Возвращение домой - Евгения Преображенская

Источник есть всему начало и всему конец. Он жизнь – и Он же смерть, Он свет – и Он же тьма, – торжественно произнесла она. – Слушай Его голос, следуй за Ним, дабы не прерывался круговорот Его течения, дабы воды Его не замутились. Услышь Его во всякой твари, от мала до велика, в листве, в траве, в жизни и в тлене. Найди Его в крупице песка и в бескрайней пустыне, увидь Его в капле воды и в стене дождя.

Дженну вдруг пронзило чувство, что она не одна в библиотеке, что здесь находится ещё кто-то.

– О, странник! – вымолвила она, обращаясь к кому-то. – Смело стань оружием Единого, ибо есть у тебя на то Его благословение – достоин ты и телом, и духом. Храни мир, вверенный тебе, ибо ты хранитель по праву телесного рождения. Но особенно храни душу свою и доверяй ей, ибо она избрана нами из многих. Ибо она слышит зов наш и ценит голос Источника, как никакая иная душа.

От неясного ощущения Дженна вздрогнула. Ещё один персонаж появился где-то в тенях, принеся запах мёртвой воды, пепла и ещё чего-то неясного, опасного. Звуки скрипки вспыхнули громче. Они стали как будто лихорадочнее.

– О, странник, – произнесла Дженна, – будь ночью подобен луне, а днём – подобен солнцу, познай смерть и рождение. Достойно пройди испытания на пути своём. И тогда ты найдёшь себя. Ты найдёшь свой истинный Дом…

– Свой истинный Дом, – тихо усмехнулся кто-то из тени.

Это был едва различимый шёпот, предназначенный не Дженне, но тому, кто стоял за дверью. Женщина ощутила, как мурашки бегут по затылку. Скрипка бесилась. Её эхо металось где-то вдали не то прошлого, не то будущего.

– Во времена изначальные распался Единый Предвечный Источник Жизни на неисчислимых Сыновей и Дочерей Своих, – возвестила Дженна, продолжая писать. – А те, в свою очередь, породили Дочерей и Сыновей, которые вдохнули новую Жизнь в миры, дали плоть и частицу Духа Его существам разнообразным. И были то Старшие Дети Его. Сотворили Старшие множество форм и образов по подобию своему, способных творить и размножаться самостоятельно. Поддерживали их сыновья бесконечное вращение и миров сотворение. А дочери их сохраняли сотворённое в вечности незыблемо. Рука об руку шли сыновья и дочери Старших, будучи частью Единого, но обретя каждый одну из сил Предвечного Источника. Стали они бессменными Его хранителями…

Краем чувств Дженна ощутила, как с новыми нотами мелодии всколыхнулась её память. Она вспомнила этот миг… Миг, когда сама стояла за дверью этой библиотеки, когда была зрителем и взирала на саму себя нынешнюю из тени прошлого.

Губы Дженны дрогнули, взгляд затуманили слёзы. В том прошлом было Весеннее равноденствие и свадьба. Они с Сайроном впервые познали друг друга. В том прошлом Сайрон был жив! Он и все остальные… вся Сия!

«Приветствуем тебя, о прекрасная богиня», – произнесла жрица богини Тонан в памяти Дженны.

«Приветствуем тебя, о могучий бог», – громогласно сказал Дэрей Сол, возлагая на плечи Сайрона медвежью шкуру.

«Как ночь за днём, так зима за летом, как луна за солнцем, так тьма за светом, – вместе пропели жрецы, – как смерть за жизнью, пусть следует богиня за богом, а жена за мужем в неразрывном единении, – с этими словами хранители повязали руки молодожёнов красной лентой. – И пусть цикл этот никогда не прервётся!»

– …Рука об руку шли сыновья и дочери Старших, – переведя дыхание, продолжила Дженна. Она должна была дописать эти строки, закончить свою сказку. – Были они частью Единого, но разделили силы Его согласно Закону. Одни из них назвали себя хранителями, другие стали исследователями, третьи и четвёртые – защищали и соединяли миры воедино. Любой из них по отдельности был неизменно силён, прекрасен и целостен, однако словно птица однокрылая. Лишь соединяясь в своей истинной паре – в союзе идеальном, – могли они продолжать дело Праотцов и Праматерей своих. Лишь вместе будучи, достигали они высот невиданных, постигали неведомое и сокрытое.

– …Лишь вместе они могли творить новое. И дали тогда дети Старших имя тому драгоценному, что связывало их как мужчин и женщин друг с другом; тому, что давало силы их крыльям невидимым. И имя это было – Любовь, – вместе с Дженной прошептала стоящая за дверями.

Сказочница поняла, кем была она. Дженна не могла не узнать себя из прошлого. А теперь прислушивалась к себе из будущего, чья тёмная мелодия витали свилась в жестоком танце со скрипкой Донас’ена.

– Любовь, – произнесла та тёмная Дженна из будущего до боли знакомым голосом. – Маленькая Василиса, ты так хотела понять, что такое любовь… И ты поймёшь. Ты узришь её во многих обличьях. Многих ты будешь любить. Любви в твоей жизни будет с избытком. Но и горя – не меньше. И демон боли станет твоим лучшим другом…

Дженна, сидящая за столом здесь и сейчас, вздрогнула. Она оторвала карандаш от бумаги, не сдержавшись, резко обернулась к дверям. Голос из её воспоминаний прошептал:

– Ты должна запомнить то, что я тебе скажу… Запомни! Это важно… Твои истории… Твои сказки… Когда будешь писать последнюю из них… Одному из своих героев ты должна сохранить память. Это больно… Но кто-то должен помнить…

«Помнить что?» – повторила Дженна из настоящего одними губами, вторя ещё юной Дженне из прошлого.

– Помнить тебя… – было ответом им обеим.

Скрипка издала протяжный сладостно-горький стон. Дженны за дверями пропали. Одна вернулась в прошлое, другая продолжила свой путь где-то в будущем. Дженна из настоящего с облегчением вздохнула. Музыка скрипки сошла на нет и резко оборвалась. Осознание реальности вернулось к Дженне.

– Я написала целый мир, – повторила она. – И кто-то в том мире должен помнить. Это больно. Однако кто-то в Сии должен помнить всё, что случилось с нами. Помнить меня… Но это значит, что…

Она выронила карандаш с радужным ластиком, поглядела на стопки бумаг на столе. Неужели это всё не только буквы?

8 За всё придётся заплатить

Шли луны, сменяли друг друга осень и весна. Вместе с тем, как взрослели дочери, росли книги со сказками, менялась Дженна. Чем больше историй, воспоминаний, эмоций, любви она отдавала бумаге, тем сильнее ощущалась эта перемена.

Поначалу