла его за руку.

— Боже мой, какой же ты грязный! — Она старалась говорить строго. — Что же мне теперь с тобой делать?

— Вам помочь?

Джудит обернулась на веселый голос и увидела девушку в голубом платье и бело-синем фартуке, по виду ее ровесницу, идущую к ним по дорожке.

— Боюсь, мы перепугали ваших уток! — сказала Джудит.

— А по-моему, больше всех испугался ваш щенок! — В голубых глазах девушки засверкали смешинки. — Мне кажется, он больше никогда не подойдет к воде!

Джудит, на несколько минут забывшая о щенке, в смятении осмотрела его от мокрых ушей до грязного хвоста, ломая голову над тем, как же теперь возвращаться, если мальчик и щенок в таком состоянии.

— Может быть, зайдете в дом и попытаетесь смыть грязь? — предложила девушка. — Вам далеко идти?

— Мы из «Фернили», — объяснила Джудит. — Не так уж и далеко. Думаю, Чарльз сможет идти сам. А несчастного щенка придется нести.

— Ой, ну что вы, еще испачкаете свой замечательный плащ! — воскликнула девушка. — Давайте я найду вам какую-нибудь тряпку, чтобы завернуть щенка. А вы пока без стеснения проходите на кухню и умойте мальчика.

Джудит колебалась.

— Все-таки нам, наверное, лучше вернуться к себе. Нужно успеть выкупать его до приезда миссис Кемп.

— Позвольте мне хотя бы дать вам тряпку для собачки, — настаивала девушка. — Я слышала, что в «Фернили» теперь живут дети. Но я недавно приехала домой и еще не успела познакомиться с миссис Кемп.

— Вы очень добры, мисс…

— Миссис Гэйе. Элисон Гэйе, — представилась девушка, и ее взгляд на секунду затуманился. — Я вернулась в родные края, буду теперь жить здесь с отцом.

Она объясняла все так, словно ожидала, что Джудит знает ее историю. Ее открытость и искренность были трогательными.

— Я вам очень благодарна. Вы не сердитесь на нас за то, что мы переполошили ваших уток? — улыбнулась Джудит. — Простите, что мы так скоро убегаем. Боюсь, как бы Чарли не простудился.

— Но я уточку поймал, правда? — напомнил мальчик, когда она наклонилась, чтобы завернуть вырывающегося щенка в тряпку.

Джудит крепко взяла малыша за мокрую ручку, и они отправились в обратный путь. Девушка ускорила шаг.

— Чарли, — тяжело вздохнула она. — Ты не мог бы идти чуть-чуть быстрее?

Мальчик послушался, но через несколько минут сообщил, что потерял ботиночек.

— Наверное, пуговка расстегнулась, — по-взрослому предположил он.

Джудит подумала, что нет особенной разницы, идет ребенок в промокшем ботинке или в сыром носке, сквозь дырку в котором виднелся розовый пальчик, но все же нашла пропажу и надела ему на ножку. Щенок по-прежнему пытался вывернуться из тряпки у нее в руках.

— Чарли, цель уже близка, осталось совсем немного! — подбодрила мальчугана Джудит.

Вдруг позади раздался гудок, из-за поворота резко выскочила светло-серая машина.

Джудит инстинктивно схватила мальчика и отпрянула на обочину. Но машина не проехала мимо, а остановилась почти рядом с ними. Это был большой двухместный автомобиль с просторным салоном. В окне появилась голова Алекса Кемпа. Он бросил взгляд на Чарльза и от души рассмеялся.

— Чарли! С кем же ты играл на этот раз?

— С уточками, — грустно признался мальчик, и тут Джудит увидела Оливию.

Та с отвращением разглядывала малыша, и выражение ее лица менялось от раздражения до едва подавляемой злости.

Алекс вышел и подал руку матери. Дверца со стороны водителя открылась, и из машины вышла высокая, стройная блондинка в элегантном костюме. Джудит сразу почувствовала себя невзрачной замарашкой.

— Ну что же, Кэрин, — протянула Оливия, искривив губы в ухмылке. — Жаль, что тебе приходится знакомиться с ребенком при столь неподходящих обстоятельствах. Но, рано или поздно, ты все равно увидела бы его. Это Чарльз.

От язвительных слов миссис Кемп, наполненных недовольством, у Джудит похолодело сердце. Если она и испытывала к этой женщине какие-то добрые чувства, то теперь от них не осталось и следа. Впрочем, в зеленых холодных глазах ее спутницы даже не мелькнула искра интереса к ребенку.

— Не хотите ли вы сказать, что это и есть сын Дика Хантли? — изумилась она, взмахнув длинными черными ресницами. Она надула пухлые губки. — Стивен, должно быть, сошел с ума.

По бледному лицу миссис Кемп скользнула улыбка.