Молния на двоих - Юлия Набокова

В горле у Леры ком размером со вселенную. Она не может вымолвить и слова. Только выхватывает кошелек и отсчитывает более чем щедрую плату для таксиста.

– Не надо, – мужчина тормозит у обочины, высаживая их. – Поторопитесь.

Лера бежит к охваченному дымом зданию, стараясь не думать о том, что уже поздно. Несмотря на тридцать первое декабря и двадцатиградусный мороз, пожар собрал немало зевак. Лера случайно толкает подростка с осветленной челкой, который записывает себя на смартфон на фоне пожара.

– Эй, вообще-то я в прямом эфире! – возмущается юный блогер, но Лера торопится вперед.

За время, что они были в пути, пламя потушили.

– Пожарные ведут проливку здания, – доносится до Леры бодрый голос корреспондентки, стоящей за заграждением.

Лера бросается вперед, расталкивая зевак. Но за ленту, протянутую между толпой и домом, ее не пускают.

– Туда нельзя! – на ее пути встает хмурый пожарный в каске.

– У меня там… – Лера осекается. Кто ей Ник? Готова ли она признать, как много он для нее значит? Или она уже опоздала? Вместо имени из горла вырывается сдавленный всхлип.

– Не волнуйтесь. Все люди из здания эвакуированы, – успокаивает ее пожарный, не давай пройти.

– А Ник Красавин? – Ее захлестывает тревога, и она повышает голос: – Пожарный? Он жив?

Мужчина, стоящий на ее пути, хмурится, и у Леры сердце падает в пропасть.

– Что с Ником?! – Она хватает пожарного за грудки. – Он там?

Мужчина не отвечает, и она, подпрыгивая, заглядывает ему за спину. Вот он – подъезд, в который вошел Ник, когда языки пламени рвались из окон. В таком пламени не выжить ни кошке, ни человеку.

– Ник! – в отчаянии кричит Лера. – Ник!

И вдруг кто-то мягко трогает ее за плечо.

– Отстань, Том! – Она дергает плечом, вглядываясь в задымленный провал подъезда, в надежде, что оттуда, как в кино, выбежит Ник с кошкой на руках.

– Лера! – настойчиво зовет ее голос за спиной.

И она не сразу понимает чей. А когда оборачивается, видит перед собой Ника. Он в форме пожарного, но без каски, а щеки перемазаны сажей. Но главное – живой!

– Слава богу! – Лера бросается ему на шею: – Ты цел!

– Да, вообще-то… – Парень явно ошеломлен – и ее появлением, и ее напором.

Лера, смутившись, убирает руки и тихо спрашивает:

– А кошка?

– Кошка тоже цела. – Он ищет кого-то в толпе и указывает Лере: – Вон там, видишь?

Лера приподнимается на цыпочки и видит на детской площадке знакомую девочку с косичками. На девочке розовый пуховик, а из-за пазухи выглядывает кошка.

– Черная, – счастливо улыбается Лера. – Как же ты ее нашел, в дыму?

– Повезло. – Ник пожимает плечами, как будто спасать кошек и людей в огне для него – обычное дело. И Леру захлестывает гордость. Он изменился. Стал мужчиной. Его отец мог бы им гордиться. Она хочет ему это сказать, но Ник ее перебивает:

– А ты как тут оказалась?

– Увидела пожар в новостях, а потом как ты забежал в горящий дом… – Лера осекается, понимая, что выдала себя с головой. Ну и пусть! – Я тебя не отвлекаю?

– Меня отстранили от заливки здания, – признается Ник, косясь на стоящие рядом пожарные машины.

– За что?

– За кошку. – Ник усмехается и отводит Леру в сторону от заграждения.

Зеваки расступаются перед высоким плечистым пожарным, а Лера идет за ним с бешено бьющимся сердцем. Она не видит Тамару, которая стоит среди толпы и провожает их растроганным взглядом.

– И много пожаров ты уже потушил? – спрашивает Лера, когда они останавливаются поодаль от толпы.

– Это первый. – Ник смущенно улыбается.

– Правда? – удивляется Лера.

– У меня четыре месяца стажировка была, и только вчера допустили к работе.

– И уже в новости попал!

Красный вязаный шарф Леры сбился, обнажая рисунок на шее.

– Ты сделала тату? – Ник завороженно смотрит на графичный зигзаг на коже Леры.

– А, это… – смущается Лера. – Я просто закрыла шрам.

– Молнией?

– Она повторяла контуры шрама, – Лера отводит взгляд.

Ник крепко обхватывает ее за подбородок и заставляет поднять на него глаза.

– Только поэтому?

– Ладно-ладно! Я скучала по тебе!

– А почему тогда не позвонила? – В синих глазах Ника разгорается пламя.

– А сам?

– Ты же сказала мне уйти и никогда не возвращаться!

– Да, но… – Лера закусывает губу. – Я сказала это пикаперу Нику, а теперь ты пожарный, который спасает людей. И кошек.

– И что ты скажешь пожарному Нику? – Ник улыбается, но глаза его темнеют от волнения.

– Ты классный парень. Давай попробуем начать сначала?

Ник качает головой:

– Сначала не получится.

«Но почему?» – чуть не вырывается у Леры, но она только закусывает губу до крови и кивает:

– Ты прав, слишком поздно.

– Дурочка ты моя, – Ник привлекает ее к себе и снова улыбается. – Сначала не получится, потому что у нас обширная предыстория. И я никогда не забуду тех дней, что провел тут. – Он тычет пальцем в Лерину дубленку где-то там, где сердце. – Поэтому я предлагаю продолжить. С того момента, на котором мы остановились.

Ник привлекает Леру к себе и жарко целует. Его губы обжигают, как огонь пожара, и пахнут дымом. Лера мгновенно покрывается испариной под дубленкой, как будто они с Ником стоят не на двадцатиградусном морозе, а прямо над жерлом действующего вулкана где-нибудь на Сицилии. С Ником она всегда как на вулкане, и это ей нравится. Вот только…

– Когда мы остановились, я была в простыне, – шепчет она в раскрытые губы Ника.

– Я не против. – Его синие глаза вспыхивают огнем, и Лера сгорает в этом пламени.

Леру и Ника будят фейерверки за окном.

– Эй! – Лера подпрыгивает на кровати и трясет спящего Ника за плечо. – Проснись!

– Что такое? – Ник резко поднимает голову с подушки. Темноту за окном озаряет очередная вспышка салюта. – Пожар?!

– Новый год! Мы его проспали! – с досадой стонет Лера.

– Хочешь выйти во двор и посмотреть на салют? – предлагает Ник.

– Нет.

– Тогда почему ты расстроена?

– Но это же Новый год! Как его встретишь, так и проведешь!

Ник хитро улыбается:

– А мы проспали его под одним одеялом?

– Дошло наконец!.. А над чем ты смеешься?