Ледяная корона - Ева Верми

В столовой уже сидели Мерак и Дубхе, которые не видели, что мы вошли, увлеченные беседой.

– Обед скоро подадут, – заверил нас Пинчер, а друзья, наконец, обернулись в нашу сторону и встали.

– Как прошло? – поинтересовался Мерак, имея в виду губернатора. Ичес отмахнулся, не желая об этом говорить, садясь на свободное место напротив Мерака, Никос сел рядом, напротив Дубхе.

– Пока думаем, – дипломатично отозвалась я, садясь на отодвинутый Дубхе стул в центре стола. – Нужно будет прогуляться по городу после обеда.

– Ты выглядишь обеспокоенной, – шепнул мне на ухо Дубхе, усаживаясь рядом. Я повернулась к нему, встретившись с его встревоженными глазами. – Дело только в губернаторе?

Никос принялся рассказывать Мераку об отчетах губернатора и о том, зачем мы позже выедем в город, а я ответила на вопрос Дубхе:

– Уан – особенный для меня город. Можно сказать, это… образец того, как может сложиться жизнь в Аэтерне, когда я взойду на престол. Если я взойду, – поправила себя я, усмехнувшись и опустив глаза. Неожиданно Дубхе накрыл своей рукой мою и твердо сказал:

– Когда ты станешь королевой.

В его тоне звучала такая неподдельная уверенность, что что-то внутри меня встрепенулось. Раньше я бы рассмеялась над любым предположением, что не я стану следующей королевой, особенно, пятьдесят лет назад: позиция моей семьи столь прочна и нерушима, что такой исход столь же невозможен, как если бы Пэриш накрыло лавиной с гор Серано. Но теперь… теперь все решалось путем: пан или пропал. Нельзя сказать наверняка, что предположение Дубхе о лунных сутках правдиво или что мамины слова меня обнадежили. Если не сложится, мне придется отойти на второй план, а новой наследницей становится Стирия, на которую надежд немного с учетом ее нынешнего отношения к трону.

Я улыбнулась Дубхе в благодарность за поддержку.

– Но и это не все, – продолжила я и перестала улыбаться. – Уан далек от процветания. Я не могу справиться с одним городом, а что тогда будет со страной?

Я даже не заметила, как стала говорить все тише, пока в самом конце совсем не перешла на шепот, придвинувшись в Дубхе чуть ближе.

– Эй, хватит секретничать, – недовольно вклинился Ичес. Никос цокнул на брата. Мы с Дубхе отодвинулись друг от друга, я высвободила свою руку и принялась разглаживать салфетку на бедрах.

– Сестренка, – позвал меня Никос. – Что тебя гложет?

Я подняла голову и увидела, как четыре пары глаз внимательно смотрят на меня и ждут ответа.

– Мы готовы помочь, – сказал Дубхе. – Ты только скажи как.

– Что угодно, Нивис, – поддержал его Мерак.

– Да забей ты на этого индюка-губернатора, – в своей манере продолжил Ичес. – Найдем подтверждения его некомпетенции и посадим кого поумнее на его место.

В этой комнате собрались близкие мне маги. Четверо мужчин, которым я могла доверить если не все, то очень многое. Братья, которые верили в меня всю мою жизнь, не усомнившиеся во мне ни на секунду, готовые броситься на рожон за защиту моих интересов. И два мага, пришедшие в мою жизнь недавно, но так упорно боровшиеся за меня и мои мечты. И они сидели и обеспокоенно ждали моего ответа. Слезы навернулись на глаза, но я смахнула их рукой и прогнала остатки хилой улыбкой:

– Я боюсь, что не справилась. И это демонстрация моего провала.

Никос нахмурился, а Ичес покачал головой:

– Это не правда.

Дубхе и Мерак почти одновременно сказали:

– Это не провал.

В горле щипало, а грудь сдавило от судорог. Я не хотела плакать. Только не сейчас. Не потому, что мои слезы могли увидеть, а потому что еще не вечер, и я должна быть в боевом строю.

– Хорошего правителя характеризуют не только подвиги и верная стратегия, – тоном лектора заговорил Никос. – Но и умение извлекать уроки из промахов. Правитель не вездесущ и не может уследить за происходящим в каждом уголке своих территорий, но для того мы и садим на места всяких губернаторов, управляющих и чиновников. Для того мы спрашиваем отчеты с них и со знати, потому ценим в них порядочность и лидерские качества. Патитур, возможно, не справился со своей задачей, тогда тебе предстоит выбрать и назначить нового наместника в Уане. Вот и все.

– Нивис, – обратился ко мне Дубхе. – Власть неминуемо связана с потерями. Они твои вечные спутники.

– Слушай, мы ее подбодрить пытаемся, а не напугать, – настороженно перебил его Ичес. Но я попросила договорить, Дубхе кивнул и продолжил:

– Потери – неотъемлемая часть жизни каждого, в твоем случае отличается лишь их масштаб. И чем быстрее ты научишься с ними мириться, тем проще тебе будет им противостоять. В твоих руках возможное восстановление этого города и возвращение его жизни в прежнее русло. Но главное, что ты видишь прорехи и готова их зашивать, а не закрывать на них глаза. У тебя есть то, что, возможно, многие другие правители успели растерять за годы службы.

Я улыбнулась, отчасти из-за того, что хотела выразить благодарность своим друзьям и братьям за добрые слова поддержки. Их лица просветлели, и, к счастью, Пинчер объявил, что обед готов, в столовую стали заходить лакеи, расставляя на столе еду. В Уане было принято готовить из того, что можно купить на рынке, никаких особых изысков, привезенных специально для меня. А потом стол украсили несколько овощных салатов, холодец, мясные нарезки и закуски, свежий хлеб.

– Пинчер, – подозвал к себе дворецкого Никос. Тот немедля подошел. – Что ты там говорил об изменениях в городе?

Глава 40. Таверна "В Уане"

От Пинчера мы узнали некоторую информацию о жизни местных. В среднем подорожало почти все: продукты, стоимость сырья, жилья, жизнь подорожала до уровня столицы. А вот плата за труд почти не изменилась. Многие жители покинули Уан, перебравшись южнее. Землевладельцы лишились рабочей силы, отчего страдало животноводство и добыча полезных ископаемых. Остались лишь зажиточные горожане, пока справляющиеся с положением дел, не самые ловкие ремесленники и работники деревень, живущие сезонами в городе, снабжающем их работой. А еще многие были обеспокоены, что нынешнее положение дел свидетельствует о настроении в столице и ее отношении к территории Уана.

– Неудивительно, что жители были не сказать, что рады нашему появлению, – заговорил Никос, когда мы впятером вышли из дома и медленно подбрели к оживленной части города. – Уан не дает стране почти ничего. Здесь нет богатых рудников, лед тоже не добывают. Жители вполне могли решить, что Пэриш лишил их прежней поддержки в угоду другим землям.

– Значит, нам нужно убедить их в обратном, – уверенно резюмировала я,