Тебя любить нельзя - Елена Блашкун

В течение последующих нескольких дней Злата исправно приходила к Тимуру по несколько раз в день. Она делилась свежими новостями, и даже выпросила у заведующего разрешение выходить с пациентом в парк при больнице. Тогда же она исхитрилась, и дала Тиму возможность поговорить с родителями.

Никогда прежде парень не думал, что от голоса мамы у него может сбиться дыхание. Он слушал родительницу и понимал, что не сможет относиться к ней с той же беспечностью, что и раньше. Что уж таить — только сейчас он в полной мере оценил, насколько дороги ему его родные. Он не виделся с ними чуть больше месяца, а, казалось, прошла целая жизнь.

— Мам, я скоро буду дома. Я обещаю тебе, — превозмогая спазм в горле, сказал Тим и нажал отбой. Наверно, в такой ситуации нестыдно было бы и расплакаться, но парень сдержался.

Отдав Злате телефон, он присел, низко опустил голову и снова натянул бандану. Хотелось одного — чтобы все это поскорее закончилось, и жизнь вошла в свое прежнее русло. Конечно, Тим понимал, что так, как раньше уже не будет, но надежда все еще таилась. Он сможет жить своей жизнью, в своей стране и со своей семьей. Теперь даже этого бы ему теперь хватило для полного счастья.

Злата подошла ближе и осторожно положила руку ему на плечо.

«Снова жалеет!» — с раздражением подумал парень и понял — дома будет так же. Что бы он ни сделал, и куда бы ни пошел — всюду будет эта глупая жалость! Все будут «понимать, что ему пришлось пережить»! Тьфу! Делают из него непонятного кого! А ведь он, по сути, попал сюда исключительно из-за собственно глупости. В отличие от многих других. В этом вопросе он не питал иллюзий.

За эти дни, что Злата проведывала его, Тим увидел, как сложно ей находится с ним рядом. Девушка тщательно обдумывала каждый свой жест, каждое слово и даже взгляд. Неимоверно бесило ее обращение — как с маленьким ребенком, ей-богу!

Мотнув головой, прогоняя раздражение, Тимур поднялся и направился к одной из беседок у старого корпуса. Злата молча следовала за ним.

— Ой, смотри! — вдруг воскликнула она. Проследив за ее взглядом, парень увидел взъерошенного щенка. Тот сидел в стороне от беседки и поджимал переднюю лапу.

Пара не сговариваясь, изменила маршрут и направилась к животному. Тим помнил этого мальца — сколько раз видел его из окна палаты. Да и гуляя в парке он несколько раз его встречали.

Щенок был уже не совсем маленьким — месяца два-три, не меньше. Красивый, с длинной шерстью насыщенного черного цвета и белым пятном на груди. Такие же «носочки» были и на лапах.

Тим присел на корточки и протянул руку к малышу. Тот с интересом вытянул свой любопытный нос и принюхался. Щенку пришлось сделать шаг вперед, но при этом он не опускал лапу. Парень нахмурился и попытался схватить малыша, чтобы осмотреть, но животное отшатнулось и слегка оскалило клыки.

— Подожди, у меня есть детский творожок, — сказала Злата и полезла в сумку. Быстро распечатав лакомство, девушка приманила к себе щенка. Унюхав запах чего-то вкусного, тот облизнулся и осторожно направился к нему. На этот раз Тим схватил животное. Все возмущение тут же пропало, как только морде подсунули творожок.

— Судя по всему, его кто-то хорошо укусил, — рассмотрев внимательно лапу, констатировал Тимур. Щенок же не забывал время от времени рычать, показывая, что ему неприятно такое обращение. — Рана немного загноилась, — нахмурился он.

— А что же теперь делать? Может, попросить перекись у медсестры и бинты? — предложила Злата.

— Да без толку все это! — послышался рядом чей-то голос. Пара разом обернулась и посмотрела на женщину лет 45. Судя по белому халату, она была работницей больницы.