Ледяная корона - Ева Верми

– Какой у нас план? – поинтересовался Дубхе, шедший по правую руку от меня. В отличие от Мерака, он старался не ежиться. Наше легкое и свободное одеяние сильно отличалось от их экипировки: шапок, перчаток и теплых курток.

– После захода солнца большинство работников проводят время в тавернах, отдыхая после напряженного дня, – лениво протянул Ичес, потягиваясь. – Пинчер сказал, что сегодня какой-то вечер песен пройдет «В Уане», нагрянем туда, посудимся, поболтаем с посетителями, а потом к ужину вернемся домой, обсудим дальнейший план действий.

– Куда именно мы идем? – переспросил Мерак. Ичес лукаво улыбнулся и повторил:

– «В Уан».

– Я понял, что в Уан, мы же и так в Уане, – раздраженно ответил Мерак, поглядывая на нас. Ичес и Никос шли чуть вереди, нашей троицы, а потому их лица он не мог рассмотреть.

– Это здорово, что ты понял, что мы в Уане, а мы идем «В Уан», – почти не скрывая смех, повторил брат. Я хохотнула, понимая абсурдность ситуации и не желая более мучить Мерака, наконец, объяснила ему. Мы как раз подошли к таверне, отчего мне представился шанс указать на вывеску рукой:

– «В Уане».

Мерак фыркнул и покачал головой. Внутри кругом царил шум, гам и крики разбушевавшихся посетителей. Сцена пустовала, хотя, казалось, что мероприятие должно было быть в самом разгаре. Несколько еще не столь пьяных посетителей окинули нас не самым добрым взглядом. Может и зря я не ездила по стране уже несколько лет.

– Вон там есть столик, идем, – подтолкнул нас Никос, указывая на угол рядом со сценой. Там было достаточно места для всех нас.

– Даешь музло! – крикнул пьяный мужчина, едва сумевший поднять кружку над головой, содержимое которой с лихвой плеснулось на сидящих рядом мужчин, последние только зыркнули на обидчика, но почему-то не стали поднимать шум. Крик поддержала еще парочка завсегдатаев. На сцену поднялся, судя по всему, хозяин таверны:

– Музыкальный вечер отменяется, – громко и без особого сожаления крикнул он. – Музыканты не приехали, а те, что приехали… – он глянул куда-то за импровизированные кулисы из штор, – не в состоянии выступить.

– Мы деньги заплатили! – раздался возмущенный крик из конца таверны. Мы сели за столик, наблюдая за происходящим. – Гони музыкантов!

На сцену прилетела первая тарелка харчей. Хозяин брезгливо покосился на размазанную по полу еду и сурово глянул на отправителя.

– Я вам их рожу, что ли?! Нету музыкантов! Скажите спасибо губернатору!

Мы переглянулись. Что могли значить его слова?

– Я могу сыграть, – вдруг предложил Дубхе нам. – Если есть пианино, я сыграю.

– Не думаю, что это спасет вечер, – скептически отметил Мерак, оглядываясь.

– Я сыграю, они повеселеют, легче их будет о чем-то спрашивать, а? – снова предложил Дубхе. Я пожала плечами, давая ему возможность решить самостоятельно, хочет ли он выступить. – Значит, решено.

Он встал из-за стола и подошел к хозяину. Они о чем-то поговорили, хозяин кивнул и указал на шкаф, покрытый скатертью у стены. Дубхе сбросил скатерть, а под ней обнаружилось старенькое пианино. Он быстро настроил инструмент, немного поиграл клавишами, чем привлек внимание посетителей. В зале будто бы даже стало тише, все ждали чего-то. Хозяин таверны громко оповестил:

– У нас заграничный гастролер! Музыкант из Аурума сейчас вам что-нибудь сыграет. Во время номера весь алкоголь дешевле на треть! Похлопайте хоть артисту, а то как неживые.

Раздались аплодисменты, но, в основном, с нашего столика. Дубхе приготовился, я видела, как напряглась его спина перед началом, а затем его пальцы опустились на черно-белую дорожку клавиш и вмиг преобразили обстановку. Дубхе точно был виртуозом: его пальцы, ни разу не сбившись, выбивали свой такт и мотив из старого инструмента. Живой мелодией он увел нас в какой-то новый мир, вдохнул в этот затхлый уголок северного города свежий ветер свободы и значимости. Я видела, как преображались лица гостей заведения: уставших рабочих, неудачливых романтиков и упитых пьяниц. Женщин в заведении практически не было, но создалось впечатление, что стоило им появиться, как тут же то тут, то там вспыхнули бы пары танцующих. А ведь раньше «В Уане» часто танцевали и реже выпивали…

– Не знал, что Дубхе умеет играть, – присвистнул Ичес, косясь на нашего товарища.

– Мы тоже, – подтвердила я.

– Ладно, мы пройдемся по залу. Пьяные и счастливые – обычно болтливы, – предупредил нас Никос, и они с Ичесом отправились изучать публику. К слову, благодаря музыке в таверну забрело еще несколько уанцев, с любопытством наблюдающих за происходящим. Дубхе закончил играть, в последний раз сотрясая клавиши. Он встал, и таверна разразилась аплодисментами.

– Пойла за стол артиста! – выкрикнул мужчина, до того окативший соседей из своей кружки. Хозяин переговорил с Дубхе, тот махнул в нашу сторону. Заметив, что я смотрю на него, он широко улыбнулся и отвесил шутливый поклон.

– Тебе нравится Дубхе? – неожиданно услышала я вопрос Мерака, сидевшего напротив меня. Я повернулась к нему, подумав, что я ослышалась.

– О чем ты, Мерак? – смутилась я под его пристальным взглядом. Я снова взглянула на Дубхе, готовящегося сыграть еще раз. Он стоял у пианино и смотрел на меня, а когда заметил мой взгляд, стал показывать пантомиму. Пальцами изобразил игру, указал на меня. Затем повторил: указал на себя, показал игру, а затем на меня. Он играет для меня? Я кивнула, надеясь, что разгадала его маневр. Затем он чуть склонил голову и снова сел за инструмент. В ту же минуту на стол опустились кружки с выпивкой. Хозяин выдохнул и вдруг увидел меня. Удивление длилось лишь мгновение:

– Ваша светлость, вы здесь. Знай я раньше, может… впрочем, наслаждайтесь вечером. За счет заведения.

И он поспешил отойти от нашего столика. Я оглядела кружки, не горя желанием пить. Мерак не отставал:

– У вас с ним что-то есть?

– Мерак, – я нахмурилась. – Какое отношение ко всему этому имеешь ты?

Он улыбнулся и откинулся на сидение:

– Просто интересуюсь. А вот, почему ты так реагируешь, интересно. Помнится, и между нами пара искр пролетела, но как ты на него смотришь… Может, мне просто завидно.

– Не ожидала от тебя такого, – разочарованно протянула я. – Ты не наигрался в любовные соревнования с моим братом?

Мерак скривился, а затем притянул к себе кружку. Вернулись братья:

– Вы когда успели заказать выпивку? – радостно поинтересовался Ичес. Он плюхнулся рядом со мной, а Никос – напротив.

– Это хозяин принес в благодарность за выступление Дубхе, – объяснила я. – Что-то узнали?

– Немного, – покачал головой Никос, выбрав себе кружку. – В основном, нелестно отзываются о губернаторе.

– Многие так пьяны, что их