Каникулы Рейчел - Мэриан Кайз

С тех пор, как Люк выскочил тогда из моей кухни – да-да, сколько бы он ни притворялся, что владеет собой, именно выскочил, – в нашей «настоящей любви» наступило затишье. Более двух недель наше чистое чувство бездельничало, слонялось по улицам и лениво свистело вслед местным девчонкам, возвращающимся домой со своей фабрики.

Дерил, конечно же, не мог заменить мне Люка. Тогда, появившись на пороге моего дома и спугнув Люка, он пришел даже не затем, чтобы повидаться со мной. Он пришел потому, что погорел его торговец наркотиками. И Дерил просто обходил всех знакомых на Манхаттане в поисках нового поставщика наркотиков. Раньше люди рекомендовали друг другу парикмахеров. Или водопроводчиков. Или массажистов. А теперь – торговцев наркотиками. При других обстоятельствах я бы сочла это очаровательным. Добрососедство по-нью-йоркски в конце тысячелетия: заходят друг к другу не за луковицей, а за парой граммов кокаина. Но после ухода Люка мне мало что могло показаться очаровательным. И, конечно, у меня не было ни грамма наркотика для Дерила.

Но я знала человека, у которого были наркотики. Честно говоря, жестоко страдая из-за ухода Люка, я сама ощутила настоятельную потребность повидать Уэйна. Так что я цинично использовала беду Дерила в своих корыстных целях. У него были деньги на наркотики, но он не знал, где они продаются. Я знала, где они продаются, но не имела ни малейшей возможности купить их. Мы были нужны друг другу.

Я позвонила Уэйну, потом мы с Дерилом сели и стали ждать. Я даже немного приободрилась. Хорошо, Люк снова меня ненавидит, но зато Дерил так клево одевается! Супермодные пурпурные клеши были просто последним писком. Он, в конце концов, не виноват, что так сильно потеет в них. Зато у него действительно потрясная работа!

– Ты еще каких-нибудь авторов знаешь, кроме Джея Макинерни? – спросила я, наклонившись и надеясь, что он из тех мужчин, которые реагируют на грудь, потому что это было самое лучшее, что я могла ему предложить.

– Н-ну да-а, – неловко выдавил он, отводя глаза. – Много…

– А как это все у вас устроено? – не отставала я, наклоняя голову все ниже, чтобы проследить направление его взгляда. – Каких-то авторов просто прикрепляют к тебе?

– Н-ну да, примерно так, – ответил он, бросив на меня быстрый вороватый взгляд. Чтобы поймать его, мне пришлось нагнуться так низко, что шея заныла.

– И какие же – твои? – спросила я, отчаявшись встретиться с ним глазами. Что у него за проблемы? – Какие книги у тебя были самые удачные?

– Надо подумать, – сказал он, и я уже радостно предвкушала его ответ. Все-таки здорово разговаривать с кем-то, кто знаком со знаменитостями.

И он не разочаровал меня.

– Ты слышала о такой писательнице – Луиз Фицджеральд Шмидт? – спросил он таким тоном, что я сразу поняла, что не знать ее нельзя.

– Конечно! – с энтузиазмом ответила я. Кто это?

– Слышала? – с не меньшим энтузиазмом отреагировал Дерил.

– Разумеется, – подтвердила я, радуясь тому, что говорю с таким воодушевлением. Кажется, Дерилу это было приятно.

– Я сыграл не последнюю роль в раскручивании ее книги «Садоводство для балерин», которая весной заняла не последнее место в списке бестселлеров в «Нью-Йорк таймс».

– Да, я слышала об этом, – я и правда вспомнила, что эта книга была признана лучшим романом года или что-то в этом роде. Я улыбнулась Дерилу, гордясь тем, что общаюсь с человеком, который сделал такую успешную карьеру.

Я быстренько прикинула, следует ли притвориться, что я читала эту книгу. Можно было бы бросить пару туманных фраз, например «чудесный язык», или «изумительная образность». Но вряд ли я смогла бы долго поддерживать разговор на таком уровне.