Близкая женщина - Барбара Делински

– А чьи имена будут фигурировать в обвинительном заключении? – спросил Майкл. – Линдсея и Мэгнуссона?

Джеффри нахмурился.

– Прежде всего компания как таковая. А что касается Мэгнуссона, то, к несчастью, два дня тому назад он был найден мертвым в парке. С пулей в черепе.

– Его убили? – воскликнул Майкл.

Джеффри кивнул, раскрыл папку и извлек из нее несколько фотографий. Он разложил их на кофейном столике. Чилла и Майкл склонились над ними.

– Кто-то хотел заставить его замолчать. Полиция до сих пор не напала на след.

На одном снимке было заснято тело на месте преступления, на другом – в морге. Чилла склонилась ниже. Джеффри тронул ее за руку.

– Может быть, тебе не стоит на это смотреть, дорогая? Тут мало любопытного.

Но у нее были свои причины вглядеться в фотографии.

– Боже! – выдохнула она. – Это он!

– Ну да, это Харлен Мэгнуссон, – кивнул Джеффри. – Первый заместитель Блейка Линдсея. Он переехал в Вашингтон вместе с боссом, потом его перемещали с должности на должность в министерстве торговли…

– Джефф, ты не понял, – Чилла сжала его руку, – это он – Робин!

В комнате воцарилась гробовая тишина.

– Робин? – послышался слабый возглас.

Все трое одновременно обернулись и увидели Данику. Майкл поспешно собрал фотографии, но она уже успела бросить на них взгляд.

– Так Харлен Мэгнуссон – это Робин? – обратилась она к Чилле. – Но ведь он… – Она снова взглянула на снимки. – Он был правой рукой Блейка, – пробормотала она. – Они повсюду ездили вместе… – Даника судорожно втянула воздух. – Мне он не нравился. Всегда нервный, враждебный, так зло смотрел на меня… Я ревновала его к Блейку… – Она покачнулась. Майкл обнял ее за талию. – Ты говорила, что Робин… – Даника повернулась к Чилле. – Что он… – Ее губы едва шевелились. – Майкл, у меня кружится голова…

Майкл отвел Данику в ванную, и там ее вырвало. Когда ей стало легче, Майкл положил ей на лоб влажное полотенце и подал воды прополоскать рот. Потом он отнес ее в спальню и уложил на постель. Она сжала его руку.

– Все будет хорошо, милая, – успокоил он. – Все будет хорошо.

Помолчав, она сказала:

– Мне так плохо. Словно меня вываляли в грязи… Неудивительно, что он избегал меня. Я теперь поняла, дело даже не во мне, он вообще избегал женщин. Когда мы бывали вместе, он словно страдал от нашей близости. Господи, как же я так долго ничего не замечала?!

– Хватит, Даника. Это все уже в прошлом. Все будет хорошо.

– Теперь я понимаю, почему он ничуть не расстроился, когда я переехала сюда. Он ненавидел это место и, по-моему, облегченно вздохнул, когда я рассказала ему о тебе, – прошептала Даника.

– Может быть, он держал это в себе, но его, конечно, это тоже угнетало.

– Ты что, сочувствуешь ему?

– Но это ты была замужем за ним, а не я. Твои страдания легко объяснить, а я вовсе не пытаюсь его оправдать. Честно говоря, я думаю, что он просто использовал тебя, – продолжал он. – Ты была для него словно палочка-выручалочка. Неудивительно, что он пришел в ярость, когда ты попросила у него развод. Ты была для него отличным прикрытием. Пока ты была его женой, никому и в голову не могло прийти заподозрить его в чем-либо недостойном.

Даника перевернулась на бок и поджала ноги. Внутри у нее все горело.

– Просто не могу поверить, – прошептала она. Перед ее глазами мелькали отвратительные образы. Вдруг она истерически расхохоталась: – Господи, что будет, когда обо всем узнает мой отец! Подумать страшно!

– Он будет потрясен так же, как и ты. Это же понятно.

– А он об этом узнает? Это выйдет наружу?

– Многое зависит от адвоката Блейка. В официальном обвинении подробности могут и не фигурировать. Нет ничего противозаконного в гомосексуальной связи двух взрослых людей. Насколько я понимаю, только мы четверо знаем о связи между Харленом и Блейком. Чилла, конечно, будет молчать. Если только ей одной известно, кто скрывался под именем Робина… Теперь многое становится ясным. Вот почему он обратился именно к Чилле. Стоит только вспомнить о том, какие отношения были между нашими родителями… Робин рассчитывал, что Чилла вцепится в этот материал, как только узнает имя героя этой истории.

Но в данный момент Данику меньше всего беспокоили трения между Бьюкененом-старшим и ее отцом.

– Как ты думаешь, Мэгнуссон действительно желал разоблачения Блейка?

– Если после того, как они перебрались в Вашингтон, Блейк его отверг, то вполне вероятно. Однако Мэгнуссон никогда не называл Чилле имя Блейка. Так что, возможно, между ними ничего и не было.

Но Данику нельзя было обмануть.

– Нет, – твердо сказала она. – Слишком много указывает на это.

Майкл кивнул, но он смотрел на дело непредвзято.

– Теперь, когда Харлена уже нет в живых, мы вряд ли узнаем истину. Не думаю, что подробности о гомосексуальных отношениях вообще всплывут во время судебного разбирательства. Если только адвокат Блейка не решит использовать это как смягчающий мотив…

– Господи, надеюсь до этого не дойдет! – Смех Даники был близок к истерике. – Что за ирония судьбы! Когда отец предостерегал меня от знакомства с тобой, он говорил, что ты можешь очернить нашу семью, а случилось совершенно противоположное. Если история с Блейком выплывет на поверхность, отец не переживет!

Ей хотелось забиться в угол, спрятаться, исчезнуть. Ее тяготило даже присутствие Майкла.

Майкл почувствовал это, но решил не оставлять Данику одну. Он нежно обнял ее и как мог попытался успокоить.

– То, что совершил Блейк, не имеет к тебе никакого отношения. Когда он на тебе женился, то, может быть, и сам ни о чем таком не подозревал. «Голубые» активизировались лишь в последние десять лет. Наверное, он долгое время сдерживал в себе эти наклонности… Многие мужчины живут двойственной жизнью. Они даже по-своему счастливы в браке.

– Но наш брак не был счастливым. Куда я только смотрела?! Представь себе, я даже подозревала его в связи с другой женщиной. Неудивительно, что он так изумился этому предположению! – Она застонала. – Какая же я была дура! В тот раз я буквально набросилась на него…

– Что-что? – не понял Майкл.

– Два года тому назад, когда мы в последний раз занимались любовью… – начала она, поднимая глаза. – Он не прикасался ко мне несколько недель. Я тогда только познакомилась с тобой. Я испугалась, что влюблюсь в тебя. Я бросилась к Блейку и практически изнасиловала его. – В ее глазах заблестели слезы. – Но при этом я думала о тебе, Майкл! А о ком думал он?

Майкл сжал ее в объятиях. Ее слезы разрывали ему сердце.