Внутренний огонь - Дженнифер Арментроут

Он поцеловал меня в уголок губ.

– Ты говоришь так, будто не уверена, что это я. – Он потерся щетиной о мою шею, заставляя меня ахнуть. – Кто еще мог забраться к тебе в постель в час ночи?

Я все еще до конца не проснулась, поэтому первым порывом было поддразнить его и сказать, что это мог быть кто угодно. Но чем больше проходило времени, тем ясней становились мысли, а с ними возвращались воспоминания о событиях сегодняшнего дня.

Отодвинувшись, я потянулась к лампе на тумбочке. Мягкий свет разлился по спальне. Что Брок здесь делал? Он должен был вернуться только в субботу.

– Куда ты убежала? – Брок обнял меня за талию и притянул к себе.

И, не давая мне даже слова сказать, обрушил на меня поцелуй. Тело отреагировало на прикосновение его губ моментально. Языки сплелись. Брок прижался всем телом, и я почувствовала через джинсы его толстый член. А когда он толкнул меня бедрами, перехватило дыхание от нахлынувших восхитительных ощущений.

Прошло всего несколько секунд, а я уже возбудилась до дрожи. Либо он мог завести меня так быстро, либо я была всегда готова к сексу с ним.

– Скучал по твоим стонам, – прервав поцелуй, сказал он. – Несся, как сумасшедший, чтобы попасть к тебе побыстрее. Просто чтобы услышать их.

Я чуть не пошла на поводу у пульсирующего желания. Но поняла, если не остановлюсь сейчас, то уже не смогу. И хотя мне больше всего хотелось продолжить, нам нужно было поговорить.

Призвав на помощь всю силу воли, я уперлась руками ему в грудь.

– Брок…

– Черт возьми. – Он вновь толкнул меня бедрами, потом скользнул рукой под свободную футболку, обхватил ладонями грудь и прижался лбом к моему лбу. – Еще одна вещь, по которой я так скучал. Мое имя на твоих губах.

Тело окатило жаром. Боже, он действительно знал, как затуманить мой разум. Но я все же нашла в себе силы легонько толкнуть его в грудь.

– Нам нужно поговорить.

– Давай поговорим. – Он, едва касаясь, целовал мой подбородок, а затем слегка прикусил правую щеку. – Мы можем делать это одновременно с другими вещами.

– Нет, не можем.

Он усмехнулся.

– Это называется многозадачностью, Джилли.

– Я не могу заниматься несколькими вещами одновременно, – призналась я.

Грохот колотящегося сердца разносился по всему телу.

Он сжал ладонью мою грудь, пальцы отыскали затвердевший сосок.

– Это не моя проблема.

Хотелось рассмеяться, но стоило это сделать, и его настойчивость взяла бы верх. Я сжала в кулаках его свитер.

– Сегодня в офис приходила Кристен.

Казалось, вместе с этими словами на Брока опрокинулось ведро ледяной воды. Его руки замерли, бедра – тоже. Он поднял голову и посмотрел на меня своими темными глазами.

– Что?

– Кристен приходила в Академию, чтобы поговорить со мной.

– О чем?

Его вопрос прозвучал так искренне! Мне показалось, что он понятия не имеет о тех интимных подробностях, которыми она поделилась со мной. А следом появилась надежда, что какая-то часть ее рассказа окажется выдумкой.

Наши взгляды встретились.

– О многом.

Он опустил брови, скатился с меня и разлегся рядом, опираясь на локоть. Но его рука осталась на моем животе.

– Почему-то такое чувство, словно мне не понравится то, что сейчас услышу.

Щупальца желаний скукожились.

– Хорошее предположение.

– Просто я уверен, что ее визит не был продиктован желанием подарить тебе самодельную рождественскую открытку.

Он ухмыльнулся. Действительно ухмыльнулся.

– Похоже, тебя не сильно беспокоит, что она пришла поговорить со мной.

– А должно? – спросил он, скользя рукой к краю моей футболки. – Если честно, меня не обрадовало, что она приходила сюда. Кристен вообще не имеет права приходить к тебе.

Я всматривалась в его черты, пытаясь понять, что он чувствует на самом деле.

– Ты никогда не говоришь о ней.

– А о чем говорить? Мы встречались, но потом расстались.

– Вы встречались много лет, – ошеломленная его заявлением, отметила я. – Вы были помолвлены. Не два месяца, а целых шесть лет.

– О чем она хотела поговорить? – спросил он через мгновение.

– О многом.

Я села. Его рука соскользнула с живота, но он продолжал обнимать меня за талию, так что пришлось отодвинуться к спинке кровати. Я покосилась на дверь и увидела Рейджа, который притаился в коридоре и внимательно осматривал комнату, пытаясь решить, не подстерегают ли его тут какие-то опасности.

– А поподробнее? – сказал Брок, не дождавшись продолжения.

Я снова перевела взгляд на него.

– Почему ты не рассказал, что Кристен была беременна?

– Она рассказала тебе об этом? – В его голосе слышалось удивление. – Какого хрена?

– Так это правда?

– Черт. – Брок провел рукой по голове и пригладил волосы. – Да, это правда. Она забеременела несколько лет назад. А потом случился выкидыш. Я никогда не говорил тебе. Мне не хочется обсуждать эту тему. – Он замолчал ненадолго. – А еще я не говорил потому, что был уверен: на самом деле тебе бы не хотелось об этом знать.

Желудок свело от странной смеси чувств. Откинув волосы с лица, я пыталась разобраться в них. Меня обрадовало, что он был честен со мной, но расстроило, что он не сказал о беременности Кристен раньше. Хотя теперь я понимала, почему: глупая и бессмысленная ревность мгновенно закипела в груди.

Я ревновала потому, что от него забеременела другая, хотя сама понимала всю нелепость этого. Понимала, как это ужасно. Как неправильно.

Я сделала глубокий вдох.

– Думаю, то, что она потеряла ребенка, причинило тебе боль.

Брок лег на спину и потер лицо руками.

– Это причинило боль нам обоим, Джиллиан.

– Мне жаль, – сказала я.

– Тебе не нужно нас жалеть. – Его грудь поднялась от глубокого вдоха. – Я не был готов к появлению ребенка в своей жизни. Я даже не задумывался об этом, когда она забеременела. Но сама мысль меня обрадовала. – Он положил руки на грудь и слегка приподнял голову, чтобы встретиться со мной взглядом. – Но этого не случилось.

– Кристен сказала, что ты чувствовал себя виноватым.

Его брови сошлись на переносице.

– Что ты чувствуешь себя ответственным за потерю ребенка, – продолжила я. – И что именно из-за чувства вины сделал ей предложение.

Его глаза потемнели до цвета полуночного неба.