Таинственная любовница - Виктория Холт

Кто мог сделать со мной такое? Именно это я и хотела знать. Где Леопольд Хардинг? Почему он завел меня в этот подземный склеп и оставил там?

— Со временем мы это узнаем, — сказал Тибальт. — Он исчез. Но мы его найдем.

— Почему он это сделал, Тибальт? Почему? Он сказал, что отвезет меня к тебе. Он сказал, что ты вызвал меня туда.

— Я не знаю. Это для всех остается тайной. Мы пытаемся найти его. Но он исчез. Все, о чем тебе сейчас нужно думать — ты сейчас в безопасности, и я больше никогда тебя не потеряю.

* * *

Табита подошла к моей кровати.

— Я хочу кое-что сказать вам, Джудит, — проговорила она. — Вы много говорили в бреду. Мы были в шоке, когда узнали, что у вас на уме. Как вы могли поверить, что такое возможно?! Тибальт знает, что я решила поговорить с вами. Лучше всего, если вы все сразу узнаете. Вы думали, что мы с Тибальтом — любовники. Джудит, дорогая моя, как вы могли?! Я люблю Тибальта, да… я всегда его любила… как любила бы сына, если бы он у меня был. Я приехала в их дом, как вы знаете, когда моего мужа поместили в лечебницу. Жена сэра Эдварда тогда была жива, но уже серьезно больна. О, я знаю, это было недопустимо, но мы с сэром Эдвардом полюбили друг друга. Няня Тестер, узнав об этом, следила за нами. Она преданно любила жену сэра Эдварда и ненавидела меня. Она и сэра Эдварда ненавидела. Когда леди Трэверс умерла, она обвинила в этом меня. Она выдвинула нелепое предположение, что я убила хозяйку. Мы с сэром Эдвардом стали любовниками. Как вы знаете, я сопровождала его в экспедициях. Мы бы с ним обвенчались, если бы я была свободна. Но я не была…

— Теперь я понимаю, — ответила я.

— Джудит, дорогая моя! Вы так сильно любите Тибальта! Он понимает, как ему повезло. Вы никогда не делали ничего вполсилы, как говорили ваши тетушки. Поэтому и Тибальта вы любите с такой неистовой самозабвенностью. Это непременно должно приносить плоды. Даже Тибальт был сражен. Он давно признавался мне, что хочет жениться на вас — еще до того, как сделал вам предложение… это было, когда вы служили компаньонкой леди Бодриан. Должна признать, вы не очень подходили на эту роль. В вас не было и капли того смирения, которое обычно ассоциируется с этой должностью.

— Теперь я понимаю, что эти ситуации — плод моего глупого буйного воображения.

— Да, такая ситуация действительно не существует в реальности, знайте об этом. И я хочу сказать вам еще кое-что. Теренс Гелдинг сделал мне предложение.

— И вы согласились?

— Еще нет, но думаю, что соглашусь.

— Вы будете счастливы, Табита! Наконец!

— И вы тоже будете счастливы. Я никогда не видела, чтобы Тибальт так неистово действовал, как когда он пытался открыть дверь, которая отделяла его от вас — никогда, даже тогда, когда думал, что стоит на пороге крупнейшего открытия. Нет, никогда прежде я не видела в нем такой отчаянной решимости, такого неистовства…

— Значит, в конце концов, я все же важнее для него, чем нетронутая гробница фараона!

— Я в этом совершенно уверена, — ответила Табита.

* * *

— Как только тебя осмотрит доктор, мы поедем домой, — сказал Тибальт. — Я попросил доктора Ганвена приехать сюда и убедиться, что ты достаточно окрепла для путешествия домой.

— Ты послал за доктором Ганвеном! Мы едем домой! Значит, экспедиция окончена?

— Да, для меня окончена.

— Бедный Тибальт!

— Бедный? Когда ты здесь, жива и здорова? — он прижал меня к себе.

— Наконец, — проговорила я, — я нашла счастье, о котором не смела и мечтать!

Он не ответил, но по тому, как он меня обнимал, я поняла, что он разделяет мою радость.

— А где Адриан? — спросила я. — Почему ко мне не приходит Адриан?

— Ты хочешь видеть Адриана?

— Конечно! С ним же все в порядке?

— Да, — ответил муж, — я пришлю его к тебе.

Я сразу заметила перемену, происшедшую с Адрианом. Никогда прежде он не был таким серьезным.

— О, Адриан!

— Джудит! — он схватил меня за руки и расцеловал в щеки. — Такое — и случиться с тобой! Это, наверно, было жутко!

— Да, жутко.

— Вот, свинья! — негодовал он. — Ну совершеннейшая свинья! Уж лучше пустил бы пулю в висок, чем такое! Джудит, со временем ты забудешь.

— Разве можно забыть такое?

— Ты забудешь.

— Почему он это сделал, Адриан?

— Бог его знает. Должно быть, он просто сумасшедший. Но казался вполне нормальным: обычный торговец, который безмерно обрадовался, встретившись с такой экспедицией, как наша, потому что это напрямую связано с его бизнесом.

— Какие мотивы могли у него быть?

— Нам еще предстоит это выяснить. Слава Богу, совещание закончилось именно в то время — примерно тогда, когда вы с Хардингом входили в гробницу. Все пришли к соглашению, что мы поработаем еще несколько недель, и когда мы вернулись во дворец, Тибальт поспешил сообщить тебе об этом. Один из слуг слышал, как Хардинг говорил тебе, что Тибальт вызывает тебя на раскопки, и ты отправилась с ним. Тибальт всполошился. Я думаю, что он тревожился в гораздо большей мере, чем показывал нам. Мы помчались на раскопки. Искали, но безрезультатно. Мы пришли в отчаяние, но Тибальт не сдавался. Он все ходил и ходил по территории. И наконец мы услышали стук… Вот так… А в случае с Теодосией? Ты думаешь, это тоже на совести Леопольда Хардинга?

— Нет, это дело рук паши и его слуг, — уверенно ответила я.

— Паши?!

— Один из рабочих… возлюбленный Ясмин… предупреждал меня. Ясмин нашли в гробнице, и они убили ее. Она была там в тот день, когда приезжал паша. Ты помнишь праздник Нила?

— Боже мой! Джудит, мы в каком-то лабиринте!

— Вместо Теодосии мог погибнуть кто угодно. Просто ей не повезло. Мостик подготовили по приказу паши, ему нужна была жертва. Не имеет значения, кто именно.

— Но паша помогал нам.

— До тех пор пока мы ничего не находили. А теперь он хочет, чтобы мы убирались прочь. Может быть, он еще раз попытается убить кого-либо из нас.

В комнату вошел Тибальт. Он с тревогой посмотрел на меня.

— Ты утомляешь Джудит, — укорил он Адриана.

Я порадовалась его заботе, но уверила его, что я вовсе не устала, и мы говорили о Леопольде Хардинге и о паше, снова пытаясь найти причину, по которой он пытался лишить меня жизни.

— Скорее всего, — заметил Тибальт, — он должен был знать о том, что находится в том подземелье.

— Наверное, знал, — сказала я, — Леопольд Хардинг — не тот, за кого себя выдавал. Тибальт, может быть, тот юноша, возлюбленный Ясмин, знает что-нибудь? Ведь именно он рассказал мне, что паша хочет выжить нас отсюда.