Погоня - Эль Кеннеди

– О боже, – стонет она.

Жар ее тела обволакивает меня, внутренние мышцы сжимаются вокруг моего члена, как будто хотят удержать на месте. Я весь горю. Мое сердце бьется в груди резким стаккато. Я горячий и твердый и отчаянно нуждаюсь в разрядке.

Вхожу в нее отнюдь не ласково. Стена позади нее трясется, и комод дребезжит, когда я трахаю ее стоя. Ее ноги обвиваются вокруг моей талии, и она такая влажная и тугая, что все мысли вылетают из головы. Оргазм мчит на всех парах и накрывает меня без предупреждения. Утыкаюсь лицом в ключицу Саммер и содрогаюсь, прижимаясь к ее телу, кончая так бурно, что перед глазами вспыхивают звезды.

– Да, черт возьми, – бормочу я ей в шею.

Мои бедра дергаются еще несколько раз напоследок. Она, конечно же, не кончила, но я обещал, что все исправлю.

Колени начинают подгибаться, но я не двигаюсь.

– В тебе так хорошо, – бормочу я. – Не хочу вообще выходить из тебя…

Дзинь.

Мы оба вздрагиваем от удивления, когда двери лифта открываются. И тут же раздается: «Какого черта!»

Это Дин.

Тот Дин, который брат Саммер.

Тот Дин, который мой добрый друг.

Ну почему это опять происходит с нами?

– Ну почему это опять происходит с нами?! – смущенно восклицает Саммер.

Честно говоря, не знаю. Уже во второй раз к нам врываются во время секса. Но теперь все в миллион раз хуже, потому что вошел ее брат. Я собираюсь уже обернуться, но спохватываюсь, что тогда Дин увидит мой гордо реющий член и поймет, где тот только что побывал.

– Я надеру тебе задницу, Фитцджеральд!

– Дин, – умоляет Саммер, пряча лицо у меня на груди, – отвернись. Пожалуйста.

– Святые подштанники! Вы трахаетесь? – грохочет он. – Прямо здесь?!

– Дин! Отвернись!

У него хватает порядочности прислушаться к просьбе, но в голосе звучит ярость, когда он рычит:

– Одевайтесь и подгребайте в гостиную. Сейчас я пройду мимо вас, но смотреть не буду, понятно? Черт меня дери, не буду смотреть.

Боковым зрением я замечаю, как он крадется мимо, придерживая руку у лица, словно шоры. Как только он исчезает, мы приходим в движение. Я вытаскиваю член. Саммер берет презерватив и ныряет в соседнюю туалетную комнату. В унитазе шумит вода, потом она возвращается, и мы неохотно входим в гостиную, как два подростка, которых только что…

Поймали за занятием сексом?

Ага. Именно так.

Когда мы садимся на диван, Дин нависает над нами, скрестив руки на груди.

– Как давно это продолжается? – строго спрашивает он.

Я подавляю смех. Наблюдать за Дином (которого, на секундочку, в университете звали «Дин – всех телок господин») в образе пуританина с осуждающим взглядом – та еще умора. Но я понимаю, что он корчит из себя возмущенного старшего брата, потому что искренне обеспокоен, он обожает свою сестру.

– Не так давно, – признается Саммер.

– Угу. – Он хмуро смотрит на нее. – Ах, и позволь предупредить? В следующий раз, когда попытаешься что-то скрыть от меня, может, не стоит выкладывать фото в соцсети?

– Я не пыталась скрыть это от тебя, – закатывает она глаза.

– Значит, вы хотели, чтобы я узнал обо всем из социальных сетей? – пришел он в ярость.

– Нет, я о тебе даже не думала. Мы с Фитци пошли на вечеринку. Я сфотографировала нас вместе. Разместила фотки в Инсте. Ты никаким образом не мог прийти мне на ум. И знаешь, почему? Потому что это не имеет к тебе никакого отношения.

– Это имеет ко мне прямое отношение! – возражает он.

О. Теперь я знаю, в кого она такая любительница устраивать скандалы.

– Она моя младшая сестра, чувак! – переводит на меня Дин убийственный взгляд.

– Знаю, – спокойно отвечаю я, – и она мне очень дорога.

– Да, Уродец, – вмешивается Саммер, – мы вместе не ради секса, понятно? То есть, мы занимаемся сексом, и очень часто, но…

– Зачем, Козявка?! – Дин прячет лицо в ладони. – Зачем ты говоришь мне такое?

– Значит, тебе можно обсуждать со мной свою половую жизнь, а мне с тобой свою обсуждать запрещено? – фыркает она.

– Я никогда не обсуждал с тобой свою половую жизнь! Это запретная тема! Табу! – с раздражением стонет он. Потом делает медленный вдох и переводит взгляд с одного из нас на другого. – Значит, вот как? Вы теперь пара?

Смотрю на Саммер, которая пятнадцать минут назад угрожала порвать со мной. Нет, даже не угрожала – она порвала со мной. Я просто вернул ее обратно.

Ее губы растягиваются в печальной улыбке.

– Мы пара, – подтверждает она. – Колин – мой парень.

Я прикусываю щеку изнутри, чтобы не рассмеяться. Покорность в ее тоне очаровательна.

Дин медленно кивает, внимательно изучая взглядом мое лицо.

– Так ты встречаешься с моей сестрой? Ты ее парень? – В его голосе звучит такое же смирение, как у Саммер.

Я подавляю вздох, так как точно знаю, что за этим последует.

– Да.

– Тогда ладно. – Он проводит рукой по своим светлым волосам. – Готов?

– Давай уже, – все-таки вырывается у меня вздох.

– Парни, вы о чем говорите? – Саммер переводит взгляд с меня на Дина, на ее лице отражается замешательство.

Дин поднимается на ноги. Я тоже.

– Извини, Козявка. Это вынужденная мера.

– Вынужденная мера, – виновато повторяю я.

Дин хрустит костяшками пальцев правой руки, и в глазах его сестры появляется понимание.

– Ты собираешься ударить его? – восклицает она, вскакивая на ноги. – Какого черта! Не позволю!

– Фитц знает правила. Он их нарушил. Следовательно…

Дин прав. Существуют правила. У других команд это может быть договоренность не встречаться с сестрами игроков, или их бывшими подружками, или с кем-то еще из разряда неприкосновенных, но у нас никогда не было подобных строгих запретов. Наше правило намного проще: спрашивай перед тем, как сделать.

Даже если другой парень в ответ пошлет тебя к черту, ты можешь завязывать отношения с той, кого выбрал, потому что у него нет прав тебе что-то запретить. Правило создано не для этого. Речь идет об уважении товарища по команде.

Дин хрустит костяшками пальцев левой руки.

– Ты спятил. Не смей трогать его, Уродец!

Она пытается встать между нами, но я осторожно отодвигаю ее в сторону.

– Просто не мешай, – прошу ее. – Ничего страшного не случи…

Ублюдок не бьет меня кулаком по лицу.