Две хозяйки одного замка - Василиса Усова

я знаю об этом деле куда больше вас. И если вы имеете какие-то подозрения, можете спокойно поведать их мне. — он помолчал, дожидаясь ответа, но не получив его, подался вперед и заговорил совсем тихо. — Одна из служанок в Арельсхолме пыталась отравить вас «Поцелуем мертвеца». К счастью, ее затея не увенчалась успехом, так как в замке гостил ваш брат, который и оказал вам необходимую помощь. Расследовать дело поручено Дитрию Альту. У служанки есть сообщник в столице. Ваш брат не рискует раскидываться обвинениями, но полагает, что к отравлению причастны Богудсы. А теперь ответьте, графиня, достаточно ли я знаю, чтобы можно было мне доверять?

Алесия на миг задумалась. Рискнуть, не рисковать? Пожалуй, первое, но если что, стоит обратить все в шутку.

— Ваша осведомленность говорит о том, что вы либо причастны к расследованию. Либо… — она выдержала паузу. — К покушению. И я очень хочу верить, что вы не связаны с теми, кто пытался меня убить.

Она не знала, какой эффект произведут ее слова, но в глубине души готовилась к чему угодно. Хотя старый Ормс не входил в круг подозреваемых, но мало ли…

Граф, издав странный булькающий звук, поспешно прижал кулак к губам, будто пытаясь сдержать смех. Возле глаз отчетливее проступили морщинки. Ему явно стоило больших усилий, справиться с собой.

— Вы просто очаровательны, графиня. И не беспокойтесь, мне нет нужды избавляться от вас. Как и вредить вашей семье. Вы и сами прекрасно это понимаете, иначе не оказались бы здесь. — он прищурился. — Знаете, я достаточно долго живу, и неплохо разбираюсь во всех возможных уловках. И что-то мне подсказывает, что вашей целью был вовсе не Арельсхолм?

По коже ровным строем промаршировали мурашки и завязались в тугой узел где-то в животе. Алес посмотрела в серые, с каре-зелеными вкраплениями глаза, и вдруг ощутила себя полной дурой. Человек, что сидел напротив, действительно был умен. И явно не относился к тем, кого можно легко провести.

Но девушка все же попыталась предпринять одну маленькую попытку.

— Боюсь, что не совсем вас понимаю…

— Понимаете, графиня. Я вижу это по выражению ваших глаз. Но ради соблюдения светских условностей, поясню. Первое, Арельсхолм довольно далеко. Вы не поехали бы туда в дамском седле. Второе. Для человека, который плохо ездит верхом, вы крайне удачно упали. Но на будущее, не советую повторять этот трюк. Ведь второй раз может и не повезти. И третье. Не так много людей знает, куда я предпочитаю выбираться в погожие дни. А ваша лошадь сбросила вас недалеко от моего летнего дома.

— Откуда я могла знать… — начала Алес и вовремя прикусила язык.

Кто знает, как тесно отец этого тела общался с соседями? И что о соседних землях знала его дочь?

Ормс тяжело вздохнул и покачал головой.

— Алесия… Вы могли приехать ко мне прямо, без всяких уловок. И я бы принял вас. Принял бы в память о своей жене, для которой вы всегда были большим утешением. А теперь я снова повторю свой вопрос. Вы желали видеть меня? Зачем?

Глава 26

Добрососедские отношения

В серых глазах не было и намека на нетерпение, но интуиция, которая временами давала о себе знать, подсказывала, что медлить с ответом не стоит. Как и не стоит врать. Третьего шанса не будет.

Только вот что ответить? Алесия опустила взгляд на переплетенные пальцы, собирая разрозненные мысли в единый ком. Говорить о влюбленности падчерицы и своих подозрениях насчет Мореса — нельзя. Первые чувства — штука нежная, хрупкая. И поведать о них постороннему человеку, значит предать доверие Лианны.

Настаивать на том, что настоящей целью был Арельсхолм? Плохая идея. Очень плохая.

Попросить у графа совета, как получить развод? А если старый Ормс хорошо относится не только к ней, но и к графу Арельсу? Этот момент надо обязательно прояснить. Но осторожно, издалека.

Девушка тихо выдохнула.

— Ваше сиятельство, я ведь так и не поблагодарила вас. За помощь, которую вы оказали мне год назад. Едва ли я смогла бы вернуть приданное сразу и в полном объеме, если бы не ваша поддержка.

Старый Ормс лишь пожал плечами.

— Я поступил так, как велела мне совесть. Ваше требование было законно. А барону Кьярти следовало заранее подумать о том, что развод — это очень серьезный шаг. И бьет он всегда по обеим сторонам, а не только по более слабой. — мужчина покачал головой. — А еще, признаюсь, в тот день меня очень впечатлила ваша решимость, Алесия. Вы всегда казались мне тихой домашней девочкой, не способной постоять за себя. И вдруг такая смелость…

— Не смелость, а скорее отчаяние. — рискнула поправить девушка, и трепетно опустила ресницы.

С проницательными и умными людьми надо быть вдвойне осторожной. И лучше по максимуму демонстрировать ту слабость, которую тут все привыкли видеть в женщинах.

— Может и так, — не стал спорить Ормс. — Боюсь, что прежний граф Бартон, светлая ему память, поступил крайне неразумно, устраивая ваш брак. Выбрать барона с незакрепленным титулом для единственной дочери…

— Карис умеет втираться в доверие. А отец искренне надеялся, что так я буду счастлива.

— Иными словами, он учел ваше мнение и поставил его выше разумных соображений? — вдруг усмехнулся граф.

Алесия мысленно чертыхнулась, жалея, что не может сделать этого вслух. Похоже, старый Ормс ее переиграл. Да еще и слегка «щелкнул» за смену темы. Очень непростой человек. Знала бы заранее — не совалась.

— Видите ли, ваше сиятельство…

Граф остановил ее движением руки.

— Не обижайтесь, Алесия. Я вовсе не хочу сказать, что женское мнение не должно учитываться при заключении брака. Должно. И задача мудрого родителя — этот выбор предоставить. Но не позволить выйти за обозначенные рамки. Вы понимаете меня?

— Кажется да. — девушка помедлила. Разговор с Ормсом слегка напоминал прогулку по минному полю. И все же, ей вдруг захотелось прояснить еще один вопрос.

— Почему его величество женил на мне графа Арельса? — спросила она, глядя собеседнику прямо в глаза.

И на какой-то миг ей показалось, что такого вопроса граф не ожидал. Что-то неуловимое промелькнуло в его взгляде. Однако мужчина почти сразу взял себя в руки.

— Вы недовольны выбором Теод… короля?

— Ну что вы, ваше сиятельство. Я просто хочу понять.

На этот раз старый Ормс молчал долго. Ему явно