Что, если мы останемся - Сара Шпринц

– Я не знала, я правда не знала, что…

– Так ты поэтому была в таком шоке, когда впервые меня подвезла? – усмехнулся Эммет. – Я тогда подумал, что ты просто никогда не задумывалась о том, что люди могут жить в таких условиях, а оно вон как…

– Нет!!! – Все как-то неправильно. Это он должен на меня сейчас кричать. Не наоборот. Я это понимала, но ничего не могла с собой поделать. – Нет, все совсем не так…

Эммет презрительно фыркнул. Он мне не верил.

– Пожалуйста, – взмолилась я, чувствуя, как по щекам текут слезы.

– И как ты можешь говорить мне это, прямо глядя в глаза? – спросил Эммет. – Как ты могла использовать меня, чтобы нарисовать твои чертежи? – Голос Эммета надломился, как будто он только что осознал, что все это значит. – Коузи Гров превратится в гребаный «Окдейл-Эстейтс».

Каждое его слово – словно новая пощечина. Я затаила дыхание и стояла молча. Я должна выслушать все до конца, потому что я это заслужила.

– Твой отец прав. Этим голодранцам еще никто не сообщил, что через три недели их дома сровняют с землей. Чтобы построить тупые особняки для таких же людей, как вы, – в его темных глазах сверкала ярость. – Если не возражаешь, я пойду домой, чтобы помочь семье собрать вещи.

– Но я не хотела, я…

На его губах появилась ироничная улыбка. В глазах Эммета была видна такая горечь и боль, что мне стало плохо.

– Ты бы хоть предупредила, чтобы у меня было время найти решение. – Эммет смотрел на меня так враждебно, что у меня подкосились ноги.

– Я не хотела, – прошептала я.

Этого недостаточно. Исправить ситуацию не сможет уже ничто. Ни одно слово на свете. Я поняла это по тому, как посуровело лицо Эммета.

– Умоляю… – У меня дрожали пальцы, и когда я вцепилась в запястье Эммета, он на секунду остановился. – Давай об этом поговорим с моим отцом. Мы… Мы сможем найти решение. Решение обязательно найдется, ведь теперь он знает…

Я оборвала свою речь на полуслове, потому что Эммет вырвал руку из моих пальцев. Он молча посмотрел на меня и только покачал головой.

– Эммет, пожалуйста, – прошептала я, но он уже повернулся ко мне спиной. Просто взял и развернулся. Даже не посмотрев мне в глаза. – Эммет! Эм! Прошу!..

Лишь когда он ушел, я поняла, что отвратительный звук, который я только что услышала, – это мои всхлипы. Мне хотелось удержать Эммета, схватить за плечи и потрясти, наорать на него и заставить меня выслушать. Заставить его мне поверить.

– Пожалуйста, – проскулила я, хотя он давно уже меня не слышал. Все, что мне оставалось, – это стоять и отчаянно рыдать, пока он шагал к трейлеру своей семьи. Дверь открылась, и я увидела Рэя, Зака и Джейд, с удивлением уставившихся на нас. Я смотрела на них, и мое сердце обливалось кровью.

Я обернулась, услышав, как папа вышел из машины. Его вечно спокойное лицо сейчас выглядело растерянным. Я медленно побрела в его сторону.

– Мне очень жаль, что так вышло, – сказал папа, и в этот момент во мне умерла последняя надежда. Ему очень жаль. Тут нечего больше обсуждать. Он не станет рисковать этой сделкой ради Эммета.

В последние годы мне было наплевать на многое. Это не первый раз, когда люди теряли дома из-за планов моих родителей. Раньше меня это злило. Но я была бессильна. Мне становилось лучше, лишь когда я осознавала, что это не моя вина.

Сейчас я тоже не виновата. Но мне следовало более настойчиво расспросить о месте будущей стройки, вместо того чтобы довольствоваться уклончивыми ответами. А теперь уже слишком поздно, Эммет мне не верит, и я ничего не могу с этим поделать.

Внезапно мне резко захотелось отсюда уехать.

– Отвези меня домой, – умоляющим голосом попросила я папу.

Он выглядел ошарашенно.

– Эмбер, мне действительно очень жаль, – повторил он.

Я лишь крепче схватилась за ручку двери.

– Пожалуйста, поехали, иначе я вызову такси.

Папа обошел автомобиль, мы сели в машину, но он не сразу завел мотор. Несколько мучительных секунд мы просто молчали. Потом он посмотрел на меня. Я уже знала, что за этим последует.

– Эмбер, пойми, что я уже не могу изменить ход проекта.

Я не ответила. Я просто откинула голову и почувствовала затылком сиденье из несуразно мягкой кожи. Слезы горели в моих глазах. Руки сжались в кулаки.

– Поезжай, – прошептала я.