Погоня - Эль Кеннеди

– Вовсе нет.

– Вовсе да. Ты приняла все слишком близко к сердцу. На пустом месте решила, что мы расстаемся, не поинтересовавшись моим мнением.

– Тут не о чем говорить. Ты не хочешь быть в центре внимания. Я его притягиваю. Иногда намеренно, но чаще нет. – Она стонет от огорчения. – Это была работа твоей мечты.

– Да. – «Но о тебе я мечтаю больше». Я не произношу этого вслух. Не потому что взял в привычку держать эмоции под замком, а потому что Саммер снова уходит, направляясь к винтовой лестнице, ведущей наверх. В пентхаусе три этажа – лучше мне этой темой не увлекаться, – а ее спальня находится на третьем.

Я спешу за ней.

– Стой! – приказываю.

– Нет. – Она продолжает идти.

– Ты ведешь себя как ребенок.

– А ты ведешь себя как преследователь, – парирует она. – Я хочу побыть одна. Мы расстались.

– Мы не расстались! – издаю вопль я.

Господи, за всю свою жизнь я повышал на кого-либо голос не более десяти раз, а проведя пару месяцев с Саммер, готов орать до хрипоты. Она будит во мне дикого зверя, о существовании которого я и не подозревал, пока Саммер не появилась и не начала сводить меня с ума.

И… мне это чертовски нравится.

Я столько лет всеми силами избегал конфликтов. Позволял родителям брызгать друг в друга ядом, потому что так было проще, чем вмешиваться в споры и обвинения, чтобы открыть им глаза на происходящее. Избегал общения с людьми, потому что не хотел быть в центре внимания.

Встречался с девчонками, похожими по характеру на меня, потому что с ними не требовалось отрываться на вечеринках или посещать роскошные мероприятия, такие как благотворительный вечер по сбору средств на борьбу с лейкемией.

Я не возражал против такого образа жизни. Приятного и удобного.

Бесконфликтного.

Но до встречи с Саммер я не чувствовал себя по-настоящему живым. Я не хочу встречаться с незаметной серой мышкой лишь потому, что тогда смогу оставаться незаметным сам. Я уже поступал так годами: таился от родителей, друзей, девчонок, мира. Я хочу выйти ради кого-нибудь из своей зоны комфорта, и Саммер того стоит.

Она сводит меня с ума. Способна выкинуть фортель, в баре оттаскав девчонку за волосы, потому что та обзывала ее шлюхой. Щупает полуобнаженных футболистов в нашей гостиной. Делает милые балетные па, пока готовит завтрак на нашей кухне.

И да, иногда она выводит меня из себя, но и я заставляю ее терять самообладание.

Это одна из наших забав.

– Я иду наверх, Фитц. Ты можешь лечь спать на диване, или в спальне Дина, или в любой другой комнате. Но не со мной, потому что мы расстались.

– Только попробуй сказать это снова. И, черт возьми, пожалеешь.

Она останавливается у подножия лестницы, оборачивается и храбро смотрит на меня зелеными глазами.

– Мы расста…

Я бросаюсь вперед.

– Не смей! – вскидывает она руки.

Так я и послушался. Хватаю ее за талию и перекидываю извивающееся тело через плечо, придерживая рукой за зад.

– Мы сядем и поговорим об этом, – рычу я, поворачиваясь к гостиной.

– Тут не о чем говорить! Отпусти меня! – Ей удается вырваться, босые ноги шлепают при соприкосновении с мраморным полом.

– Ты можешь меня выслушать? Мы не расстанемся. Этого не случится, Саммер. Мне плевать на работу в Orcus Games. Мне не плевать на тебя. Этот ублюдок был груб с тобой. Он оскорбил нас обоих, и я отказываюсь работать на того, кто относится к людям неуважительно или ведет себя в обществе подобным образом. Я поставил его на место, и если бы у меня был выбор, сделал бы это снова, слышишь? Потому что он вел себя с тобой как козел, а я люблю тебя.

У Саммер перехватывает дыхание.

– Это… – Она сглатывает. – Это первый раз, когда ты признался в чувствах.

– Что ж, это правда. Я люблю тебя. Ты моя девушка…

– Была твоей девушкой.

– И сейчас есть.

– Была.

Обхватываю руками ее талию и притягиваю к себе. Саммер задерживает дыхание, и я понимаю, что она почувствовала, как мой твердый член уперся ей в живот.

– Ты можешь спорить до посинения, но мы оба знаем, что не расстанемся, – запускаю я руку под ее платье, лаская гладкое бедро. – И мы оба знаем, что ты тоже любишь меня.

– Ты какой-то другой, – прищурившись, вглядывается она в мое лицо.

Она права. Я веду себя иначе. Мое терпение на исходе, нервы на пределе. Я все еще злюсь на Камаля. Все еще злюсь на Саммер. И в то же время хочу трахнуть ее как никогда прежде.

С тихим стоном я накрываю ладонью теплое райское местечко между ее ног. Обнаружив, что на ней нет нижнего белья, содрогаюсь от желания.

– Все это время ты была без трусиков? – хрипло спрашиваю я.

– Да. Трусики выделялись бы на теле под платьем. Я никогда не опорочила бы так вещь от Веры.

– Кто такая Ве… Впрочем, забудь.

– Фитц, – она снова сглатывает, – прости, что из-за меня ты потерял работу.

Услышав такое, я качаю головой.

– Ты так и не поняла, да? Я не потерял из-за тебя работу. Это Камаль Джайн по своей глупости потерял работника. Я – хороший разработчик игр и найду другую работу, обещаю. Но я никогда не найду другую тебя.

Ее губы приоткрываются в изумлении.

– Ты никогда еще не говорил мне таких приятных слов.

– Я могу быть милым, когда пожелаю. – Костяшки моих пальцев касаются ее клитора. – Но сейчас хочу быть развратным. – Один палец проникает в нее. – Раздвинь ноги, чтобы я мог трахнуть тебя у стены.

От непристойного приказа у нее отвисает челюсть.

– О боже. Ты сегодня в ударе.

– Ага. Так что, ради всего святого, прекрати попытки расстаться со мной. Прекрати переживать из-за этой работы. Просто прекрати и поцелуй меня.

Когда мои губы касаются ее рта, она, наконец, прекращает спорить и целует в ответ с такой страстью, что у меня перехватывает дыхание. Прижимаюсь к ней, но мне этого мало. Мой ноющий член напрягся под ширинкой, и я слишком возбужден для прелюдии.

– Мне срочно нужно войти в тебя, – шепчу я ей на ухо. – Потом я и тебе сделаю приятно. Обещаю.

– Ты всегда делаешь мне приятно, – шепчет она в ответ, и будь я проклят, если не чувствую, как ускорился мой пульс.

Из-за Саммер я теперь всегда и всюду ношу при себе резинки. На то, чтобы снять брюки, времени не трачу. Расстегиваю ширинку, вытаскиваю член и надеваю презерватив. Затем задираю платье Саммер, закидываю ее длинную ногу себе на бедро и одним глубоким движением погружаюсь в нее.