Дар - Анна Григорьевна Владимирова

Хаир покачал головой.

— Он ничего не сделал.

— Подождем, пока сделает? — упрямо возразил Азул.

Старый Хранитель прикрыл глаза.

— Мы — Белые, Азул. А это не просто обозначение цвета, — он поднял на него тяжелый взгляд. — Если мы забудем, кто мы, то на нас и демонов не нужно будет.

Старик тяжело вздохнул, и Азулу показалось, что он как никогда устал и постарел. Поддавшись внезапному порыву, он положил руку ему на плечо и сжал его.

— Мы держимся, Хаир, и я всю кровь до последней капли за это отдам!

— Ты — да…

Азул почувствовал дуновение резкого стылого ветра, рванувшегося на него из окна, и заглянул Хаиру в глаза. Тот смущенно попытался их отвести, но в итоге перестал играть в прятки со взглядом дракона и сдался:

— Кросстисс, — покачал головой Мастер, — боюсь, что он не привык отдавать… Только пойми, я не виню его…

Азул устало прикрыл глаза. Конечно, всем не дает покоя Черный Хранитель в Белом Храме.

— Что, если он бросит нас? — задал Хаир главный вопрос. — Ведь если на весы поставят его спутницу, он выберет ее…

— Хаир, — жестко оборвал его Азул, — пока что на весы ее ставим только мы!

Он поднялся, подхватил стопку книг и понес ее к остальным в угол.

— Он примчался по моему первому зову, а получает лишь угрозы со стороны Советника и недоверие с Вашей!

Он хлопнул книгами об пол.

— Я не хотел умалять величину твоего к нему доверия, — примирительно поднял руки Хаир, — но пожалуйста, подумай о том, что Кросстисса до конца никто не знает и не может знать. Он — Черный, — весомо добавил он в конце. — И это тоже, к сожалению, не только обозначение цвета. Мы не имеем понятия, у кого и чему он учился на Пустоши…

Азул вскинул руки к лицу и остервенело потер усталые глаза.

— Сегодня забудем об этом, — хрипло проговорил он, — сегодня вечером будем праздновать!

И он вышел из своей комнаты, оставив Мастера в своих мрачных мыслях.

* * *

— Ого! — вырвалось у Дельфи, едва они прошествовали через внушительных размеров арку, и ее взору предстало Хранилище книг в своем полном великолепии.

Зал утопал в мягком солнечном свете, сильно контрастируя с характером остальных помещений храма. Все в Зале было выполнено из медово-коричневого дерева, отливающего на солнце древесной смолой. И запах стоял соответствующий, теплый с легкой горчинкой.

Стеллажи располагались полукругом вдоль стены, от пола до потолка. Между ними виднелось несколько проходов, ведущих в смежные комнаты, также залитые светом. Здесь было очень уютно, захотелось найти какую-нибудь приятную книжку, которые она иногда доставала в Залатаре, и обосноваться на вон том меховом ковре возле окна с чашечкой чая…

— Нравится? — не спуская взгляда с ее восхищенного лица, спросил Кросстисс.

Она закивала головой.

— Ты мне поможешь? — обернулась она на него и наткнулась на совершенно бесстрастный взгляд, — Кросстисс?

Он, словно очнувшись, кивнул, и, выпустив ее руку, направился к одному из стеллажей. Дельфи слегка качнулась, но быстро выровнялась, пока он этого не заметил. После сегодняшнего утра у нее трусились и руки и ноги, а еще зудел укус на шее — слушаться было не просто, как оказалось.

— Сегодня вечером в Храме будет небольшое празднество, — осматривая полки, сообщил наг.

Она направилась в противоположную сторону:

— Может, кого-нибудь попросить нам помочь? — спросила она, пропуская мимо ушей его фразу. Не до празднеств ей было сейчас! — Кросстисс, я даже не понимаю языка…

— Иди сюда, ты пошла в совсем уж ветхий раздел…

— Что это за язык? — она тем не менее взяла одну из книг и раскрыла в середине. Знаки-буквы даже отдаленно ничего ей не напоминали. Нет, она могла читать на нескольких эльфийских диалектах, и даже уже могла понимать письмена нагов. Кросстисс выполнил свое обещание научить ее читать и писать на его языке после событий в Сардааре. Но, конечно, не для того, чтобы ее отчаянные послания, начертанные ножом на руках, были короче, как он тогда пошутил.

— Это древний язык Белых, — послышался вдруг голос за ее спиной. Она обернулась.

У арки стоял Ааргард и мрачно взирал на нее. Одет он был в привычную одежду, руки скрещены на груди, из глаз разве что молнии не сверкали…

Дельфи отвернулась и поставила книгу на полку. То, что дракон регулярно был не в духе, вроде бы и не должно ее каждый раз задевать. Но снова и снова это почему-то сильно портило настроение. С противоположной стороны показался наг с несколькими книгами и спокойно воззрился на дракона.

— Можно тебя? — повернув к нему голову, прошипел Ааргард и вперил свой взгляд в Кросстисса.

Наг, как будто и не замечая настроя дракона, сгрузил несколько книг на пол.

— Делль, посмотри пока эти… Я сейчас.

Дельфи проводила их взглядом. Дракон вылетел из Хранилища, словно подхваченный восходящим потоком. Наг же плавно проследовал за ним, и даже успел ей предварительно ободряюще улыбнуться, прежде чем скрыться в проходе.

Девушка не спеша прошла к книгам, оставленным нагом, и, опустившись рядом с ними, принялась их пролистывать, то и дело тревожно поглядывая в сторону темнеющего коридора.

* * *

Едва дождавшись за ближайшим поворотом неспешного нага, дракон пронзил его злющим взглядом:

— Что ты творишь?! — злобно зашептал он. — Ты ее еще себе на шею повесь и за пазуху спрячь!

Кросстисс оперся спиной о ближнюю стену и сложил руки на груди. Вопреки ожиданиям Ааргарда, его взгляд был далек от равнодушного. Он принялся прожигать им противоположную стену коридора, хмуря брови.

— Хаир всю ночь перебирал книги в библиотеке, чтобы что?! — воодушивился дракон покорностью друга, — Чтобы она не нашла правды?! Ты представляешь, если она узнает?! Будет же еще хуже!!!

Наг откинул голову на стенку и закрыл глаза, тяжело выдохнув. Ааргард выругался и замолчал. Такого полного приятия его горячей речи он не ожидал и теперь совершенно не знал, как реагировать. Удовлетворения ему это не принесло никакого.

— Я не представляю, как ей сказать, что она — последняя чудом выжившая из своего рода… — заговорил Кросстисс тихим и уставшим голосом, — Что всех, кого она знала и